Михаэль Фартуш – Евротётки (страница 5)

– Нет, Майкл, благодарю. Ты попал почти в точку. Я раньше считал, что психология не является наукой. Теперь вижу, что ошибался. Что ты можешь сказать об Энтони? Смогу ли я как-то наладить отношения с этим человеком?

– Наладить рабочие отношения можно с кем угодно, – ответил Майкл. – Но это будет непросто. Энтони почти на 100% холерик. Его характеризует быстрота принятия решений, целеустремлённость и настойчивость в достижении целей. В основном, это те люди, которые предпочитают играть главную роль во всех сферах жизни. Можно сказать, что они карьеристы, которые не останавливаются ни перед чем для достижения своих целей. Они могут быть несдержанными, импульсивными. И, несмотря на то, что ваши типы темпераментов немного схожи, сангвиники и холерики не могут уживаться на рабочем месте.

– Вот и всё, – вздохнул я. – Сразу почувствовал напряжение между нами.

– Есть ещё одна вещь, – шепнул мне на ухо Майкл. – У Энтони я наблюдаю пограничное состояние психики. Проще говоря, есть психически больные и есть те, кто стоит на пороге этого психического расстройства. Так вот, Энтони вполне может под воздействием внешних факторов стать пациентом психиатрической больницы. Помните, что это должно остаться между нами.

Откровенность Майкла меня насторожила. Он видел меня впервые и вдруг решился довериться. Может, он в сговоре с Энтони? Он так же легко может обнародовать всю правду обо мне.

– Ты не боишься, что я расскажу Энтони всё, что ты мне сказал? – спросил я, пронизывая Майкла своим взглядом.

Майкл остался невозмутим.

– Я знаю о вас больше, чем вы сами. В тех тестах, что я вам показал, скрыто ещё нечто, которое вам знать не следует. Вы не способны на подлость без причины. Если вы делали что-то недоброе, это было не от желания, а по приказу, которого вы не могли ослушаться. Вы хотели узнать об Энтони? Позвольте мне продолжить и предостеречь вас. Будьте осторожны с этим человеком: у него налицо два типа психического расстройства, которые могут перерасти в болезнь. Он жаждет внимания, обожает драматизировать, не переносит споров и не отстаивает свою правоту, упуская детали. Он патологически много внимания уделяет своему внешнему виду и постоянно ждёт одобрения со стороны окружающих. А если учесть, что он свято убеждён в своей уникальности и важности, стремится к власти и успеху, и часто использует людей в своих интересах, то получается довольно взрывоопасная смесь.

– Благодарю за предостережение, – искренне произнёс я, восхищаясь познаниями этого человека.

– Если честно, я очень опасаюсь Энтони, – откровенно признался Майкл. – В любой момент он может предать или подставить тебя. Не доверяйте его вежливости, изысканным манерам и доброжелательности.

– Получается, что он двуличен? – спросил я.

– Не совсем, – ответил Майкл. – У него одна личность, и не совсем хорошая. Просто эту сторону он тщательно скрывает. Я сразу раскусил его и хочу предостеречь и вас.

– Спасибо, а как насчёт других?

– Нужно быть осторожным с Мартином, – предостерёг меня собеседник. – Он излишне болтлив и часто жалуется на коллег. Энтони приблизил его к себе, ему нужен такой человек. Но Мартин не понимает, что первым, кого предаст Энтони, будет он.

– Иными словами, он стукач, – заключил я.

– Можно и так сказать, – согласился собеседник. – Они с Энтони очень похожи, у них завязались дружеские отношения. Но дружба с Энтони может выйти боком. Остальные, в принципе, надёжные. У них у всех свои особенности, но в плане деловых отношений они гибкие и предсказуемые.

– Мне в вас не нравится ещё одна черта, – произнес Майкл, как бы невзначай. – Она тоже может привести вас к психическому расстройству.

– О чём это ты? – недоумённо пожал я плечами.

– Вы чрезмерно подозрительны и склонны воспринимать любые поступки окружающих как агрессивные, будто направленные на причинение вам вреда. Это нарушение психического состояния, известное как паранойя или параноидальное расстройство. Пока в этом нет ничего страшного, но, если подобные чувства будут сохраняться длительное время, это может перерасти в психическое заболевание. Я полагаю, это связано с вашими долгими стрессами во время военных действий. У вас не развился посттравматический синдром благодаря вашей сильной и устойчивой психике, но незначительные параноидальные симптомы всё же появились. Если вы заметите, что ваша паранойя прогрессирует, немедленно обратитесь ко мне. Я бы также рекомендовал вам сменить место работы. Вам подойдёт спокойная, мирная деятельность, свободная от опасности и риска. Но я уверен, вы справитесь с этой проблемой сами.

– Знаешь, я чувствовал, что со мной что-то не так. Теперь ты мне это научно объяснил. Постараюсь разобраться. Но меня также интересуют личности женщин, которых мы оберегаем.

