Мэтью Стовер – Уязвимая точка (страница 68)
Против бронированной шкуры акка пулеметы штурмовых транспортов совершенно бесполезны, а турели для подвижных псов представляют еще меньше опасности, чем для мечущихся траводавов. У пехоты не было ничего, способного хотя бы поцарапать этих зверей. Солдаты бросились врассыпную, что немедленно включило пастушьи инстинкты акков. Они перепрыгивали через бегущих, убивали лидеров и вынуждали остальных беспорядочно отступать ко входу в туннель, где разворачивалась настоящая бойня.
Командующий отрядом, наблюдавший с турели одного из НШТ, как его победа за какую-то пару минут превратилась в кошмарную резню, сделал единственное, что ему оставалось.
Он запросил поддержку с воздуха.
Бластботы, участвовавшие в битве при Лоршанском перевале, в тот момент все еще занимались переброской солдат из посадочной зоны возле Оран-Маса. Когда они получили вызов командующего, где-то треть уже вновь направлялась к перевалу. Синарский «Турбошторм» никак нельзя назвать быстрым кораблем: даже в крутом пике он двигался всего с половиной скорости звука. И все же буквально через несколько секунд рокот двигателей пары десятков кораблей разорвал небо над перевалом. Машины сбрасывали скорость, задирая нос и используя репульсоры для торможения. Они распахнули люки, выпуская по двадцать репульсолдат, затем выстроились в линию и ринулись вниз поливать поле боя ракетами.
Снаряды взрывались по всему полю, разнося на части не только акков, но и солдат, с которыми те сражались. Акки могли спастись от ракет, лишь уворачиваясь от них, поэтому животные благоразумно скрылись среди деревьев. Увидев возможность для решающего удара, командующий отрядом отдал пяти транспортам приказ наступать: во главе с его машиной они должны были на полной скорости выдвинуться ко входу в туннель, сбивая траводавов и раскидывая по сторонам акк-псов. Он считал, что, раз НШТ бронированы даже лучше, чем корабли, летающие сверху, бояться им будет особо нечего. На то, чтобы пожалеть о своем решении, у него было не больше секунды — пока пара протонных торпед, вылетевших из туннеля, не разнесла его штурмовой транспорт на куски.
И в этот момент партизаны наконец бросили в бой свою единственную единицу мобильной артиллерии: из туннеля вышел двенадцатитонный анккокс.
Управлял им стоявший на бронированной голове зверя корун ростом не меньше вуки, с плечами как у ранкора и с парой ультрахромных капель, пристегнутых к предплечьям.
Гигант качнул шестом, и груда дымящегося металла, что ранее была транспортом командующего отрядом, заскрипела под массивной лапой анккокса. Погонщик взмахнул рукой, и хвостовая булава животного просвистела в воздухе, разворачивая турель второго НШТ на сто восемьдесят градусов, так что его выстрел попал прямо по третьей ехавшей за ним машине.
С каждой стороны спинного панциря чудища сидели по два почти столь же огромных, как и погонщик, коруна с аналогичным вооружением. В каждой двойке один из напарников держал громоздкую, неудобную протонную ракетницу для стрельбы с плеча, а второй на ходу заряжал ее снарядами. У них было всего по четыре ракеты, но они, кажется, не собирались их беречь. Стволы выплевывали их одну за другой, уничтожив сначала оставшиеся НШТ, а затем сбив пару пролетавших «Турбоштормов».
Несколько отчаянных ополченцев пытались подобраться поближе, чтобы расстрелять акк-стражей, но все они улетали со сломанными ребрами, когда их с невероятной скоростью настигала хвостовая булава анккокса.
В центре спинного панциря, там, где раньше стоял паланкин из отполированного ламмаса, теперь прямо к броне животного был прикручен тяжелый автоматический бластер. За его генератором следил молодой корун с живыми голубыми глазами и маниакальной усмешкой, и пушка, не умолкая, ревела песню уничтожения, поливая поле боя высокоэнергетическими зарядами.
Стреляла из бластера молодая девушка-корун с бледной кожей и удивительными рыжими волосами, которая чувствовала оружие так, что могла стрелять из него даже с закрытыми глазами, без промаха попадая по кабинам и турелям даже тех кораблей, что пролетали мимо на околозвуковой скорости. Бластерные очереди сбивали все ракеты в десятках метров от анккокса: ни одна не пролетела сквозь этот заслон.
Да и в дуэли на лазерных выстрелах штурмовым кораблям было нечего ей противопоставить: во-первых, каждое ее попадание сотрясало машины так, что они не могли навестись на цель, а во-вторых, ее защищали мужчина-корун и женщина-чалактанка, которые управлялись с джедайскими энергетическими клинками так, словно родились с ними в руках.
