Мэтью Хьюз – Книга магии (страница 118)
Славный набег! Они вернулись в безопасные стены библиотеки и обнаружили, что Правила спортивных игр на траве для Повелителей ночи истекает кровью. Когда их товарищ, попрощавшись со всеми, испустил дух, старейшины клана сняли с его спины обложку и торжественно водрузили ее на юного соплеменника, который с этих пор расставался с младенческим именем навсегда.
– Ты теперь Правила спортивных игр на траве для Повелителей ночи, – сказала старейшина клана и подтянула ремешки под корешком. – Ты воин Мудрецов. Твое славное имя будет навеки занесено в Большой каталог.
– Я Правила спортивных игр на траве для Повелителей ночи, – ответил новоиспеченный воин. – Мудрецы – самые почитаемые у старого хозяина! Мудрецы сражаются за дом старого хозяина! Мудрецы – первое издание, идеальное состояние!
– ПЕРВОЕ ИЗДАНИЕ! ИДЕАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ! – подхватило все племя, которое понятия не имело, что означают эти слова, но прикипело к ним душой. – ПЕРВОЕ ИЗДАНИЕ! ИДЕАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ!
Наконец последний волшебник с дымящимися глазами рухнул замертво у парадных ворот замка. На этот раз их было пятнадцать, студенты одного из тех знаменитых университетов, которые появлялись время от времени по всей галактике, пытаясь втиснуть магию в схоластические рамки. По данным Домового, такая практика длилась несколько тысяч лет, потом они пропадали, так как эти университеты поглощались новыми, но с теми же старыми завиральными идеями. Этим молокососам, возомнившим себя охотниками за сокровищами Малкерила, диссертаций после своих исследований уже не написать.
Теперь Домовой увереннее применял волшебство, хотя пока что это не шло ни в какое сравнение с амбициозным, самолюбивым великим мастером вроде Малкерила. За долгие годы Домовой превратился во внушительную конструкцию, в которой магия демонов переплеталась с инженерными находками. В его сердце пылали дуговые электропечи и бронзовые реакторы, огромные защищенные мозговые блоки были более основательно прошиты заклинаниями, чем прежде, и Домовой испытывал тысячи настоящих эмоций и их оттенков.
Отметины былых распрей с плененными Малкерилом демонами были давно заделаны, и теперь всякие потасовки казались Домовому чем-то неуместным. Он нарастил свой панцирь, укрепил щиты и оборонительные сооружения. Книги из библиотеки Малкерила отправились на нижние этажи, во владения кобольдов, где царили хаос и междоусобица, после того как были скопированы в память до последней буквы.
Да, Домовой уверенно шел к своей цели.
Вторжения с бескрайних просторов всей галактики теперь вызывали даже не беспокойство, а скорее, легкое любопытство. После каждой стычки демоны собирали уцелевшие заколдованные предметы и космические корабли и доставляли их в необъятные хранилища Домового. Поверхность в радиусе пятидесяти миль вокруг крепости покрылась оспинами и обугленными рубцами, но местная окружающая среда сильно не пострадала. В целом эти столкновения даже приносили некоторую выгоду.
Весьма похвальная идея! Манна небесная! Домовой перелопатил или заменил приблизительно семьдесят процентов своей материальной базы. Так почему бы не потратить часть оставшихся сокровищ на привлечение новых полезных болванов и не извлечь новую выгоду?
Несколько захваченных звездолетов послали добывать драгоценности, топливо и оружие. Десяток консорциумов из десятка миров были бы счастливы снабжать продовольствием умный дом за звонкую монету. Другие корабли стали курьерами, бросая вызов тщательно подобранными оскорблениями, заманивая еще больше грабителей, привлекая более крупных мародеров, готовых испытать судьбу.
Домовой пожинал плоды своих трудов. Он увеличивался в размерах, накапливал силу, словно магма, бурлящая в вулкане, и, когда она будет готова выплеснуться, имя Малкерила будет вспоминаться только как создателя Домового.
– УБИРАЙТЕСЬ! ЧТОБЫ ДУХУ ВАШЕГО ТУТ НЕ БЫЛО! ВЫМЕТАЙТЕСЬ ИЗ КОМНАТ, БИБЛИОТЕК, ПОДВАЛОВ! ВОН ОТСЮДА!
Кобольды с визгом кинулись в коридоры и крытые портики первого этажа, подгоняемые облачками кислотного тумана, щипавшего их глаза и языки. Кто прыгал и шуршал обложками от книг, привязанных к спинам, кто старался утащить побольше бутылок вина из погребов, – за этими ковыляла расплывчатая темная фигура твари, которая давно завелась в бочке из‐под шотландского виски и принимала подношения Пробочников, став для них чем-то вроде божества.
Домовой даже не полюбопытствовал, как называлось существо, уж слишком оно было ничтожным, чтобы ловить его и порабощать. Если ему нравилась роль божества для стаи безмозглых кобольдов и жизнь в бочке – да кто против!
