Мэтью Стовер – Уязвимая точка (страница 15)

Улыбчивый повернул голову, чтобы посмотреть на остальных коруннаев.

— Эй, парни, расслабьтесь, ага? — вяло произнес он. — Мы просто… э-э-э, переналаживаем контакт.

— Мирно.

— Ага, мирно.

Трое коруннаев опустили оружие, свободно повисшее на заплечных ремнях, и вернулись к обыску трупов.

Мейс отпустил руку Улыбчивого. Тот сразу же начал массировать ее и выглядел при этом довольно расстроенным.

— Да что с тобой не так, а?

— Ты не устраивал мне ловушку. Ты использовал меня как приманку и завел в ловушку их.

— Эй, капитан Очевидность, срочное сообщение! Это была не ловушка! Мейс нахмурился:

— А что же?

— Это была засада. — Улыбчивый ухмыльнулся. — Неужели в джедайских школах не преподают общегалактический?

— Ты в курсе, — ответил Винду, — что не понравился мне с самого начала?

— Это что, такой джедайский способ сказать: «Спасибо за спасение моей размахивающей световым мечом задницы»? Да-а… — Он покачал головой с притворной грустью на лице. — Так в чем дело? Чего ты дергаешься?

— Я бы предпочел, — жестко произнес Мейс, — взять их живьем.

— Зачем?

Для Пилек-Боу это был естественный вопрос, отметил джедай. Сдать их властям? Каким властям? Джептану? Полицейским, вышибающим деньги в пробиотических душах? Винду вздохнул:

— Чтобы задать им пару вопросов.

— Все, что знать нужно тебе, да? — внезапно спросила рыжая девушка с «Молнией». Она посмотрела на Мейса, по-прежнему сидя возле трупа. Ее акцент буквально кричал о том, что она с гор. — Видишь это ты, да? Шесть балаваев-мразей. Все неживые. Больше ни один дом коруна не сгорит. Больше ни одно стадо не зарезано, ни один ребенок не мертв, ни одна женщина…

Она не договорила, но джедай прочитал окончание в ее затуманенных ненавистью глазах. Сквозь Силу он чувствовал ярость и агрессию, исходящие от нее. Он мог не просто строить догадки о том, что с ней произошло, — он ощущал в Силе, что она испытывает: охваченная яростью, она была столь сильно ранена в сердце, что больше не могла себе позволить вообще никаких чувств. На миг его лицо смягчилось, но он вновь придал ему твердость. Он инстинктивно почувствовал, что ей не нужна жалость. Она не собиралась считать себя жертвой.

Если бы она увидела его сочувствие, то возненавидела бы его.

Так что вместо этого он чуть тише, мягко и уважительно, сказал:

— Понятно. Тогда у меня вопрос: с чего вы взяли, что они поступали подобным образом?

— Балаваи они! — Девушка произнесла это так, словно выплюнула кусок гнилого мяса.

И этих ребят Депа послала за ним? Тяжесть в груди прибавила в весе.

Винду отступил на шаг от Улыбчивого и раскрыл ладонь, притягивая световой меч, валяющийся позади стрелка с перерезанным горлом. Разряженная рукоять скользнула с земли ему в руку.

— Слушайте меня. Все.

Властность его голоса заставила всех посмотреть на джедая. Он сказал:

— Вы не будете совершать убийств, пока я с вами. Вам это понятно? Если вы попытаетесь, я вас остановлю. Если не успею…

Желваки заходили под его кожей, костяшки пальцев, сжимающих рукоять меча, побелели. Вспыхнувшая угроза выжгла спокойствие из его темных глаз.

— Если не успею остановить, — процедил он сквозь зубы, — я отомщу за ваших жертв.

Улыбчивый покачал головой:

— Здрасте, приехали! Может, ты не заметил, но у нас тут война. Улавливаешь?

Тихое посвистывание вдали уже превратилось в оглушительную трель. Ее источников становилось все больше, и шум постепенно нарастал. Сирены. Ополчение уже в пути. Улыбчивый обернулся к своим спутникам:

— Звонок, ребята. Сворачиваемся.

Коруннаи начали работать еще быстрее, срывая с трупов медицинские и пищевые пакеты, газовые контейнеры для бластеров. Кредитки. Ботинки.

— Вы называете это войной, — произнес Винду. — Но это были не солдаты.

— Может быть. Но у них классные примочки, знаешь ли. — Улыбчивый взял одно из ружей с подствольником и оценивающе оглядел от дула до приклада. — О-очень круто. Откуда нам еще брать подобные вещи? Эта твоя проклятая Республика как-то не особо нас балует.

— Их жизни стоили меньше, чем все это?

— О, кто это у нас тут такой справедливый?.. Не мы ли только что спасли твою задницу? «Спасибо» было бы вполне достаточно…

— Именно ты, — глухо ответил Мейс, — втянул мою задницу в эти неприятности. И не слишком торопился вытаскивать ее оттуда.

Насмешка не пропала из голоса Улыбчивого, но взгляд его стал несколько отстраненным.

— Я не знаю, кто ты есть, Винду. Но знаю, кем ты должен быть. Она все время рассказывает про тебя. Я знаю, на что ты должен быть способен. Если бы им удалось схватить тебя…

— Да?

