Мерлин Маркелл – Творец (страница 9)

Кси миновал библиотеку — не дом, а нагромождение камней, прошёл мимо таких же неуклюжих парикмахерской и швейной мастерской.

Он сам не знал, куда идёт. Во сне обычно так и бывает — чувствуешь, что нужно что-то сделать, а зачем — непонятно. Будто бы причина совершенно не важна.

Кси уткнулся в стену. Его посетила уверенность, что он прибыл на место назначения; но что делать дальше, он не знал. Он потоптался, оглянулся и начал ощупывать стену.

Ничего.

Кси уже собирался уходить, когда стену разрезала широкая трещина. Не медля ни секунды, он ступил в образовавшийся проём. Толща земли сомкнулась за его спиной, и Кси не оставалось ничего другого, кроме как идти вперёд. А точнее — вверх, ведь ему открылась винтовая лестница.

Бесконечный подъём привёл Кси в подобие птичьей клетки с наброшенным на неё покрывалом. Кси потянулся к ткани и резко отдёрнул её…

Яркий свет мгновенно ослепил ему глаза. Кси зашатался и чуть не рухнул в проём во дне клетки, из которого он поднялся сюда. Ему быстро удалось оправиться — всё-таки это был сон, а не реалия.

Кси обхватил золочёные прутья клетки и высунулся. Клетка покоилась на вершине одинокой горы, а вокруг расстилалась идеально белая равнина. Кси поднял глаза, которые ещё болели с непривычки, и увидел пушистые перья облаков, разбросанные по синему небу. Красота площади подземного города не шла ни в какое сравнение с увиденным сейчас, и Кси опустился на колени, чтобы воздать хвалу Богине за то, что тот позволил ему лицезреть это великолепие.

Он никогда не видел ничего подобного, даже на картинках. Откуда в его голове знание о ярком свете, небе и облаках — какая-то память предков?

— А ты знаеш-шь, что если ты находишься во с-сне и произнес-сёшь с-своё желание вс-слух, то оно обязательно с-сбудется? — сказал кто-то. Кси обернулся. Один из прутьев клетки обвивала изумрудно зелёная змея. Кси готов был поклясться, что когда он поднялся сюда, никакой змеи здесь не было.

— И что мне с того?

— А то, что ты с-сейчас с-спишшь.

— Да? Хм. Ты, наверное, права. То, что я вижу — очень красиво, но этого ведь не может быть, так?

— Верно рассуждаеш-шь, мальчик.

— Как ты там сказала… загадать желание, и оно сбудется? Точно-точно?

— Конечно с-сбудетс-ся. Это же с-с-закон, — зелёная рептилия издала прерывистое шипение, похожее на смешок. — Давай, загадывай быс-стрее. С-сон не может длиться вечно.

И тут Кси по-настоящему осознал, что вокруг действительно сон. Он вспомнил, что находится сейчас в тюрьме вместе с остальными несчастными, которым довелось родиться мальчиками.

— Госпожа-Богиня, сделай пожалуйста так, чтобы в темницу пришёл кто-нибудь и вызволил меня оттуда!

— Ты уверен, что хочеш-шь этого? — спросила змея. Кси не успел ответить, так как сон растаял.

— Извините, это вы — Нельс?

— Ну, я, — высокий, крепкий мужчина смерил Кси взглядом и скрестил руки на груди, надменно глядя сверху вниз.

— Вчера ночью вы говорили что-то про миллионы смертей…

— Подслушивал? — спросил Нельс. Кси подумал, что тот сейчас врежет ему или пошлёт куда подальше, но собеседник расслабился и похлопал Кси по плечу. — Как же у тебя это вышло, ведь твоя койка у дальней стены?

— У меня очень хороший слух… Но это неважно. Важно то, что вы там вчера говорили. Вы не подумайте, что я выпытываю. Просто здесь не так-то просто найти интересного собеседника… А вы, я полагаю, очень интересный собеседник. Поинтереснее, чем остальные.

Кси дружелюбно улыбнулся и понял, что Нельс после такой речи не может не доверять ему.

— Эх, малыш, тут такая история, — Нельс вздохнул и сел на край кровати, жестом предлагая Кси устроиться рядом. — Я прочёл её в старых архивах. В тех, в которые простым смертным вроде нас с тобой смотреть нельзя. Выдался один удобный моментик, я и… О чём бишь, я говорил? Мысль потерялась.

— О миллионах смертей.

— Да, точно… Много лет назад все люди жили на поверхности земли, а не внутри неё, как сейчас. Знаю, знаю, ты не веришь мне.

Но Кси верил, потому что ещё ярко помнил свой сон.

— Не веришь… Но это правда. В их архивах всё — правда… Это было очень давно. Тогда ещё не была рождена бабушка моей бабушки. Что-то произошло там, наверху. Какие-то войны.

— Что такое «войны»?

— Это когда очень много людей собираются полчищами, как туннельные тараканы. Собираются они так, значит, и идут убивать других людей.

— Зачем?

— А кто их знает. Видимо, опять одни других поработить решили, как сейчас бабы — мужиков. Тебе этого не уразуметь, но весь тутошний порядок — он неправильный. Правильно — это когда все свободны, и делают, что хотят.

— Здорово. Я б играл целыми днями.