Два корабля, рискнувшие атаковать, полыхая, рухнули вниз.
Прочие же унеслись прочь, пытаясь скрыться за изгибами горы. Мгновение спустя три бластбота, выстроившиеся ровной линией, появились выше по склону. Они летели вниз, но репульсоры замедляли их до скорости бегущего человека. Люки в днищах распахнулись, и из них показались сопла огнеметов «Солнечное пламя».
Волна неукротимого огня потекла вниз.
Десантные корабли типа «Джату», которые нес на борту «Халлек», представляли собой модифицированные челноки производства «Инком» и не слишком отличались от тех, что доставляли пассажиров на лайнеры, курсировавшие по Петле Джеварно. После замены кресел на скамьи и транспаристали на бронированные пластины каждый из них становился пригодным для перевозки шестидесяти полностью экипированных солдат. По форме они напоминали коробку и загружались с кормы, поэтому развернутые носом к космосу корабли крепились к корпусу крейсера едиными группами в пять рядов по четыре корабля в каждом.
При таком простом дизайне они легки и дешевы в производстве и достаточно удобны для транспортировки. А будучи тяжело бронированными, они способны вынести довольно серьезные повреждения.
Что было немаловажно, потому как эти машины не оснащались гипердвигателями, а за прочность им приходилось расплачиваться маневренностью, сравнимой с неповоротливостью хатта на масляной луже.
Вооружены они лишь сдвоенными лазерными турелями на носу и корме и осколочной пушкой «Шип-5» производства «Аракид», которая выпускала в любом заданном направлении облако кусочков дюрастали, сбивающих датчики с толку. Стрелки десантных транспортов в первом же бою выяснили, что на скоростях космических истребителей кусочки, выстреливаемые «Шипом-5», сами по себе становились весьма эффективным оружием: подобное облако дюрастали, словно небольшое астероидное поле, очень серьезно повреждало любой аппарат, по незнанию либо по невезению пролетевший сквозь него. В особенности это касалось дроидов-истребителей, при производстве которых броней жертвовали ради повышения маневренности, рассчитывая на защиту одних лишь энергетических щитов, что, естественно, мало помогало против дюрастальных осколков.
Когда «Халлек», сильно поврежденный плотным огнем огромного количества дроидов-истребителей, раскрыл причальные когти и ушел в гиперпространство, на его месте остались девятнадцать десантных кораблей, перевозящих в общей сложности девятьсот семьдесят семь клонов-солдат, включая пилотов и стрелков.
Прикрытия в виде истребителей у этих транспортников не было: сопровождавшие «Халлек» машины были уничтожены в первые же минуты боя. Единственной их защитой, помимо собственных пушек, были пять СНДК производства «Ротаны». Данные корабли предназначались для противопехотного прикрытия десантных транспортов, в случае если требовалось провести эвакуацию с вражеской территории. Они могли похвастаться субсветовыми двигателями для орбитальных полетов, но были совершенно не приспособлены к боевым столкновениям с электронными рефлексами дроидов-истребителей.
Тем не менее управляли ими клоны-солдаты, чьи рефлексы немногим уступали таковым у дроидов. Поэтому шестнадцать «Джату» и три штурмовых корабля добрались до атмосферы.
За ними последовало полное звено дроидов-истребителей: шестьдесят четыре машины.
До Коруннайского высокогорья добрались четырнадцать транспортов с пятьюдесятью восемью дроидами на хвосте.
Ни один штурмовой корабль не долетел.
Когда Лоршанский перевал оказался в пределах видимости, осталось двенадцать десантных кораблей, пять из которых были тяжело повреждены. Сорок истребителей преследовали их с безжалостным электронным упорством.
А из-за горизонта вынырнули еще три звена дроидов-истребителей, летящих на перехват десантных кораблей.
Три штурмовых корабля подожгли склон горы. Стена пламени катилась вниз в сторону поля боя у входа в туннель.
Ополченцы начали разбегаться во все стороны, поскальзываясь на крови и перескакивая через обломки деревьев и плоть траводавов. Раненые звери кричали и молотили конечностями об землю, акк-псы рычали, прыгали и кусали, а анккокс открыл пасть и издал рык, из-за которого со склона даже скатилось несколько небольших камней. Некоторые балаваи в поисках убежища попытались нырнуть под панцирь анккокса, но в результате лишь отлетали прочь с переломанными костями — хвостовая булава била без промаха.
В центре спинного панциря Мел, изрыгая бесконечный поток ругательств, пыталась развернуть дуло тяжелого бластера в непредусмотренное для него положение: почти вертикально вверх. Ник, следивший за состоянием генератора ТБЕВ-10, посмотрел на Мейса и обвиняющее указал на приближающийся поток, что вскоре должен был поглотить их всех.