– Не просите меня. Я не имею права разглашать подобные сведения. Всё-таки это политики и общественные деятели. Не дай бог, если информация о них просочится в прессу. Вы ведь видите, сейчас никто не афиширует их деятельность. Мы защищаем их не только от различных террористических атак, но и от посягательств на личную жизнь со стороны прессы и общественности.

– Все сведения останутся между нами. Я не собираюсь раскрывать тайну чьей-то личной жизни. В настоящий момент меня интересует только одна женщина. Её зовут Лея.

Майкл отвёл глаза, неуверенно перебирая складки на своей одежде.

– Почему такой интерес именно к ней? – спросил он, насторожившись.

– Просто в Бухаресте произошёл некий инцидент из-за неё. Объяснения Энтони не совсем удовлетворили меня. Теперь я просто хочу лучше узнать, кто она на самом деле. Ничего личного. Я интересуюсь с профессиональной точки зрения. Мне показалось, что Лея взбалмошная и несерьёзная. Удивительно, как она смогла стать депутатом Европарламента. Неужели мама её туда протолкнула?

– Зачем вы так? – смутился Майкл. – Просто она ещё молода. А если учесть, что она ни разу не была замужем, то её поведение не отличается от поведения тысяч женщин в подобной ситуации.

– Ты пытаешься её защищать, – удивился я. – Тогда расскажи о ней, возможно, я поменяю своё мнение на противоположное.

– Вкратце, она свободолюбивая, раскрепощённая, независимая. Не боится высказывать своё мнение и уверенно отстаивает свои взгляды. Избегает серьёзных конфликтов, а если таковой происходит, то лучше оставить её в покое. Разнесёт в пух и прах.

– А что ты знаешь о её матери?

– Абсолютно ничего. Только то, что она председатель комиссии по экологии, а её муж – дипломат, работает где-то в Южной Америке. Почему бы вам не спросить о её семье у неё самой? Хотя вряд ли она будет откровенна с вами.

– А с тобой будет? – неожиданно спросил я.

Мой вопрос поставил Майкла в неловкое положение.

– Со мной тоже вряд ли будет, – запинаясь, проговорил он. – Но если это так важно, то я попытаюсь кое-что разузнать.

– Будь так добр. Для меня эта работа новая, и я не знаю, как себя вести.

– Просто будьте самим собой, и всё будет хорошо.

3

Во время ужина я подсел на свободное место рядом с Энтони. Он с удовольствием уплетал что-то, напоминающее шницель.

– Можно я составлю тебе компанию? – спросил я, заранее зная ответ.

– Конечно, мог бы и не спрашивать, – удивлённо отвлёкся от еды Энтони. – Кстати, кормят здесь совсем неплохо. Как дела? Вижу, ты немного отдохнул. Ах да, в гостинице появилось новое правило. Раньше нельзя было выбрать еду на завтрак и ужин, то есть то, что тебе преподнесут, тем и приходилось довольствоваться. Теперь они предоставят меню на целую неделю вперёд, и ты можешь выбрать то, что тебе по душе.

– А я думал, тут будет шведский стол, как во всех гостиницах.

– Шведский стол только сегодня в честь нашего заселения. Завтра всё будет иначе. Они обещали принести буклет с меню после ужина. Кстати, ты собирался вечером на пробежку. Я нашёл тебе партнёра. Мартин составит тебе компанию, он тоже поддерживает хорошую физическую форму.

«Я нисколько не сомневался, что это будет Мартин», – подумал я про себя. – «Какой же хитрый этот бестия Энтони! Мартин будет присматривать за мной, выведывая всё, о чём я думаю. Хорошо, что я поговорил с Майклом, теперь я готов к любым вызовам».

Я молча кивнул головой и изобразил что-то наподобие улыбки.

– Спасибо, что заботишься обо мне. Скажи Мартину, что я буду ждать его в холле в девять вечера.

– Хорошо, передам. Но у меня есть к тебе просьба: постарайся не убегать слишком далеко от гостиницы и вернуться не позже десяти.

– Я чувствую себя подростком, находящимся под строгим контролем родителей.

– Мы все в таком же положении. В первое время необходимо проявлять бдительность и осторожность.

Энтони закончил трапезу и неожиданно произнес:

– Я послал к тебе Майкла, ты с ним разговаривал?

– Конечно, – ответил я настороженно.

– Извини, что я не предупредил. Просто мне хотелось, чтобы психолог немного взбодрил тебя. Я понимаю, как тяжело и непривычно тебе на новом месте.

– Всё нормально, – отмахнулся я. – Мы с ним отлично поговорили, и я остался доволен.

– Он действительно замечательный специалист, – заметил Энтони, приступая к десерту. – Всё о всех знает. Я порой его боюсь. Человек, который знает тебя лучше, чем ты сам, может быть опасным. Интересно, что он обо мне рассказал?