Мейв Бинчи – «Квентин» (страница 3)
Три месяца спустя Дейрдра и Элла готовились выступить подружками невесты.
– Может, на свадьбе Нуалы я тоже встречу свою настоящую любовь, – сказала Элла матери. – В этом ужасном прикиде мандаринового цвета, который она для нас выбрала, меня будет трудно не заметить.
– Тебе к лицу любое платье, – отозвалась Барбара.
– Да брось, мам, ну правда. Мы разряжены в пух и прах, как два клоуна, что рекламируют бензин на заправке или раздают конфеты на благотворительной ярмарке.
– Чепуха. Ты слишком строга к себе…
– Дейрдра только недавно об этом вспоминала. Она все время говорит, что вы с папой все мне позволяете, да еще и нахваливаете, и что я избалованная принцесса.
– Нет ничего более далекого от истины.
– Но, мам, ты ведь даже не ругаешь меня за то, что я не хожу на мессу.
– Если хочешь, буду ругать, но какая от этого польза? Вообще-то, отец Кенни всегда наставляет нас печься о собственной душе, а не о чужой.
– Поздновато отец Кенни и церковь об этом задумались. Как насчет крестовых походов и миссий?
– Надеюсь, ты не станешь утверждать, что бедный отец Кенни лично в них участвовал? – улыбнулась Барбара.
– Нет, конечно. На протяжении всей церемонии я буду само почтение и вежливость, хотя считаю, что Нуала спятила, затеяв всю эту возню с венчанием.
– Я так понимаю, когда наступит твоя очередь, отца Кенни нам беспокоить не придется?
– Нет, мама. Когда наступит моя очередь, свадьбы уже будут играть на Марсе.
Свою любовь на свадьбе Нуалы Элла так и не встретила, в отличие от Дейрдры, которая внезапно воспылала страстью к одному из женатых братьев Фрэнка, прибывших на торжество из Лондона.
– Ох, Дейрдра, не делай глупостей. Прошу, оставь его в покое, – сказала Элла.
– Что ты имеешь в виду? – В невинном изумлении Дейрдра широко распахнула глаза.
– Я уже устала прикрывать тебя и этого круглого идиота, задерживать все эти фотосессии, пока подружка невесты не появится вся растрепанная на пару с одним из шаферов. О чем ты только думаешь?
– Да все нормально, просто веселимся. Нуала тоже повеселилась бы… точнее, повеселится.
– Нет, Дейрдра, ты не понимаешь, теперь он ее родственник. С ним и его женой она будет как минимум дважды в неделю видеться в Лондоне. Не будет Нуала веселиться, и более того, она об этом даже не узнает!
– О господи, вот разворчалась-то! На свадьбах все этим занимаются – для того они и придуманы, свадьбы-то.
– Одерни платье, Дейрдра, сейчас опять будем фоткаться. – В голосе Эллы прозвучали стальные нотки.
– В смысле «одерни платье»?
– Ну, потяни сзади, оно за трусы зацепилось.
Элла не без злорадства наблюдала, как Дейрдра испуганно охлопывает себя сзади, пытаясь поправить платье, которое на самом деле ни за что не зацеплялось.
На свадьбе Элла встретила кузину Нуалы, учительницу физики и географии, с которой не виделась уже много лет. Та собиралась уйти из школы и спросила, не знает ли Элла кого-нибудь, кто ищет место.
Элла ответила, что с радостью взялась бы сама за эту работу.
– Не знала, что ты собираешься преподавать, – удивилась женщина.
– Я и сама не знала до этой минуты.
Родители удивились не меньше.
– Ты вполне можешь продолжить учебу в университете, получить еще одну степень, деньги на это есть, – сказал отец, мотнув головой в сторону квартиры на цокольном этаже: три банковские работницы с удовольствием платили за привилегию жить на Тара-роуд.
– Нет, папа, серьезно. Я уже была в школе, они там такие милые. Их не смущает, что я без опыта. По-моему, они считают, что я справлюсь с детьми. Ну, я высокая… Это поможет, если дойдет до армрестлинга, – с улыбкой ответила Элла.
– К тому же у тебя прекрасный диплом, – напомнила мать.
– Да, и это тоже, наверное, помогло. В любом случае мне еще нужно получить учительский диплом, а значит, придется ходить на вечерние лекции… И поскольку школа недалеко от университета, я подумала…
Она не знала, как бы помягче им сказать, что пришло ее время жить отдельно.
Родители восприняли это очень спокойно.
– Мы думали… может быть, ты захочешь поселиться в квартире внизу? – нерешительно произнес отец.
– У тебя будет полная свобода, как у этих девушек из банка, – добавила мать. – Тебя никто не потревожит.
