Михаил Апостол – Стальные Клыки Мегаполиса (страница 13)

Зал поражал масштабами. Стеклянные стены от пола до потолка открывали панораму ночного города, который с такой высоты казался лишь грудой битого пиксельного стекла на черном бархате небытия. Сотни гостей в смокингах, сшитых на Севил-Роу, и платьях, достойных Лувра, плавно перемещались по залу. Музыка — тягучая неоклассика с вибрирующим ультразвуковым подтоном, от которого зубы начинали ныть, — заполняла пространство, создавая гипнотический эффект.

— Добро пожаловать на бал, — негромко сказала Марго, расправляя плечи и принимая позу светской львицы. — Девочки, помните: не забывайте имитировать дыхание... но не делайте это слишком часто. Мертвые не запыхаются, даже когда лгут.

Они шагнули на полированный мрамор пола. В тот же миг музыка на долю секунды дрогнула, словно само пространство зала, насыщенное магией крови, отреагировало на появление чужаков. К ним уже направлялся высокий, пугающе бледный мужчина. Его кашемировое пальто поглощало свет люстр, а движения обладали ртутной грацией высшего хищника. В руке он держал бокал с густой жидкостью цвета переспелой вишни.

— Делегация «Элизиума»? — его голос был подобен шелесту сухих листьев в склепе, лишенным всякой человеческой теплоты. — Мы не ждали вас так рано. Граф обычно предпочитает появляться, когда луна достигает зенита.

Марго сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до опасного минимума. Ее улыбка в этот момент была острее, чем любой боевой клинок в арсенале Киры. Она не просто играла роль — она наслаждалась этой интеллектуальной корридой.

— Истинная аристократия никогда не опаздывает, мой дорогой, — ее голос прозвучал как мягкий бархат, скрывающий стальной трос. — Мы просто задаем время, по которому вынуждены сверяться остальные. Надеюсь, ваши запасы «урожая 86-го года» так же безупречны, как и ваша пунктуальность?

Взгляд вампира, острый и холодный, как бритва, скользнул по лицу Марго, пытаясь нащупать ложь, но наткнулся на ледяную стену уверенности. Игра началась, и ставка в ней была выше, чем просто жизнь.

Эстетика опасности

Пока Марго мастерски втягивала распорядителя вечера в словесную дуэль о тонкостях винтажных групп крови и изменениях в европейских кодексах чести, Кира начала медленный обход зала. Она двигалась плавно, имитируя ту самую хищную расслабленность, которая была визитной карточкой бессмертных.

Ее глаза, скрытые за дымчатым макияжем «smoky eyes», работали как сканеры высокого разрешения. Она отмечала всё: расположение скрытых камер за лепниной потолка, количество охраны в черных костюмах (скорее всего, полукровок-гулей, лишенных страха и боли), запасные выходы, замаскированные под зеркальные панели.

Но важнее всего были цели. Кира чувствовала их присутствие кожей — тяжелую, давящую ауру существ, которые живут слишком долго. Внутри нее снова шевельнулось то самое чувство: смесь отвращения и пугающего родства. Она видела их изящные жесты и понимала, как легко эти руки могут ломать хребты.

— Справа, у колонны из оникса, — едва слышно, почти не разжимая губ, произнесла она в микро-наушник, замаскированный под бриллиантовую серьгу. — Трое. Сектор Б. У одного под пиджаком «Узи-про». Алиса, ты видишь их систему наведения?

В ухе раздался прерывистый вздох Алисы. Кира почувствовала, как подруге тяжело находиться здесь, в эпицентре концентрации тех, кто когда-то едва не выпил ее жизнь досуха.

— Вижу... — голос Алисы дрожал, но в нем проступала техническая жесткость. — Я уже в их локальной сети. Пытаюсь перехватить протоколы распознавания лиц. Кира, не подходи ближе пяти метров к сканерам сетчатки у VIP-зоны, мой эмулятор может не выдержать такой нагрузки. И... Господи, Кира, тут повсюду запах их «кухни». Я чувствую, как у них работают насосы для подачи крови в баре. Меня сейчас вырвет.

— Держись, мелкая, — жестко отрезала Кира, хотя сердце ее болезненно сжалось. — Мы здесь, чтобы закрыть эту кухню раз и навсегда. Марго, как успехи у нашего «друга»?

Марго в этот момент изящно принимала бокал из рук распорядителя, коснувшись его пальцев своими — холодными и безупречными.

— Наш распорядитель очарователен, — отозвалась она через общий канал, сохраняя на лице маску светского интереса. — Он только что сообщил мне, что Совет соберется в малом зале через пятнадцать минут. Кира, это наш шанс. Но будь осторожна: здесь присутствует некто, кого нет в списках гостей. Я чувствую взгляд в затылок. Кто-то очень старый и очень голодный.

