Мэрлин Стоун – Когда Бог был женщиной. Как древнейшая религия Богини сменилась патриархальной верой в богов-мужчин (страница 8)
Хаджилар, расположенный приблизительно в ста километрах от ориньякского поселения в Анталье, был заселен около 6000 г. до н. э. Здесь также найдены фигурки Богини. А при раскопках в Чатал-Хююке, недалеко от киликийских равнин Анатолии, в окрестностях современного города Конья, Мелларт обнаружил не менее сорока святилищ, датируемых 6500 г. до н. э. Культура Чатал-Хююк просуществовала почти тысячу лет. Мелларт рассказывает: «Статуэтки позволяют нам узнать больше о божествах, которым поклонялись люди эпохи неолита в Чатал-Хююке. Главным из них была богиня, представленная в трех своих аспектах: молодая женщина, рожающая мать или старуха». Мелларт предполагает, что в Чатал-Хююке большинство населения могли составлять женщины, о чем свидетельствует множество женских захоронений. В Чатал-Хююке тела умерших тоже посыпались красной охрой; почти во всех захоронениях с охрой были найдены женские останки. Он также допускает, что эта религия была связана в первую очередь с ролью женщин на начальном этапе развития сельского хозяйства, и добавляет: «Весьма вероятно, что приверженцами культа богини оказывались в основном женщины».
Примерно к 5500 г. до н. э. относится сооружение домов с группами комнат, расположенных вокруг центрального внутреннего двора – стиль, используемый многими архитекторами и в наши дни. Они были обнаружены на участках вдоль северного течения реки Тигр, в общинах, относящихся к так называемому Хассунскому периоду. Здесь, как и в других неолитических сообществах, археологи нашли сельскохозяйственные орудия труда, такие как мотыги и серпы, сосуды для хранения кукурузы, а также глиняные печи. И опять же, по сообщению профессора Саггса, «религиозные идеи хассунского периода нашли свое отражение в существовании глиняных статуэток богини-матери»[23].
Одна из самых утонченных доисторических культур древнего Ближнего и Среднего Востока располагалась вдоль северного берега Тигра и к западу от него, вплоть до реки Хабур[24]. Эта культура известна как халафская (или Халаф), и возникла она одновременно в разных местах около 5000 г. до н. э. На участках Халафа были обнаружены небольшие городские поселения с мощеными улицами. Использовался металл, что позволило археологам отнести халафскую культуру к периоду, обозначенному ими как энеолит.
Саггс пишет, что, судя по изображению на керамической вазе, «представляется вероятным, что появление колесных транспортных средств тоже произошло в халафский период»[25]. Фигурки Богини были найдены во всех местах раскопок в данном регионе, однако в халафском городе Арпачия эти изображения дополнялись змеями, топорами с двойными лезвиями и голубями – атрибутами религии Богини, знакомыми нам по историческим периодам. Наряду с затейливой полихромной керамической посудой в Арпачии появились сооружения, известные как
К 4000 г. до н. э. фигурки женских божеств появились в Уре и Уруке, расположенных на южном берегу реки Евфрат, недалеко от Персидского залива. Примерно к той же эпохе относится возникновение неолитических культур Египта – бадарской и амратской, причем именно в тех районах страны, где впервые зародилось земледелие. В этих же неолитических общинах Египта были обнаружены статуэтки Богини.
С момента изобретения письма, возникшего около 3000 г. до н. э. одновременно в Шумере (Южный Ирак) и в Египте, берет свое начало письменная история. Во всех регионах Ближнего и Среднего Востока религия Богини оставалась известной и в исторические времена. Несмотря на то что за многие столетия она, несомненно, претерпела всевозможные изменения, поклонение женскому божеству сохранялось еще в классические периоды Греции и Рима. Эта религия не была полностью искоренена вплоть до времен христианских императоров Рима и Византии, которые закрыли последние храмы Богини примерно в 500 г. н. э.
Богиня – бог наших дней
Археологические артефакты наводят на мысль, что во всех неолитических и ранних энеолитических сообществах божественная Прародительница, обычно именуемая большинством авторов Богиней-матерью, почиталась как верховное божество. Отныне Она не только давала людям жизнь, но и снабжала их пищей. Кристофер Доусон еще в 1928 году предположил, что «древнее сельское хозяйство, очевидно, возникло вокруг святилищ Богини-Матери, которые, таким образом, превратились в социальные и экономические центры, а также места паломничества и стали зародышами городов будущего».
