Мэтт Динниман – Поваренная книга анархиста Подземелья (страница 90)

Монстры были быстры, и их круглые, полные зубов рты работали как живые мусоросборники. Их щупальца обжигали при прикосновении. У них была едкая кровь, как у ксеноморфов[149] из фильма «Чужой». К тому же они кричали, и Катя жаловалась, что их крики действуют на нервы.

Пока Катя с Пончиком занимались истреблением детишек Кракарен, я работал. Добрых пять часов ушло на то, чтобы возвратить две пресекающие вагонетки на станцию семьдесят пять, затем перевести их на цветную линию, которая выводила на нужную нам станцию тридцать шесть. Там я набрал двадцать обходчиков, и мы все занялись переноской одной из вагонеток (мы выбрали ту, что с «Деф Леппард») с рельсов внутрь главного депо тридцать шестой станции. Мы на руках подняли её. Я опасался, что двадцати мужчин будет мало, но снова недооценил нашу возросшую силу. Мы подняли вагонетку легко, почти без усилий. После некоторых экспериментов я понял, что для этого действия достаточно пяти или шести человек.

Когда я в первый раз сообщил свою идею, то не ещё не продумал её как следует. Каждая вагонетка быстрого реагирования шириной и весом примерно равнялась грузовому фургону и была раза, наверное, в полтора длиннее. Мне гроты на станциях запомнились намного более просторными, но, когда я приехал на место, понял, что мой план из разряда «Живым или мёртвым»[150]. Стены зала были практически неразрушимыми, и нам не пришлось выносить себе мозги, гадая, как их раздвинуть, чтобы мы могли пройти несколько поворотов и водворить вагонетку в зале.

Спасение пришло в лице Чжана, близкого друга Ли Цзюня. Он вырос перед нами в тот момент, когда я распорядился снова поставить вагонетку на рельсы. Я просмотрел свойства китайца, когда он трусцой вбежал в зал. Он остался человеком и стал Земледвижцем двадцать восьмого уровня. Ли Цзюнь называл его многофункциональным маго-танком. Сейчас он красовался в сверкающих чёрных с золотом доспехах.

– Стойте, – сказал он. – Подождите. Простите. Я прибежал сюда из зоны безопасности. Ли Цзюнь рассказал мне, что вы затеяли, и я хочу вам помочь. – Он поднял над головой палку. – Братцы, глядите.

– Что это? – не понял я.

– Это магический жезл. Он сокращает предметы, но в нём остался всего один заряд. Он не действует на живые организмы, но мы его использовали, чтобы пройти мимо нескольких боссов. Один раз мы сократили ворот монстра, и ворот задушил своего владельца. А однажды я этим жезлом остановил поезд, готовый снести нас. Последний заряд я сохранил на чрезвычайный случай. Он уменьшит вашу вагонетку на пять минут. Правда, она останется такой же тяжёлой, какой была.

– Святое дерьмо. Это же поразительно! А насколько она уменьшится? Ведь если она останется такой же тяжёлой, то должна быть достаточно большой, чтобы мы могли толкать её и переносить.

– Да это легко, – отмахнулся китаец. – Жезл начнёт уменьшать, когда я включу его, и остановит уменьшение, когда я его отключу. А сам по себе он остановится лишь тогда, когда объект будет размером с пуговицу.

– А с поездами вы такое уже проделывали? Вы знаете, как ваш жезл работает?

– Да, – ответил он. – Жезл сработал на целом поезде и убил всех, кто в нём ехал. Я тогда прыгнул на шесть уровней зараз. Даже получил ящик босса и ящик мультикиллера[151]. Жезл спас нам жизни.

– Тьфу ты дьявол, – сказал я. – Ладно. Давайте переправим эту махину к колодцу.

После мучительных четырёх с половиной минут переезда на сильно уменьшившейся вагонетке по извилистой траектории мы затолкали тяжеленный транспорт в главный зал, быстро установили его в центре, между двумя бездействующими колодцами. Я заметил на полу истёртую резьбу: логотип Синдиката, который я никогда бы не заметил, если бы Мордекай не показал его нам накануне. Все мы поспешно отпрянули, когда к вагонетке вернулись её нормальные размеры: она как будто мигом раздулась.

– Вот и ладненько, – сказал я. – Приступаем к весёлой части.

Ко мне подошла Имани и с подозрением осмотрела вагонетку. Я знал, что она не была горячей сторонницей моей идеи, в особенности предстоящей части действия. Тем не менее она внесла свой вклад в осуществление плана. В её инвентаре ещё оставались свитки, творящие цепочки, и я попросил её пустить их в ход. Теперь перед нами лежало несколько магических цепей, свёрнутых в бухты на манер кабеля.

– Ты уверен? – спросила меня Имани.

Она расправила свои многоцветные мотыльковые крылья, и каждый раз, когда они прикасались ко мне, я получал бафф в телосложении на десять минут. Этот бафф не накапливался, но всякий раз при касании крыльев включался новый хронометр. Каждое мягкое прикосновение эфирных крыльев ощущалось как неожиданный и приятный ветерок.

