Михаил Артамонов – История хазар (страница 9)

Указание на отсутствие у гуннов царской власти едва ли соответствует действительности, если под титулом царь подразумевать военного предводителя. Во главе гуннов в Монголии стояла династия шаньюев, и в дальнейшем в Европе гунны выступают под начальством вождей одной фамилии, возглавлявшей гуннский союз в порядке наследственной привилегии, что, однако, не исключало наличия своих наследственных вождей у племён, входивших в гуннское объединение.

По сообщению того же писателя, около 370 г. гунны сломили сопротивление алан, занимавших своими кочевьями Прикаспийские степи до Дона[180], «многих перебили и ограбили, а остальных присоединили к себе» и таким образом стали ещё сильнее. После этого в 371 г. гунны внезапно ворвались в обширные владения готского короля Германариха[181].

Готы в это время стояли во главе большого, но разнородного и непрочного союза племён, охватывающего степи Причерноморья от Дона до Дуная и всю лесостепную полосу Украины. При первых же ударах со стороны гуннов этот союз распался, некоторые племена перешли на сторону врагов (например, росомоны). Король готов Германарих, не надеясь на успех в борьбе с гуннами, покончил жизнь самоубийством, а готы в значительной своей части бежали в 376 г. в пределы Восточно-Римской империи[182]. Гунны опустошили готские области и начисто уничтожили так называемую черняховскую культуру, памятники которой распространены по всей лесостепной полосе Украины — от Карпат до Верхнего Донца, а равным образом и те очаги осёдлости и земледелия, которые до этого времени существовали в северо-западном Причерноморье и на Нижнем Днепре.

Черняховская культура известна по грунтовым бескурганным могильникам (полям погребений) и многочисленным неукреплённым поселениям, отличающимся, как и могильники, значительными размерами. В остатках поселений, нередко с очевидными признаками гибели от огня, находятся следы четырёхугольных, большей частью, наземных жилищ со стенами из обмазанного глиною плетня и глинобитыми печами. Главным занятием населения было земледелие. Преобладание среди находок на поселениях и в могильниках высококачественной посуды, сделанной на гончарном круге, свидетельствует о развитии ремесленного производства, несомненно не ограничивавшегося одним гончарным делом. Многочисленные клады и отдельные находки римских серебряных монет говорят о денежном обращении, а, следовательно, и о некоторой товарности хозяйства, что подтверждается находками в комплексах черняховской культуры не только местных ремесленных изделий, но и различных привозных вещей. Могильники этой культуры содержат погребения с двумя разными обрядами — трупосожжением и трупоположением, что указывает на смешанность населения с разными культурными традициями и разным происхождением. В количестве и ценности вещей, сопровождающих покойников в могилу, наблюдаются существенные различия, свидетельствующие о значительном экономическом и социальном расслоении населения[183].

Черняховская культура бытовала всего два столетия — III и IV вв., что хронологически точно соответствует времени существования Готского союза в Восточной Европе. В начале III в. обосновавшиеся в Причерноморье германцы-готы в союзе с местными племенами заявили о себе опустошительными нападениями на восточные владения Римской империи, а в конце IV в. они уже ищут спасения от гуннов за Дунаем.

Черняховская культура возникла и исчезла вместе с готами и обнимала разнородное население, входившее в состав Готского союза. Собственно готы составляли в нём, несомненно, меньшинство[184], не имевшее самостоятельного культурного значения и всецело подчинившееся местной культуре, развившейся в тесных связях с римскими провинциями и, по сути дела, представлявшей локальный вариант провинциальной римской культуры. Вероятно, значительная часть населения с черняховской культурой принадлежала к гетам или другим близко родственным с ними фракийским племенам; несомненно, эта культура охватывала и ту часть степного сармато-аланского населения, входившего в Готский союз, которая перешла к осёдлости и обосновалась в северо-западном Причерноморье, на Нижнем Днепре и частично в лесостепной полосе на границе со степью[185]. Распространялась черняховская культура и на часть славян, исконных обитателей лесных областей, с запада и северо-запада примыкавших к лесостепной зоне и частично расселявшихся в её границах.

Некоторые археологи и историки приписывают черняховскую культуру полностью восточной ветви славян — антам[186]. Однако для этого нет никаких оснований. В исторических источниках анты нередко упоминаются в VI в.[187]. В последний раз имя антов встречается у Феофилакта Симокатты в связи с событиями рубежа VI–VII вв., но не позже 602 г., которым заканчивается труд этого византийского историка. К этому времени черняховская культура уже давно закончила своё существование. Следовательно, исторические анты никак не могут быть связаны с этой культурой.

