Михаил Артамонов – История хазар (страница 74)
Страну, о которой идёт речь, Иосиф представлял в виде окружности с диаметром в 50 или 60 фарсахов. Размеры её в направлении четырёх стран света он, однако, указывает не из геометрического её центра по радиусам, а из точки, смещённой к северо-востоку от него. Совершенно очевидно, что это не произвольная точка, а тот административный центр Хазарии, в котором находился царь Иосиф, т. е. столица Хазарии — Итиль. Хотя точное положение этого города остаётся неизвестным, его надо искать на нижней Волге. Страна, административным, а не географическим центром которой был Итиль, охватывала, по Б. А. Рыбакову, треугольник между Волгой и Доном с основанием по линии Манычей на юге. Однако такие границы получены им искусственным путём и не соответствуют бесспорным данным, согласно которым собственно Хазария простиралась значительно дальше на юг, и, если принять во внимание свидетельство Иосифа, обнимала не только всю волжскую дельту, но и значительную территорию к востоку от нижней Волги.
Б. А. Рыбаков глубоко ошибается, принимая фарсах за линейную меру длины, подобную миле, версте или километру. На самом деле фарсах в разных условиях имел различную протяжённость и точно так же, как вполне реальное понятие «день пути» не имел и не мог иметь постоянно и повсеместно один и тот же линейный эквивалент. В одних условиях «день пути» равнялся 20, а в других 50 и больше километрам. Точно так же и протяжённость фарсаха была различной в зависимости от условий передвижения: в горной, пересечённой местности одна, а на ровной степи — другая[1289]. Это была не мера длины в нашем смысле слова, а мера усилий, затрачиваемых на преодоление пространства, стоящая ближе к исчислению времени, чем линейного расстояния. Поэтому совершенно безнадёжно определение хазарского фарсаха путём сопоставления с длиной арабского фарсаха, которая также колебалась от 6 до 9 и больше километров[1290]. Ввиду этого при определении размеров Хазарии Иосифа надо идти не тем путём, которым пользуется Б. А. Рыбаков, не прикидывая на карте расстояния в фарсахах, произвольно приравненных к тем или иным мерам длины, да ещё от искусственно подогнанного центра, а принимая за основу те реальные признаки, которые известны для её границ.
Б. А. Рыбаков правильно отожествил реку Бузан с Доном, ограничивающим Хазарию с севера и запада, а «нашу реку» Иосифа с Волгой, которая образует северный предел Хазарии там, где она поворачивает к Каспийскому морю (у Волгограда). Южная граница Хазарии проходила по большой реке Уг-ру, которую Б. А. Рыбаков отожествляет с Манычем. Эта река упоминается только в пространной редакции письма Иосифа и притом с весьма странным добавлением, гласящим, что из неё вытекает река Бузан. Можно было бы допустить, что Уг-ру приток Бузана — Дона и отожествить её с Манычем, как и полагает Б. А. Рыбаков, если бы Западный Маныч, действительно впадающий в Дон, находился на юге, а не на западе Хазарии, где он не может образовывать южную границу этой страны. Для того, чтобы Маныч мог играть роль южной границы, его надо рассматривать вместе с Восточным Манычем, который соединяется с ним через озеро Гудило, но течёт в противоположном направлении и, в обычное время теряясь в песках и мелких озёрах, только в половодье достигает р. Кумы приблизительно в 100 км от ее устья. Но если система рек Кума — Манычи представляет пограничную реку Уг-ру, то где же большая река В-д-шан, до которой доходил Иосиф во время своего летнего кочевания и которая тоже находилась на юге Хазарии, но ближе к Итилю, чем Уг-ру? До В-д-шана считалось 20 фарсахов, тогда как расстояние от Итиля до Уг-ру определялось в 30 фарсахов[1291].
На юге хазарских владений в тех границах, которые очерчены Иосифом, имеются три реки: Кума, Терек и Сулак. В-д-шаном из них может быть только Кума, так как севернее её к Волге по Каспийскому побережью нет не только «большой», но и, вообще никакой сколько-нибудь заметной реки. В таком случае искусственная конструкция Кума-Манычи не Уг-ру и не граница Хазарии, а всего только негодная попытка подыскать рациональное объяснение совершенно невероятному замечанию относительно реки Уг-ру в письме Иосифа, по-видимому, безнадёжно испорченному переписчиками. Уг-ру надо искать дальше на юг, в следующих за Кумой реках — Тереке или Сулаке. К совершенно такому же заключению о невозможности отожествления Кумы-Манычей с рекою Уг-ру мы придём и в том случае, если попробуем принять за В-д-шан не Куму, а Терек или Сулак, так как Уг-ру находилась южнее В-д-шана. Наиболее вероятным нам представляется отожествление В-д-шана с Кумой, а Уг-ру с Тереком, так как расстояние от Терека — Уг-ру до Кумы — В-д-шана соответствует приблизительно половине расстояния от В-д-шана — Кумы до Итиля — Волги, как это и следует из данных письма Иосифа, где В-д-шан указан в 20 фарсахах от Итиля, а Уг-ру в 30, из чего нетрудно заключить, что расстояние от В-д-шана до Уг-ру, иначе от Кумы до Терека, равнялось 10 фарсахам и было вдвое короче длины пути от В-д-шана до Итиля. Кстати заметим, что именно в виду этого Сулак не может быть Уг-ру, а Терек В-д-шаном; соотношение расстояния между этими реками к расстоянию до Итиля совершенно иное, нисколько не соответствующее приведенным данным письма Иосифа. По тем же соображениям непригодно и отожествление Сулака с Уг-ру с приурочением В-д-шана к Куме.
