Мейв Бинчи – Зажги свечу (страница 79)
– Ну и где же вы заночуете? – спросила Джоанни, надеясь поймать их на вранье.
– У моей родни в Дун-Лэаре, – невозмутимо ответила Эшлинг. – Тони до сих пор с ними не познакомился, так что сейчас отличный шанс повидаться.
– Вот именно, с нетерпением жду встречи, – поддакнул Тони, и Эшлинг глянула на него с благодарностью.
– Ладно, тогда давайте мы вас туда отвезем, не оставлять же вас за десять миль от города. До Дун-Лэаре ведь миль десять, верно? – бархатным голоском предложила Джоанни, уверенная, что теперь-то загнала их в ловушку.
– Отличная идея! – радостно согласилась Эшлинг, и кое-как они пережили почти два часа поездки в час пик.
Когда они добрались до пансиона, Эшлинг выпрыгнула из машины первой и помчалась к дверям. Если вдруг возникнет какое-нибудь недоразумение, она хотела разобраться с ним заранее.
– Эшлинг, детка, как я рада тебя видеть! – воскликнула кузина мамани Гретта Росс. – Ты привезла своего милого муженька, чтобы я на него поглядела?
– Мы приехали с ночевкой, если вы не возражаете, – торопливо сказала Эшлинг.
– Какая честь для нас… такое счастье… И где же он?
Гретта вышла к машине и пожала всем руки, пока Тони доставал вещи из багажника.
– Он и верно красавчик, как все и говорили! – восторгалась Гретта. – Как здорово, что вы наконец ко мне заехали!
Остальные Мюрреи неохотно отправились дальше, отказавшись выпить чая, так как Джон заявил, что должен вести машину и доставить их домой, пока еще не слишком поздно.
Он дал Гретте Росс свое благословение, о котором она попросила, и Эшлинг злорадно заметила, что Джоанни весьма расстроилась, убедившись, что ее подозрения беспочвенны.
– Гретта, ты нас очень выручила. Я просто хотела от них всех избавиться и провести вечер вдвоем, если ты понимаешь, о чем я.
– Детка, я безумно рада тебя видеть и неимоверно довольна, что ты решила сюда заехать. Проходите, давайте отнесем вещи в комнату справа от лестницы, там хороший вид на гавань. Ну вот, умойтесь, отдохните и повеселитесь, а у меня дел полно. Можете пойти прогуляться, вверх по горке или еще куда-нибудь, посмотрите на город сверху. Я вам оставлю в столовой тарелку с холодной курицей, угощайтесь, когда вернетесь. Сегодня вечером у меня двенадцать человек ужинают, так что я не смогу вас развлекать.
– Господи, счастье-то какое! – воскликнул Тони после душа, вытряхивая из чемодана чистую рубашку. – Ты просто гений, что сумела от них избавиться. Мое терпение уже иссякло, да и твое, думаю, тоже.
– Да уж, я побоялась, что если мы вернемся в Килгаррет, то сегодня вечером сбежать от них не получится.
– Честное слово, ты гений, не устану это повторять! А теперь будь хорошей девочкой, одевайся и давай сходим куда-нибудь выпить. У меня уже глотка пересохла.
Эшлинг надела чистое платье и причесалась.
– Тони, я хочу поговорить с тобой. Именно поэтому я тебя похитила.
– Конечно-конечно! – Тони выглядел измученным. – В баре и поговорим.
– Нет. В баре про такое не поговоришь. Выбирай: или здесь, или идем гулять.
– Да в чем дело? Что за странные игры?
– Я сказала как есть. Я хочу с тобой поговорить. Нам нужно поговорить.
– О господи, Эшлинг, только не сейчас, а? Мы едва живые после поездки… – Он смотрел на нее умоляющими глазами, но она молчала. – Ладно, если ты все быстро расскажешь, то говори здесь, а потом пойдем в бар. Договорились?
– Будет не слишком быстро, – ответила она.
– Ну тогда давай найдем тихий приятный бар и как нормальные люди сядем в уголочке, и ты мне все расскажешь? Давай?
– Нет.
– Боже правый, почему нет?
– Потому что я как раз хочу поговорить про посиделки в барах.
– Не понимаю, о чем ты.
– Тони, ты все прекрасно понимаешь. Я хочу поговорить о том, как ты постоянно напивался все время, что мы провели в Риме. Ни одного дня не прошло, чтобы ты не наклюкался.
– Так ты не поговорить со мной хочешь, а попилить меня? Я так и знал, что где-то будет подвох. Почему бы тебе не сказать прямо: «Тони, я хочу покапать тебе на мозги», а не притворяться, будто хочешь поговорить?