Правда, у готского историка VI в. Иордана, анты, как и другая, западная ветвь славян — венеды, фигурируют в событиях готской истории конца IV в. Он рассказывает, что после смерти готского короля Германариха и ухода большого числа готов (визиготов) в пределы Римской империи (376 г.), восточные готы (остроготы) остались на прежних местах под властью гуннов. Король их Винитарий, стремясь возродить былую мощь готов, напал на своих соседей антов, которые ранее находились под властью Германариха, а с появлением гуннов обрели независимость от готов. Сначала анты отразили готов, но затем всё же были побеждены последними. Готы захватили антского князя («рикса») Божа и, желая окончательно деморализовать своих противников, публично казнили его (распяли) вместе с сыновьями и 70 «приматами» (вероятно, старейшинами). После победы над антами готы освободились из-под власти гуннов и пользовались свободой около года. Этого не потерпел гуннский царь Баламбер и вместе с оставшимися верными ему готами явился с целью восстановить гуннскую власть. В битве на реке Эрак Винитарий был убит, остроготы окончательно разгромлены и должны были подчиниться победителям. По словам Иордана, Баламбер «стал мирно владеть уже всем подчинившимся ему народом готов, но всё же так, что народом готов всегда правил собственный царёк, хотя и по усмотрению гуннов». Вместе с гуннами остроготы оказались в Паннонии и вплоть до смерти Атиллы [Аттилы] верно служили своим поработителям[188].

Война остроготов с антами могла произойти только некоторое время спустя после появления гуннов в Причерноморье. По данным Иордана, после смерти Германариха остроготами правил его племянник Валараис, сыном которого и был Винитарий. Правление последнего, следовательно, может относиться только к концу IV в., может быть даже к тому времени, когда Гуннская держава, простёршаяся на запад до Дуная, временно распалась на несколько частей, одну из которых и могли составить остроготы Винитария. У современника гуннского нашествия римского историка Аммиана Марцеллина преемником Германариха назван Витимир, погибший в битве с аланами, которые, по-видимому, выступали как авангард гуннской орды, а наследником его — малолетний Витерих, при котором часть остроготов удалилась за Дунай, о Винитарии же не упоминается вовсе. Ввиду этого ряд историков считает рассказ Иордана о Винитарии апокрифическим[189]. Г. Вернадский выходит из положения путём отожествления Винитария Иордана с Витимиром Аммиана Марцеллина, полагая, что одно его имя готское, а другое славянское. Вместе с тем он отожествляет антов с аланами[190]. Е. Ч. Скржинская думает, что у Иордана и Аммиана Марцеллина речь идёт о разных группах готов, на которые они разделились под ударами гуннов[191]. Последнее и мне представляется наиболее вероятным. Даже при Германарихе готы не представляли полного единства, а с появлением гуннов они распались на многие части, из которых одни искали спасения в бегстве, другие подчинились завоевателям или оставались на месте, как готы, засевшие в Крымских горах, или, присоединившись к гуннской орде, вместе с нею вторглись в Центральную Европу.

В изложенных сообщениях Иордана на исторической арене впервые появляются анты, восточная часть славян, местожительство которой тот же автор указывает в его время (VI в.) между Днепром и Днестром. Возможно, что там же они жили ещё в IV в., хотя точные границы занятой ими области неизвестны ни для IV, ни для VI в. Вместе с тем нет решительно никаких оснований приписывать черняховскую культуру антам. Между этой культурой и бесспорно славянской культурой, в VI–VIII вв. появляющейся в тех же областях, в которых была распространена первая из них, нет никакой генетической связи[192]. Главные археологические признаки славянской культуры, общие не только для восточных, но и для западных и для южных славян, развиваются не из черняховской культуры, а из совершенно иных основ и даже у восточных славян нет ничего, что можно было бы отнести за счет наследия черняховской культуры. Ввиду этого необходимо полагать, что черняховская культура, если даже она и обнимала какую-то часть восточных славян (антов), существенной роли в культурно-историческом развитии восточных славян в целом не сыграла. Охваченные этой культурой славяне разделили судьбу готов, не оставив в Восточной Европе ничего, что свидетельствовало бы о каком-либо значении их здесь в последующей истории.