– Меня и так никто не тревожит, мам. Вы никогда мне не мешали. Все дело в дистанции, – ответила Элла.
– Знаешь, мы могли бы по нескольку дней не встречаться, как с этими квартирантками. А стены там толстые, крепкие…
Элла поняла: это их последний аргумент, сейчас они уступят.
– Нет, пап, я не переживаю, что вы услышите мои дикие вечеринки. Честно. Речь только о том, чтобы меньше времени тратить на дорогу. А дома я буду часто, обещаю даже приезжать на целые выходные, если хотите.
На том и договорились.
– Не могу поверить! И своя квартира, и до́ма отдельная комната! Не слишком ли жирно? Почему всегда все достается тебе, Элла Брейди? – возмущалась Дейрдра.
– Потому что на меня можно положиться, вот почему, – ответила Элла. – Со мной никогда не бывает проблем. И никогда не было. Поэтому мне и жить проще.
И действительно, все шло как по маслу. Школа Элле понравилась, молодые учителя сразу предостерегли ее от возможных ошибок: рассказали о моралистах в учительской, о том, как увиливать от участия в мероприятиях, как пережить родительские собрания и как выбить для лаборатории новое оборудование. Ей нравились дети и их энтузиазм. Казалось, еще вчера она сама сидела за партой. Занятия на курсах тоже давались легко, и вскоре она сняла квартиру на тихой зеленой улице всего в пяти минутах ходьбы от школы.
– Я чувствую себя здесь по-настоящему свободной и независимой, – объясняла Элла Дейрдре.
– Не понимаю, зачем тебе это. Жила себе у родителей на всем готовом. И судя по всему, парней ты сюда тоже не приводила.
– Откуда ты знаешь? – рассмеялась Элла.
– А что, приводила?
– Пока что нет… но ведь могла.
– Во-о-от! – торжествующе воскликнула Дейрдра. – Так что не понимаю, с чего ты чувствуешь себя такой свободной и независимой, честное слово.
В каком-то смысле Элла тоже этого не понимала. Ей казалось, это связано с тем, что теперь не нужно постоянно думать о том, как жили в браке ее родители. Они уже были немолоды, на седьмом десятке, но до сих пор цеплялись за работу и ни за что не хотели уходить на покой, как другие люди в их возрасте. За большой дом на Тара-роуд они могли бы выручить целое состояние и купить себе что-нибудь поменьше. Тогда маме не пришлось бы каждый день с замиранием сердца ходить в адвокатскую контору, из которой ее, как она подозревала, не увольняют из жалости. А папе – вращаться в стремительно меняющемся мире финансистов.
Родители прекрасно ладили друг с другом. Неужели нет? Как она не раз говорила Дейрдре, ссор между ними не было. А ведь можно снова поделить дом на квартиры – тогда доход от аренды позволил бы им выйти на пенсию. Элла решила пока ничего им об этом не говорить: пусть идея созреет сама.
Как минимум раз в неделю и каждое воскресенье она приезжала домой на ужин, но ночевать не оставалась. Говорила, что заниматься учебой ей лучше в квартире. А через несколько месяцев наконец намекнула, что они могли бы сдать кому-нибудь ее комнату.
Никогда еще ее слова́ не встречали настолько глухого непонимания. И как ей только такое в голову пришло? Они не хотят на покой. Чем тогда им заниматься целыми днями?
Неожиданно Эллу покинула ее всегдашняя веселость. Перед глазами замаячило безрадостное будущее. Если эти двое, всегда считавшиеся счастливой парой, не выносят даже мысли о том, что придется круглые сутки находиться бок о бок друг с другом, и предпочитают заниматься утомительным и изматывающим нервы трудом, то в какой безнадеге живут остальные люди?
– Я бы предпочла монастырь неудачному браку, – очень серьезно сказала Элла Дейрдре.
Дейрдра работала в лаборатории, где было полно мужчин.
– Ты и без того живешь как монашка, – сказала она Элле. – Вообще, мне кажется, ты и есть монашка, только в обычной одежде.
Время шло, Нуала продолжала слать письма из Лондона. Вместо того чтобы искать работу на стороне, она решила устроиться секретаршей в компанию мужа. «Семейные секреты лучше держать в семье», – писала она, цитируя слова Фрэнка.
– Интересно, что там еще за семейные секреты? О чем это она? – задумчиво произнесла Дейрдра.
– Наверное, о том, что его братья у них в конторе трахают все, что шевелится, – предположила Элла.
– Очень смешно, – фыркнула Дейрдра, но не перестала гадать, что же такого они там скрывают.
– Да господи ты боже мой, Ди, вспомни их на свадьбе. Модники, костюмы с иголочки, глазами стреляют по сторонам. Эти парни в жизни не вели бухгалтерию нормально и не платили налоги как положено.