Казалось, Тони доволен тем, что нашел корень проблемы. Он даже слегка ухмыльнулся, причем нервно. У Эшлинг задрожали губы. Сохранять спокойствие очень трудно, но от любого неосторожного движения шанс поговорить снова ускользнет, как уже случалось в прошлом. Эшлинг заставила себя выдавить улыбку:
– Нет, честное слово, я всего лишь хочу поговорить. – Она улыбнулась шире, надеясь на ответную реакцию с его стороны, но Тони промолчал. – Обещаю, мы только поговорим. Я что-то скажу, ты что-то ответишь, никто из нас не станет кричать, так что мы сможем…
– Так что ты сможешь изводить меня придирками! – победно вставил Тони.
– Я не извожу тебя.
– Еще как изводишь!
– Нет. Когда я в последний раз тебя пилила?
– Ты всегда меня пилишь! Вздыхаешь, стонешь, закатываешь глаза. Как еще это назвать?
– Пожалуйста, Тони, только сегодня, только один вечер. Никаких баров, никакой выпивки, мы просто поговорим. Клянусь, я больше ни слова не скажу тебе про твою пьянку. Обещаю!
– Какой смысл разговаривать о выпивке, если ты не собираешься упоминать про пьянку? – растерялся Тони.
– Я хотела поговорить о том, почему ты так много пьешь и имеет ли это отношение к… к нам… к тому, что мы не сделали… и что мы не делаем…
– Ага, вот оно что! Психология. Психоанализ. Кушетка психиатра. Ложись на кровать, Тони, и расскажи мне про свои глубинные переживания. Зачем люди пьют? Я пью, потому что, черт возьми, я хочу выпить! И я собираюсь пойти пропустить кружечку. Ты идешь со мной или нет?
– Один час. Дай мне всего один час. Пожалуйста!
– Хорошо. Только сначала мы пойдем в паб.
– Нет, в паб пойдем потом. Как только мы туда придем, ты начнешь болтать с завсегдатаями, и у нас не будет возможности поговорить.
– Не начну, честное слово! Я никого к нам не притащу.
– Нет. Потому что когда ты вернешься из бара, то будет уже поздно. Ночь наступит.
– Я не могу разговаривать здесь, я задыхаюсь… – Тони провел пальцем под воротником рубашки. – Эшлинг, ну что за детские игры?
– А если я схожу и принесу нам немного виски? Тогда ты сможешь разговаривать? – Она смотрела на него умоляющим взглядом.
– Что ты хочешь сказать? У тебя есть один час, имей в виду. Сейчас семь часов вечера, к восьми мы должны быть в баре.
Эшлинг проскользнула вниз по лестнице и вышла на улицу. Она помнила, что, когда останавливалась здесь в прошлый раз, за углом видела бар. Память ее не подвела, и она моментально вернулась в комнату с половиной бутылки виски «Джеймесон», тщательно завернутой несколько обескураженным барменом. Тони уже лежал на кровати. Эшлинг щедро наполнила стаканчики для чистки зубов, стоявшие на раковине.
– Твое здоровье! – сказал Тони и одним махом залил в себя почти все содержимое стаканчика.
– Мы боимся поговорить о том, что тревожит нас обоих, – начала Эшлинг.
– Я тебя слушаю, – взмахнув рукой, словно приглашая ее к выступлению, ответил он.
– Мы женаты уже пятнадцать месяцев и до сих пор не вступили в брачные отношения. Вот о чем мы не разговариваем.
– О!.. – потрясенно выдавил Тони.
– Честно говоря, я понятия не имею, что к чему, но думаю, с такой проблемой нам следует обратиться к специалисту или кому-нибудь еще, вот что я хотела с тобой обсудить.
– К специалисту… К какого рода специалисту? К специалисту по траху? Мы такого искать будем? Как насчет кого-нибудь из тех жуликоватых итальянских официантов? Может, кто-нибудь из них подошел бы? Надо же, и как мы тогда не подумали! Вот уж у кого следовало спросить совета! Может, даже денег платить не пришлось бы. Он бы и бесплатно поработал. Или даже заплатил тебе…
– Нам очень сложно обсуждать эту тему, но, Господь всемогущий, нам не станет легче, если ты будешь орать и насмехаться надо мной еще до того, как мы начали…
– О, прости, пожалуйста, давай вернемся к сути дела. Специалист, говоришь? Ты уже нашла кого-то? Может, он ждет за дверью?
– Тони!
– Нет-нет, продолжай. Я не стану прерывать тебя. Ты же хотела поговорить, так говори.
– Мне трудно говорить. Такие вопросы тяжело обсуждать.