Согласившись с изложенным заключением, мы получаем возможность определить приблизительное местонахождение города Итиля, о котором известно, что он находился на Нижней Волге, очевидно, в пределах её дельты, простирающейся более чем на 400 км. Взяв за основу расстояние между Тереком (у Кизляра) и Кумой, равное, как мы видели, 10 фарсахам, и откладывая его дважды по прямой до пересечения с Волгой, мы получим, что город Итиль, от которого вёлся отсчёт у Иосифа, находился примерно в 120 км выше Астрахани, приблизительно в районе Енотаевска — Селитряного, где известны развалины первой татарской столицы Сарая-Бату, но где до сих пор не обнаружено никаких следов Итиля. Так как следов Итиля не обнаружено также нигде в другом месте, наше заключение имеет определённую ценность как первое обоснованное указание на возможное местоположение этого города[1292].
Вероятность изложенного заключения о местонахождении Итиля была бы значительно более высокой, если бы мы знали расстояние от города Итиля до северной границы Хазарии, которая в письме Иосифа указана довольно точно — у поворота Волги близ Волгограда. В одной редакции письма Иосифа оно определено в 20 фарсахов, а в другой — в 30, тогда как расстояние до южной границы в обеих редакциях совпадает. Чем вызвано такое расхождение в цифрах, относящихся к одному и тому же расстоянию, а равным образом, которая из них стояла в оригинальном тексте письма — сказать невозможно без дальнейших сопоставлений. Можно лишь заметить, что расстояние от предполагаемого места города Итиля до северной границы Хазарии вполне соответствует расстоянию от него до В-д-шан-Кумы, а следовательно, тоже равняется не 30, а 20 фарсахам.
Тенденция к увеличению расстояний проявляется в краткой редакции письма Иосифа и ещё в одном случае, — вместо 30 фарсахов до западной границы Хазарии в ней поставлено 40. Если и в этом случае исходить из уже установленной протяженности 10 фарсахов, то расстояние в 30 фарсахов до западной границы по Дону от предполагаемого места Итиля приведёт нас точно к Саркелу, тогда как при протяженности Хазарии в этом направлении в 40 фарсахов точка пересечения с Доном отклонится к югу, примерно до устья Маныча. И в этом случае предпочтение надо отдать расстоянию в 30 фарсахов, указанному в пространной редакции, так как оно связывается с наиболее важным пунктом на западной границе Хазарии — Саркелом, к которому, к тому же, вела главная дорога на запад из столицы государства на Волге.
В заключение мы можем подойти к определению протяжённости хазарского фарсаха. Как следует из приведённых данных, он равнялся не 5 и не 9, а, по крайней мере, 13 км. Это та величина хазарского фарсаха в мерах длины, которую можно учитывать лишь весьма условно в качестве среднего эквивалента, так как, уже говорилось, фарсах был вовсе не мерой длины и в разных условиях передвижения менял свою протяжённость.
К вопросу о местоположении Итиля можно подойти и другим путём, исходя из данных арабских авторов, указывавших расстояние до него в днях пути. К сожалению, эти указания весьма противоречивы. По одним данным, путь от Дербента до Семендера занимал 4 дня, по другим — 6, а от Семендера до Итиля — 8 или 7. Общее расстояние от Дербента до Итиля, таким образом, исчислялось в 12–13 дней пути. День пути арабы приравнивали к 5 фарсахам, а фарсах считали равным 3 милям, каждая из которых приблизительно соответствует 2 км (1973 м) Исходя из этого, общую протяжённость пути от Дербента до Итиля следует считать равной 360–390 км (2x3x5x12 или 13), что явно не соответствует действительности, так как, даже приняв максимальную из этих цифр, мы не достигнем не только Астрахани, но даже Волги в самом конце её дельты. Совершенно очевидно, что дневной переход надо приравнивать не к 30 км, а к значительно большему расстоянию. Однако, какое бы мы не взяли, оно будет произвольным, а следовательно, не приведёт к убедительному результату.