Мэтт Динниман – Врата Диких Богов (страница 54)

– Лойта, вы всегда такая злая? – спросил я.

Крохотная рыба-женщина воззрилась на меня. Сначала я решил, что она не намерена отвечать. Но она всё-таки ответила:

– Вы. Ваша кошка. Ваш народ. Ваша уродливая культура. Раковая опухоль на нашем «Цветении». И мы не будем этим заниматься.

Я почувствовал, что у меня поднимаются брови.

– Заниматься чем?

– Нам не нужно славить вашу культуру. Распространять вашу грязь, чтобы её видела всякая мелюзга.

Я горько рассмеялся.

– Славить? Вы это называете прославлением нашей культуры? Вы только истребляете нас и пляшете на наших костях.

– Моя бы воля, мы бы вас просто истребили, и делу конец. Вы мерзкие. Вы сухие. Вы – гниль на «Цветении».

Пончик рассекла хвостом воздух.

– Вам, наверное, не стоило становиться агентом по внешним связям, если у вас такое мнение, милочка. Честное слово, я не могу не чувствовать, что ваше сердце не лежит к нашим интересам. Вот поэтому нам намного лучше работалось с Зев. Она понимала, как использовать нашу звёздную силу.

Эти слова, похоже, задели Лойту за живое.

– Зев? То, что вы сотворили с Зев, и есть настоящая причина того, что вы опасны. Она молода. Она впечатлительна. Она – будущее Куа-тин и «Цветения». Её поколение восхищается всем новым, что блестит. Оно не верит в идею силы системы. Или Истинного Единства. Или Великого Согласия. Вы же не знаете, на что нам пришлось пойти, чтобы вернуть заблудшую дочь в наше лоно? На немыслимые дела с её матерью и тётками. Только после этого она встала на путь истинный. Нам нужно так же поступить с целым поколением, и это из-за вас. Из-за вашей гнусной культуры.

Я почти не понимал, из-за чего она бесится, и почувствовал себя униженным. Держи себя в руках.

Я проговорил сквозь зубы:

– Хорошо, Лойта. Если бы вы сейчас… как бы это сказать… оставили нас, вам не пришлось бы беспокоиться…

Она перебила меня и указала на Пончика, явно поражённую:

– Ваша культура, ваши не объединяющие, пораженческие, сухие, несогласованные, разнообразные попытки в культуре – это смертоносная зараза, вот так к ней и нужно относиться. После этого Поиска, когда каждый из вас, сухих червей, будет мёртв, система «Борант» закроет границы, и только тогда наступит пробуждение. Только тогда мы избавимся от гнили.

Пончик посмотрела на меня снизу.

– Мама моя. Кто из нас необратимый псих – я или она?

Я постарался не рассмеяться. Лойта зарычала и, кажется, хотела сказать что-то ещё, но тут её глаза вспыхнули, и она сделала глубокий вдох, залив водой кушетку.

– Пора. Проходите в дверь. Не заставляйте меня подниматься.

Я кивнул. Говорить не хотелось. Я не понимал ничего из той злобной тарабарщины, что она изрыгала насчёт своей политической партии, но сказанное насчёт Зев я понял. «Вы же не знаете, на что нам пришлось пойти, чтобы вернуть заблудшую дочь в наше лоно».

Я сглотнул. У меня тряслись руки.

Я опустил Пончика-робота на кушетку рядом с Лойтой.

– Итак, Пончик-робот, ты остаёшься рядом с Лойтой. Ты понимаешь?

– Оставаться рядом с Лойтой, – повторила механическая кошка. – Понято. – Она повернулась к Лойте. – Тебе когда-нибудь было по-настоящему холодно? Скоро холод придёт за всеми нами. Он всегда ждёт в потёмках.

Я отвернулся и укусил кончик ногтя.

– Идём, Пончик. Займёмся рекламой.

«Сегодня вечером я пойду на другую программу. Я выдавил людоедский крем в свои ботинки. И я взорву их, когда буду на орбите. На борту будут два админа. Мой навык Щит от Взрывов должен защитить меня и от этого взрыва – если только он вообще подействует в том месте. Я даже не знаю. Но это не будет иметь значения, если я взорву корабль. Думайте обо мне, братья. Это немного, но это всё, что у меня есть» (прим. обходчика Кули, изд. 19-е).

Вела шоу «Витрина новых игрушек «Верилюкскс»» пара высоких инопланетных утешителей с громадными глазами. Воистину утешители…

Мужчина по имени Граво женщина по имени Лидди. Я уже начинал понимать, что эти симпатичные утешители являют собой один из самых распространённых типов пришельцев во Вселенной.

Граво, пришелец, по необъяснимой причине был одет ковбоем, и на голове у него красовалась ковбойская шляпа, правда, из пенопласта. На нём также был оружейный пояс с шестизарядным револьвером, а на груди – шерифская бляха. Слово «Шериф» на ней было написано с ошибкой, не знаю, намеренно или нет. Куртка его напоминала о коровах в чёрных и белых пятнах. На ногах он носил ковбойские сапоги со шпорами, и шпоры звякали при каждом шаге.