Голова коруна чуть-чуть наклонилась вправо, и он пожал плечами:

— …я не стал бы им мешать. Так ты идешь или как?

Пилек-Боу проносился за затемненными стеклами машины. Транспорт подпрыгивал на огромных колесах-баллонах, сделанных из смолы какого-то местного дерева, и рессорах из слоистых деревянных дощечек. Водитель тоже был из местных: пожилой корун с паутинкой катаракты на глазу и плохими, покрасневшими от жевания сырой коры тисселя зубами. Мейс вместе с остальными коруннаями сидел сзади на пассажирских местах.

Джедай не поднимал головы, делая вид, что поглощен сборкой некоего адаптера из снятых с трупов бластерных обойм для перезарядки светового меча. Честно говоря, процедура не требовала такого уж пристального внимания: конструкция этого светового меча позволяла перезарядить его без всяких проблем. В крайнем случае он даже мог Силой разомкнуть защелку внутри герметичного корпуса, открыть его и вручную заменить батарею. Вместо этого он скручивал и перекручивал разные проводки, идущие от бластерных обойм, притворяясь, что изучает уровень их заряда.

На самом деле это был лишь отличный повод не поднимать головы.

Первое, что сделали в пути коруннаи, — быстро и аккуратно разобрали трофеи, не обращая внимания на сильную тряску и практически полное отсутствие места в машине. Мейс предположил, что они уже не раз проделывали нечто подобное. Они смазали все внешние части блестящей буро-оранжевой канифолью, которая, по словам Улыбчивого, была смолой портаака, природной защитой от плесени, которую ОФВ использовал для поддержания своего оружия в рабочем состоянии. Этой же смолой была покрыта и рукоять светового меча Депы.

Улыбчивый передал Мейсу кусок канифоли:

— Смажь свое оружие. И тебе, пожалуй, стоит обзавестись ножом. Или пулевым пистолетом. Даже со смолой энергетическое оружие в наших условиях ненадежно. — Он предложил джедаю оставить кусок себе и лишь пожал плечами в ответ на благодарность.

Улыбчивого звали Ник Росту. Он представился уже в машине, когда опрыскивал спрей-повязками раны Мейса и обрабатывал его синяки украденными… вернее, захваченными лекарствами. Джедай смутно помнил гхош Росту, отдаленно связанный с гхошем Винду. То, что у Ника была фамилия Росту, означало, что он был нидошем, ребенком клана, сиротой. Как Мейс.

Но не таким, как Мейс.

В отличие от остальных своих спутников Ник говорил на общегалактическом без акцента. И хорошо ориентировался в городе. Возможно, именно поэтому казалось, что он здесь за главного. Из разговора Винду узнал, что Ник провел большую часть детства здесь, в Пилек-Боу. После того как Мейс насмотрелся на городскую жизнь детей-коруннаев, он даже не хотел представлять, на что было похоже детство Ника.

Крупную, эмоционально опустошенную девушку звали Мел. Оставшиеся двое были довольно похожи и, видимо, приходились друг другу братьями. Того, что постарше, с красными следами от тисселя на зубах, звали Леш. Тот, что помладше, Беш, постоянно молчал. От правого уха до рта по его лицу тянулся шрам, а на левой руке не хватало трех пальцев: среднего, безымянного и мизинца.

Во время поездки все говорили друг с другом на коруннайском. Уставившись на рукоятку меча, Мейс не подавал виду, что он понимает большую часть сказанного. Конечно, его коруннайский подзабылся за те тридцать пять лет, что он им не пользовался, но оставшихся знаний вполне хватало, а Сила подсказывала нужное в те моменты, когда подводила память. Поначалу, пока они пробирались сквозь кипящий от адреналина хаос воспоминаний, их болтовня крутилась вокруг того, что и ожидаешь от молодежи после перестрелки: смесь из реплик «А ты видел, как я…» и «Ох, я и правда думал, что…».

Время от времени Мел посматривала на Мейса.

— Что такое с этим каменнолицым джедаем? — внезапно спросила она у остальных, не меняя общего тона. — Мне он не нравится. Он выглядит одинаково и когда чистит оружие, и когда пользуется им. Нервирует меня.

Ник пожал плечами:

— Ты бы предпочла, чтобы он был похож на Депу? Радуйся, что он иной. И следи за языком: Депа сказала, что когда-то он провел несколько лет на высокогорье. Возможно, он еще что-то помнит из коруннайского.

Единственным ответом Мел стал суровый хмурый взгляд, который словно вонзил нож Мейсу в живот. Похож на Депу…

Винду так и подмывало спросить у Ника, что конкретно тот имел в виду, но джедай смолчал. Он не смог задать им ни единого вопроса о Депе. Ему и так было дурно от ужаса, что не слишком подходило для встречи со своим бывшим падаваном и изучения ее ментального и морального состояния. Для правильной встречи он должен открыть и очистить свой разум настолько, насколько позволит вся его джедайская подготовка и дисциплина. Он не мог допустить, чтобы ожидания, надежды и страхи затуманили его восприятие.