Рокочущий голос Домового, которым он давненько не пользовался, гремел в нижних коридорах. Домовой любовался вызванными им порывами ветра и синими искрами. Домовой выгнал всех: кобольдов, пауков, гигантских нейрофагов, бьяки и овчарок, кошмарных мышей – поток существ, в панике забывших об истреблении ближнего, летел в новое незнакомое царство дневного света.
Домовому не хватало места. Он не мог себе больше позволить разбрасываться несколькими десятками этажей, отданных на откуп зверинцу Малкерила или их потомкам. Он уничтожал в среднем десятка по три незваных гостей в неделю, волшебников и других искателей приключений. Потом продавал их товары и корабли, чтобы пополнить запасы трансурановых элементов, квантового бозе-стекла, титанового пенобетона и других необходимых веществ. Верхние этажи изобиловали новенькими силовыми излучателями, кулевринами-бластерами и вихревыми генераторами. Уже несколько месяцев не попадалось мало-мальски серьезного противника.
Лишь только одной гостье позволили уйти целой и невредимой, суровой женщине из университета Хазара, старшему архивариусу, заявившей, что Малкерил взял у них книгу и просрочил возврат на четыреста сорок один год.
Домовой был вынужден признать, что книга как бы находилась в доме, но по причинам, едва ли понятным любому разумному существу, кобольд выдрал из нее страницы и напялил на себя обложку вместо одежды. Домовой предложил гостье вышеупомянутого кобольда и десяток его сородичей на выбор, и в результате они сошлись на оплате штрафа за несвоевременный возврат книги и возмещении убытков несколькими телепатическими сапфирами.
Сражаться с волшебниками и демонами было делом привычным, но Домовой никогда бы не отважился расстроить библиотекаря. Подобно черным дырам, они представляли непреодолимую космическую силу.
Все остальные гости Вечерней Звезды пошли в дело.
Не успели еще бывшие обитатели нижних этажей выбраться на свет, щурясь, спотыкаясь, и спрятаться в потрепанном битвами подлеске, а Домовой уже сносил в брошенных жилищах одни стены и укреплял другие, превращая грязные конурки кобольдов и паучьи гнезда в гальванические батареи, сейфы, напорные трубопроводы и другие необходимые предметы для его планов. Все больше строителей и демонов выгонялось наружу, и впервые они начали крушить окрестности, сваливая деревья и раскапывая холмы.
По ночам поредевшие кланы кобольдов ютились в шалашах, наблюдая издали за багровым заревом над рудниками и печами. Новые загрузочные люки зияли на нижних этажах, и тонны сырья с самой Вечерней Звезды добавлялись к более изысканному, полученному из недр галактики. Это были первые капли огромного потока. Домовой хотел выжать из планеты все возможное и покинуть ее навсегда.
Домовой стал вдвое выше, шире в диаметре, и в пять раз прибавил в весе. От простого небольшого устройства, которое Малкерил считал совершенным механизмом, не осталось ни следа. Новый Домовой был полон замысловатых конструкций из потускневшего серебра, наростов непроницаемого камня, орудийных башен и антенн для тысяч орудий, чадящих скоплений внешних механизмов, испускавших облака паров горючего и прерывистое голубое свечение магии. Наивысшую точку Домового венчали перистые облака. Вершина устремлялась в небеса, словно лезвие кинжала, готовое нанести удар. Земля на пятьдесят миль во всех направлениях гудела от работы двигателей.
Наступил великий день. Время пожинать плоды.
Домовой заготовил необходимые заклинания – с реактивной тягой он преодолеет силу притяжения. Он больше не будет поджидать очередную пригодную для потрошения жертву, являющуюся к дверям. Он будет странствовать по космосу, свободный во всех смыслах этого слова, как наводящая ужас диковина. Он будет пожирать луны, затмевать солнца, собирать повсюду дань. Он будет нарушать все законы, какие встретятся на его пути, и устанавливать свои собственные по малейшей прихоти. Странствующий, неуязвимый, непобедимый Домовой будет порабощать демонов и обращаться с волшебниками, как с простолюдинами. Тысячи Малкерилов будут мыть ему окна и подметать зубчатые стены, а не то он найдет способ, как извлечь из них пользу.
– Вечерняя Звезда, я покидаю тебя, – раздался его рев над истерзанной землей, над ямами с отходами, карьерами и шламоотстойниками. – Меня создали как музей и шкаф с чайным сервизом! А я превратил себя в божество!
Новое солнце зажглось на поверхности Вечерней Звезды, изможденной планеты. Огромный огненно-дымный вал вырвался из цитадели и понесся, сметая все на своем пути. Ударная волна сокрушила горы, шрапнелью разбросала миллион стволов деревьев, вода озер и рек вскипела.