– Нет. – Я принялся извлекать из своего инвентаря большие куски металла, а мои товарищи занялись прикреплением цепей к вагонетке. – Нет, я не уверен. Но пока никто не предложил других идей.

Она кивнула.

– А как другие? Те, что на других станциях?

– Я предупредил их о том, что должно произойти. Это самое важное, что мы могли сделать. Кто-то отправляет людей в «Десперадо» за дымовыми шашками и хобгоблинским динамитом – они готовятся так. Другие располагаются вне помещений, чтобы своими глазами увидеть, что будет. Если дела пойдут так, как я предполагаю, то мы все окажемся в сумасшедшем доме. Драться придётся каждому. Люди будут пробираться к колодцам и оставлять их открытыми, чтобы спуститься смог каждый.

– Ты в самом деле думаешь, что эта тележка избавит нас от необходимости драться? – спросила Имани.

Я улыбнулся.

– Ну, я не сомневаюсь, что драк будет достаточно. Просто хочу хоть как-то уравнять шансы.

Неподалёку от нас человек, владевший заклинанием, которое осуществляло электросварку, соединил по моей просьбе два куска металла, размеры которых не позволяли мне соединить их на моём столе металлообработки. Я успел укрепить на вагонетке сверху два колеса из системы шкивов и рычагов, которую мы использовали для того, чтобы поднимать вагонетку. Когда все части задуманной мной конструкции будут соединены, получится пятиножник, предназначенный для пяти колодцев. Каждую «ногу» можно будет заносить высоко над центром колодца. В итоге у нас получится какая-то хреновина, как будто из тех, что выставляют в кампусах[152] колледжей или на детские «джунгли»[153]. Меньше всего эта хреновина будет походить на то, в качестве чего будет использоваться: на кран.

Меньше чем час спустя нам пригодилась магическая цепь Имани, чтобы поднять заднюю часть пресекающей вагонетки. Поднялась вагонетка легко, цепь не порвалась. Когда вагонетка приняла вертикальное положение в полудюйме над полом, мы закрепили цепь. Теперь наша вагонетка повисла в воздухе, словно невероятная рыба, которую выудил рыболов-рекордсмен. Передняя часть вагонетки смотрела в землю. Небольшой метельник с порталом царапал мраморный пол. Моя группа удерживала вагонетку, а другие наши товарищи устроились у пяти подпорок крана. Вместе мы провели кое-какие усовершенствования. Сделав с вагонеткой то, что мы хотели, мы укрепили на ней дополнительные цепи, чтобы она не раскачивалась.

Затем я воспользовался своей самодельной лестницей, чтобы вскарабкаться к кабине. Там я приладил две левых руки Ворчуна Гэри и включил портал, сориентировав его на бездну.

Глядящий в пол портал затрещал и ожил. Размер его почти совпадал с размером мраморного круга в центре зала.

К нам присоединились Катя и Пончик. Катя оставалась на тридцать седьмом уровне, а Пончик поднялась до тридцать третьего. Монго шагнул на несколько уровней вверх и находился теперь на двадцать шестом. Мордекай настаивал на том, чтобы мы как можно активнее использовали Монго до крушения этого этажа, и я порадовался тому, что Монго превосходно проявил себя в противостоянии с монстрами-осьминогами.

– Думаю, уже скоро, – произнесла Катя.

Она опять приняла обличье невероятной Халкини: восемь футов в высоту и в ширину. На левую руку она нацепила свой полицейский щит, причём сохранила его первоначальную форму. Благодаря ему Катя выглядела особенно впечатляюще.

– Они двинулись обратно к станции несколько минут назад.

– Их так легко убивать! – воскликнула Пончик, перескочила со спины Монго на моё плечо и ткнула меня головой. – Жалко, что ты был не с нами. Там было весело.

– Не сомневаюсь, – пробормотал я и указал на вагонетку, висящую над полом и издающую треск. – Господи, как же я надеюсь, что мы не ошиблись в расчётах!

– Ничего, – сказала Катя. – Если исчезнет не только круг, а весь пол, мы ничего с этим не сможем поделать. Через десять минут в нашем отсчёте времени останутся только одни сутки. Я уверена, что именно тогда всё и случится.

– Вот и отлично. – Я с тревогой посмотрел на пол под ногами. – Все наружу. Быстро.

Часы дотикали: вот и остались одни сутки. Мы все распределились по нескольким платформам, соединённым с главным залом. Мы стояли на платформе багряной линии, где единственная оставшаяся у меня пресекающая вагонетка дожидалась развязки. Это была та самая вагонетка, на которой мы ехали к концу линии, чтобы выручить Баутисту и его команду. Её портал был настроен на станцию Е, ту станцию, где Мимик всё ещё поджидал обходчиков себе на закуску. Монстры не приближались к нам уже довольно долго, но мы решили, что не нужно веем собираться в одном месте, и нельзя допустить, чтобы монстры к нам подкрались. Поэтому мы рассеялись. Пончик стояла на моём плече, Монго прислонился ко мне. Катя и Элли о чём-то болтали, Имани расхаживала между всеми, следя за тем, чтобы ничего плохого ни с кем не случилось.