Лидди примерила на себя образ некоей супергероини, который совершенно ей не соответствовал. Синий и красный цвета костюма должны были напомнить о Супермене, а по груди у неё, там, где у Супермена полагалось присутствовать букве S, шла надпись «Верилюкскс». Плащ был выдержан в том же коровьем, чёрно-бело-пятнистом стиле, что и у партнёра. Её глаза прикрывала простая маска оранжевого цвета, вопиюще контрастировавшего с тонами остальных частей костюма.

– Что за чёрт, блин, – пробормотал я, когда мы вошли в студию.

– В таких случаях я жалею, что кошки не бывают дальтониками, – отозвалась Пончик.

Студия была оборудована с расчётом на отсутствие аудитории. Простой стол, за который встали мы – все четверо. Высокий стул для Пончика и ящичек для меня – чтобы компенсировать разницу в росте с Утешителями. Предполагалось, что игрушки будут появляться на столе, а мы – обсуждать, какие они потрясающие.

Лидди приблизилась и помахала рукой.

– Здравствуйте, здравствуйте. Я пожала бы вам руку, но сами понимаете – не могу! – Супергероиня улыбнулась нам сверху вниз. – Принцесса Пончик, я должна вам сказать, что вы – один из моих фаворитов. Я предпочитаю смотреть в новостных лентах только на двоих персонажей, и вы – одна из них.

– О-о! – Пончик, просияв, вспрыгнула на стул. – Всегда приятно встретить поклонника.

У Утешительницы на груди было несколько маленьких пуговиц-кнопок. Все они изображали разных животных, которых я не опознал. Хотя внизу была Булавочная головка из серии фильмов «Восставший из ада»[150].

– Это я придумала оживить кукольную Принцессу Пончик.

– А дать ей слова Гарфилда – тоже ваша идея? – спросил я.

Пончик не дала Лидди ответить:

– А кто ваш второй фаворит? Вы сказали, что их у вас два.

– О, конечно же, Люсия Мар. Она всеобщая любимица.

– А это что? – Я указал рукой на прикид инопланетянки. – Вы всегда так одеваетесь?

Ответил мне утешитель-ковбой:

– Нет, не всегда. – Он выглядел крайне сурово. – Наши одежды таковы, чтобы привлекать внимание детей. Мы собираемся снять рекламный ролик для фальшивой программы «Витрина новых игрушек «Верилюкскс»». Ролик должен пойти на экранах всех кораблей, которые встают в доки для заправки и ремонта, если на их борту есть молодёжь, неравнодушная к проблемам демографии, или тот, кто захочет купить игрушку для малыша. Товар будет физически доступен для немедленного приобретения в магазине станции, или его можно будет заказать по сети Синдиката. Это недорогая игрушка с желанными качествами для семей с низкими доходами, поэтому мы предсказываем очень активную маркетинговую кампанию.

– Подождите, то есть эта реклама предназначена только для заправочных станций? – уточнил я.

– Для топливных складов и промежуточных станций, всё так, – подтвердил Граво. – Она будет адресована детям, которые тоже смотрят ролики Пончика.

Я прокрутил в голове рекламы игрушек, привлекавшие меня в детстве.

– Так что же, мы так и будем стоять и толковать о глупом роботе?

– Таков план. И давайте начинать эту тему. Только не называйте её предмет глупым, когда идёт съёмка.

– Подождите, – запротестовал я. – Эта реклама действенна для ваших ребят? А не лучше, если реальные дети будут играть вашими игрушками? Реклама с громкой музыкой, игрой цвета, детьми и игрушками?

Граво насмешливо хмыкнул.

– Исследования показывают, что детям больше нравится, когда пользующийся их доверием взрослый снисходит на их уровень и предоставляет им лучшие из возможных альтернатив. А так как чаще всего игрушки покупают родители, то логический подход предполагает и учёт интереса ребёнка, и доверие к родителям.

Я переглянулся с Пончиком. Я был почти согласен с Граво, но не дал бы ломаного гроша за успех глупого робота. И всё-таки я чувствовал себя чересчур напряжённым. Чересчур возбуждённым, чтобы представить адекватные аргументы, тем более что твёрдо знал: головная компания «Верилюкскс» так же чудовищна, как и все прочие в этой проклятой Вселенной.

Я вспомнил про самодовольную Лойту в соседней комнате.

– Хорошо, давайте действовать так.

«У меня не получилось. Я взорвал корабль, мой навык меня защитил, но силовое поле вокруг корабля не позволило ему развалиться окончательно. Админы лишь сделали вид, что они со мной. Это были голограммы. Сегодня меня обвели вокруг пальца, и мне стыдно, братья. Гравитация исчезла, температура падает, становится трудно дышать. Я не думаю, что им удастся подобрать меня, если силовое поле сохранится.

Но я вижу мою планету, мой возлюбленный Курукс. Её свет согревает меня в этом холоде. Молюсь за то, чтобы кто-нибудь отомстил за неё, потому что я не смог» (прим. обходчика Кули, изд. 19-е).

– Это точно гудок, – сказала Пончик, читая строчку, которая поплыла в воздухе перед нашими глазами.

Она очень старалась держаться естественно. Я знал, что кошка тоже уничтожена репликой Лойты о родных Зев. Она страшно расстроена из-за необходимости участвовать именно в этом шоу.