Кира плавно повернула голову, делая вид, что любуется видом на ночной город. Среди толпы холеных монстров она искала ту самую тень, о которой говорила Марго. Праздник смерти продолжался, и они были в самом его сердце — три живые пули, летящие в цель внутри этого роскошного стального зверя.

— Три «Тени», — голос Киры в микрофоне, замаскированном под изящную серьгу-каффу, прозвучал сухим шелестом, едва различимым за приглушенным гулом светской беседы. — Сектор четыре, северный балкон. Один вооружен «Фантомом» — тяжелый арбалет, болты с нейролептиком. Двое других — классика: «беретты» с серебряным напылением и, судя по выправке, армейский кибер-софт в глазах.

Кира сжала пальцы на рукояти скрытого под полой пиджака «Стингера». Металл отозвался привычным жаром, впитывая её гнев. Внутри неё снова проснулось то самое чувство — темный, липкий восторг перед лицом опасности. Она ненавидела это в себе: то, как её сердце начинало биться в ритме заведенного часового механизма бомбы, когда в воздухе пахло озоном и близкой смертью. Её собственная регенерация уже работала на пределе, зрачки расширились, поглощая свет неоновых ламп, и она на мгновение испугалась, что её глаза вспыхнут тем самым голодным желтым блеском, который выдавал в ней не совсем человека.

— Вижу их, — отозвалась Алиса.

Она стояла у фуршетного стола, тонкая, почти прозрачная в свете хрустальных люстр. В одной руке она держала бокал с шампанским, к которому ни разу не прикоснулась — запах алкоголя мешался с тяжелым, сладковатым ароматом крови, исходившим от «напитков» для VIP-гостей, и это вызывало у неё тошноту. Алиса чувствовала, как дрожат её пальцы. Прошло полгода с тех пор, как она соскочила с «багровой пыли», но в такие моменты жажда возвращалась, впиваясь в вены раскаленными иглами. Чтобы унять дрожь, она сосредоточилась на планшете, спрятанном в дизайнерском клатче.

— Я подключаюсь к их локальному узлу связи. Дайте мне три минуты, — прошептала она, и её глаза на мгновение подернулись цифровой дымкой — интерфейс прямой нейросвязи начал агрессивный взлом. — Защита у них стоит «Цербер-4», старая школа, но кусачая. Если я ошибусь, они выжгут мне синапсы быстрее, чем вы успеете моргнуть. Я попробую ослепить их датчики движения и подменить картинку на камерах.

Марго в это время плыла сквозь толпу, словно лебедь по зеркальному пруду, полному крокодилов. Она смеялась, едва касаясь кончиками пальцев расшитого золотом рукава распорядителя. Этот жест был верхом дерзости, почти святотатством — высшие вампиры презирали тактильный контакт с «кормом», считая его осквернением. Но Марго играла роль древней графини из павшего европейского рода, эксцентричной аристократки, которой позволено нарушать любые протоколы.

— О, господин Лоренц, вы так очаровательно старомодны, — её голос был подобен жидкому бархату, в нем слышались нотки дорогого вина и вековой усталости. — В «Элизиуме» мы давно поняли: чтобы контролировать стадо, нужно не пугать его, а стать его самой прекрасной, самой несбыточной мечтой. Страх порождает бунт, а обожание — рабство.

Внутри неё всё сжималось от отвращения. Она ненавидела этот мир, его фальшивый блеск и запах гнили, замаскированный парфюмом за пять тысяч долларов. Но одновременно с этим она чувствовала пугающее родство с этой роскошью. Шелк её платья цвета венозной крови ласкал кожу, и на мгновение ей стало страшно: а что, если она действительно принадлежит этому месту больше, чем своим подругам?

Кира тем временем заметила движение в дальнем конце зала. Толпа расступилась, словно морская вода перед форштевнем линкора. Шум стих, сменившись благоговейным шепотом. В центр залы вышел он.

Виктор Валори.

Он не нуждался в короне, чтобы выглядеть монархом. Его костюм был вызывающе простым: угольно-черная шерсть тончайшей выделки, белоснежная рубашка с расстегнутым воротником, полное отсутствие украшений. Но его аура... Кира ощутила её кожей, как физическое давление, как внезапное падение атмосферного столба. Это была тяжелая, удушающая волна древней силы, замешанной на абсолютной власти. Валори не просто владел этим небоскребом и этой корпорацией — казалось, он владел каждым вдохом, каждым ударом сердца в этом зале.

— Цель на горизонте, — голос Киры стал ледяным, в нем прорезался металл. — Марго, твой выход. Алиса, прикрой нас со стороны сети. Если его личные сканеры засекут наши эмиттеры, нам конец. Мы превратимся в пепел раньше, чем я успею выхватить ствол.

— Поняла, — коротко бросила Алиса, её лоб покрылся мелкой испариной. — Запускаю протокол «Мертвый шум». Сейчас я создам в зале десятки ложных тепловых и биометрических сигнатур. Для их систем безопасности зал превратится в логово призраков. Они будут видеть угрозу в каждой тени.