Вильгельм Шмидт, которого цитирует Джозеф Кемпбелл в «Изначальной мифологии», так говорит об этих ранних культурах: «Здесь женщины предстают во всем своем величии: они не просто матери, что даруют жизнь, они также даруют людям пищу. Так как именно они обнаружили сокровищницу с дарами земли, открыв возможность культивирования плодов, именно они становятся полноправными ее властительницами. Они занимают доминирующее экономическое и социальное положение, получают престиж, и так формируется первая матриархальная система»[27]. В 1963 году Хоукс добавила: «…есть все основания полагать, что в условиях первоначального неолитического образа жизни материнское право и родовая система по-прежнему преобладали, а земельные владения, как правило, передавались по женской линии».
Хотя на первый взгляд может показаться, что Богиня правила одна, в какой-то момент времени, пока еще точно не установленный, Она обзавелась сыном или братом (в зависимости от местности), который выступал также в роли ее возлюбленного или супруга. Его существование дает о себе знать в символике уже самых ранних исторических периодов, но нередко утверждается, что он стал частью женской религии задолго до того. Профессор Эдвин Джеймс пишет: «Независимо от того, является ли это отражением первобытной системы матриархальной общественной организации – что отнюдь не невозможно, – факт остается фактом: изначально Богиня обладала приоритетом перед юным богом, который был связан с нею в качестве сына, мужа или любовника».
Именно этот юноша олицетворял мужское начало в ежегодной церемонии священного сексуального союза с Богиней. (Данный ритуал известен с исторических времен, но обычно считается, что он присутствовал уже в религии неолита.) Именуемый на разных языках Дамузи, Таммуз, Аттис, Адонис, Осирис или Баал, супруг Богини умер молодым, чем объяснялся ежегодный период оплакивания и скорби среди Ее почитателей. Связанные с ним символы и обряды будут подробнее рассмотрены в главе, посвященной божественному супругу. Но где бы ни возникал этот образ умирающего юноши, мы всегда можем распознать за ним присутствие религии Богини с ее преданиями и траурными ритуалами, очень близкими друг к другу во многих культурах. Об отношениях Богини с ее сыном (или, в некоторых местностях, с прекрасным юношей, олицетворявшим сына) было известно еще с 3000 г. до н. э. в Египте. Они отражены в древнейшей литературе Шумера, а позднее – Вавилона, Анатолии и Ханаана; сохранились в классической греческой легенде об Афродите и Адонисе, и даже были знакомы древним римлянам по ритуалам Кибелы и Аттиса – что, возможно, повлияло на символику и обрядность раннего христианства. Это один из основных аспектов религии, объединяющий обширные пространства как в географическом, так и в хронологическом смысле.
Но если люди раннего неолита, по всей видимости, прибыли на Ближний Восток из Европы, как возможные потомки граветто-ориньякских культур, то последующие волны переселенцев тем же путем мигрировали туда с еще более далекого Севера. Высказывались предположения, что это были потомки мезолитических (15 000–8000 гг. до н. э.) культур Северной Европы, таких как маглемозе[28] и кундская[29]. Как будет показано ниже, их прибытие было не постепенным проникновением в данные регионы (как в случае с народами Богини), но скорее целой серией агрессивных вторжений, которые привели к тому, что территория Богини была завоевана область за областью.
Эти северные захватчики, обычно известные как индоевропейцы, принесли с собой свою религию, основанную на поклонении молодому богу-воителю и/или верховному богу-отцу. Их появление археологически и исторически засвидетельствовано около 2400 г. до н. э., однако некоторые из вторжений могли иметь место и раньше. Природа северных захватчиков, их религия и ее воздействие на народы, почитавшие Богиню, будут детально рассмотрены и обсуждены в главах 4 и 5. Однако модель, возникшая в результате этих вторжений, представляла собой слияние двух богословских систем, причем соотношение сил обеих сторон зачастую менялось от города к городу. По мере того как захватчики овладевали все новыми и новыми территориями и усиливали свое могущество в течение двух последующих тысячелетий, эта синкретическая религия нередко противопоставляла женские божества мужским, подменяя равенство верховенством мужчины – мужа или даже убийцы Богини. Вместе с тем мифы, статуи и документальные свидетельства говорят о постоянном присутствии Богини, а также сохранении древних обычаев и ритуалов, связанных с женской религией, несмотря на все попытки завоевателей уничтожить или умалить ее.