— Вот дурачок, — сказал Нельс беззлобно. — Но что с тебя, ребёнка, взять. Порабощение — это не тогда, когда тебя работать заставляют. Работать — это нужно, нужно добывать еду, металл, серу на светильники, пауков да тараканов на разное барахло… Порабощение — это когда вся эта добыча идёт не на твоё благо, а на господское. А тебе так, ошмётки с барского стола, да цепи на грабельки, — он пошевелил кистями рук, звякнув звеньями цепей.

— Ну, если их Матрона сказала так делать, то ей виднее… — неуверенно произнёс Кси.

— Точно дурачок. У тех, наверху, может, и не было никакой Матроны, а был какой-нибудь Матрон…Патрон… Короче, этому главному тоже что-то в голову взбрело, он и подговорил одних людей поработить других.

— Девочек поработить мальчиков?

— Да мысли ты уже другими категориями! — воскликнул Нельс, ударив кулаком по койке. Раздражение так переполнило его, что он не выдержал, вскочил на ноги и отправился прочь поспешным шагом, настолько торопливым, насколько позволяли цепи. Вскоре Нельс скрылся в другом углу их барака — обширного, на сотню человек, и его уже не было видно из угла, где они начали свой разговор. Кси знал, что его собеседник скоро отойдёт, и можно будет продолжить их беседу, которая немного пугала Кси своей крамольностью, и в то же время чрезвычайно будоражила его.

— Я и в Богиню эту вашу не верю, — пробурчал Нельс, стуча киркой по толще подгорной породы.

Кси испуганно обернулся на надсмотрщицу, не услышала ли та нельсовой хулы. Та, конечно же, слышала. Кси ожидал, что та сейчас хлестнёт его напарника по спине длинной тонкой палкой с зубцами на конце, но она лишь усмехнулась.

— Ты, верно, тронулся умом от долбёжки по камням, — сказала надсмотрщица. — Оно и неудивительно, звяк, звяк, звяк… Сама скоро тут с ума сойду. Кто ж создал гору, в которой мы живём?

И надсмотрщица коснулась стенки тоннеля гладкой ладошкой. Такие же нежные ручки были у новичка Кси, не в пример мозолистым и грубым ручищам Нельса, шахтёра со стажем. Он принялся разглядывать его в ярком свете, которого недоставало в бараках. Морщинистый, с сединой на висках. Интересно, сколько сменилось тараканьих поколений в туннелях с его рождения, пятьдесят, пятьдесят пять?

— Сколько тебе лет, Нельс?

— Двадцать восемь, — отозвался тот. Надо же, как промахнулся Кси.

— Такой молодой, а уже с головой не дружит, — сказала надсмотрщица.

— А в чём это я сумасшедший? Я всё говорю по существу, — проговорил Нельс, опустив кирку. — Вот ты веришь, что в горе этой есть дух, иначе говоря — Богиня, так?

— Как и все нормальные люди, — ответила надсмотрщица. Кси тоже отложил кирку, рукоять которой уже намозолила ему пальцы. Почему бы не посачковать, коли надсмотрщица в хорошем расположении духа и склонна к беседам.

— А почему бы не допустить, что это не Богиня, а Бог?

— Да потому что такое высшее существо, как богиня, уж точно не будет принадлежать к столь низменному и грязному роду, как мужской. Это же очевидно.

В голосе надсмотрщицы звучала снисходительность и насмешка.

— Да уж. А почему бы тогда не представить, что это Божественное Оно, не мужское и не женское?

— Только женщина может породить дитя. Только Богиня могла породить гору. Никаких мужчин или «оно», — безапелляционно заявила надсмотрщица. Кси непроизвольно кивнул. Для него это было очевидно. Почему Нельс пытается спорить? Видимо, тянет время, чтоб не работать — умный мужик!

— Так может, их вообще, много — Богинь этих? — не унимался Нельс. Богиня верхней части горы, Богиня нижней части горы. Богиня центральной пещеры. Какие-нибудь мелкие божки туннелей и шахт.

— В твоём нечистом теле — которое с горой сравнивать грешно, но я всё-таки сравню — есть сердце, что центральная пещера, есть части нижние и верхние, есть руки и ноги, что туннели. А душа одна. Или в тебе есть души рук, ног, пальцев твоих вонючих?

— Ладно, зайдём с другой стороны, — сказал Нельс с тяжким вздохом. — Ты когда-нибудь допускала, что вне горы есть ещё хоть что-то?

— А что там может быть! Другая гора, что ли?

— Огромная пещера, такая большая, что и представить нельзя, — выпалил Кси. — Такая большая, что потолка не видать, и там ярко-ярко, в сто раз ярче, чем этот факел…

— О-о-о! — только и мог протянуть Нельс. Он же считал Кси одним из этих многих окружающих его слепцов с зашоренным умом, а он вдруг выдаёт такое!

— Твои бредни заразны, — сказала надсмотрщица, и размахнулась своей длинной палкой. В воздухе раздался свист, и Нельс вздрогнул. На спине его заалела кровавая полоса. Ещё один удар, и по шахте эхом пронёсся вскрик Кси. Остальные шахтёры не отрывались от своего дела, прорубая тоннель. После вскрика новичка они стали работать будто бы даже сосредточенней. — За работу, трепачи!