Мэри Соммер – Убийцы и те, кого так называют (страница 62)

И вот теперь, разрезая холодный ночной воздух, Джек не страшился удалённости от земли, а наслаждался полётом. Над деревьями, через болото, на юго-запад – к Брокет-Форту.

Во всей Марилии он единственный сейчас был так близко к звёздам. Осознав подобное, даже самый нетщеславный человек почувствует себя всемогущим. Джек излишней скромностью никогда не отличался. Весь день он выслушивал слова одобрения в свой адрес как от друзей, так и от совершенно посторонних и, следовательно, объективных слушателей. Теперь он, не смущаясь, сам хвалил себя за удачно свершённые дела и предвкушал будущие победы.

Они с Филином прилетели с другой стороны, но приземлились на том же месте, что и в прошлый раз: у самой кромки леса, где несколько насыщенных и удивительных дней назад Джек так неожиданно встретился с Самирой. Дорога, ведущая от ворот Брокет-Форта до самого Элмура, делала здесь крутой поворот, и каждый раз, проезжая по ней, Джек усматривал в кривой линии изменение курса собственной жизни. Он спустился на землю и поспешил зайти с Филином за деревья, пока дракона никто не заметил. Тот потянулся мордой к застёжке на ремне, но Джек не собирался снимать седло.

– Прости, но здесь не лучшее место для отдыха. – Он достал флягу с водой и вылил её содержимое в пасть животного. – Тебе нужно возвращаться.

Филин презрительно фыркнул и толкнул вконец обнаглевшего всадника в плечо.

– Да ладно тебе, путь сюда был не таким уж и долгим, – напомнил Джек строго, – вот прилетишь назад, устроишься в своей куче из листьев, тогда и спи до самого утра.

Джек погладил дракона по переносице и медленно попятился к выходу из леса. Филин пополз за ним.

– Нет, со мной нельзя. Хочешь, чтобы тебя снова поймали и заставили пугать людей?

Дракон прохрюкал что-то и оскалил зубы.

– Вот и я говорю, – согласился Джек. – Знаю, что ты обычно не летаешь без пилота, но дорога ведь простая. Помнишь болото, где гнездятся цапли? За ним будут густые деревья, а среди них – корабль. Когда услышишь музыку и увидишь свет, можешь приземляться.

Нахмурив брови, Филин смотрел на него то ли высокомерно, то ли огорчённо. При тусклом ночном освещении его круглые изумрудные глаза казались двумя бездонными колодцами, в которых отражались звёзды.

– И когда я успел так привыкнуть к тебе, что перестал удивляться? – спросил Джек. – Ещё недавно я не верил в твоё существование. Хотя… я ведь тогда во многое не верил, правда?

Не желая прощальными словами констатировать очередную разлуку, Джек молча указал Филину направление и решительно вышел на дорогу. Сначала он ещё слышал позади себя шуршание, но оборачиваться не стал, а только ускорил шаг.

Путь должен был занять не меньше двух часов, но чудовищные по размеру каменные стены Брокет-Форта были видны уже отсюда. Уставившись на них, Джек просто шёл. Он планировал потратить это время с пользой, обдумать решения и утвердить правильную тактику, но голова была пустой, словно в полёте из неё ветром выдуло все мысли. Тишину внутри черепной коробки нарушала только мелодия, под затихающие звуки которой Джек выпустил руку Грэйс из своей руки.

Он собрал пальцы в кулак и бессознательно не разжимал их до тех пор, пока не остановился перед воротами. Высокие стены заслоняли собой звёзды, а фонарика у Джека не было, так что он постучал в произвольном месте. Ночь уже наступила, и по правилам никто не имел права даже открывать замки. Особенными привилегиями мог пользоваться только Саймак, пожалуй, ну или какой-нибудь другой король.

Джек ждал. За воротами в любом случае дежурил караульный, который обязан отреагировать на стук. И правда, вскоре на уровне лица Джека открылось и тут же захлопнулось маленькое окошко. Послышался скрежет: несколько ключей вставили в замочные скважины и повернули в определённом порядке. Ворота распахнулись ровно настолько, чтобы пропустить одного стройного человека с втянутым животом и плотно прижатыми к туловищу локтями.

С другой стороны стоял Клэнс. В одной руке он держал фонарь, а в другой – меч, острый конец которого упёрся в грудь ночному визитёру.

– Мне нужно увидеть Саймака, – сообщил Джек без приветствий. Он лениво поднял руки, демонстрируя отсутствие оружия и враждебных намерений.

– Я не могу тебя пропустить, – ответил Клэнси задиристо.

– И поэтому ты сразу же открыл ворота, как только узнал меня? – заметил Джек, продемонстрировав, как правильно и более точно следует интонировать презрение к собеседнику. – Просто передай хозяину, что я здесь. Уверен, что он не откажется поговорить со мной.

Личный помощник короля выглядел так, словно с наслаждением воткнул бы сейчас меч в стену, предварительно пропустив его сквозь тело Джека. Если Саймак об этом не узнает, то и наказания не последует, но и для противного случая у Клэнси уже наверняка было заготовлено оправдание.

– Мы долго ещё будем стоять здесь? – раздражённо спросил Джек. – Разве можно держать на пороге осуждённого убийцу, который добровольно вернулся под стражу? Между прочим, на дворе ночь, я устал и замёрз.

Клацнув зубами, Клэнс посторонился и позволил Джеку пройти. В Брокет-Форте было темно. Жители крепко спали после дневных тренировок, которые наверняка стали ещё изнурительнее с тех пор, как новый король задумал развязать войну со всеми соседними странами.

Джек подождал, пока ворота за ним закроются, и двинулся вперёд, оставаясь в ореоле света от фонаря. Ритм для шагов задавала всё та же спокойная мелодия, которая, видимо, теперь навсегда останется в его памяти. Как и цветочный запах, который исходил от волос Грэйс. Интересно, что она сейчас делает? Веселье на поляне возле корабля ещё продолжается, или новоиспечённые муж с женой уже уединились для логичного продолжения свадебной церемонии?

– Чего вздыхаешь так горестно? – спросил Клэнс насмешливо.

– Я вздыхаю удовлетворённо, – ответил Джек, вспомнив про своего сопровождающего.

Только он успел подумать, что не слишком разумно поворачиваться спиной к человеку, с которым давно укрепилась взаимная неприязнь, как Клэнси оглушил его ударом по голове.

Пульсирующая боль в затылке гармонично перекликалась с рисунком навязчивой мелодии, дополняя её аккомпанементом из ударных. Сквозь тошнотворный шум в ушах пробираясь по закоулкам сознания, Джек пытался локализовать себя во времени и пространстве. Для начала с закрытыми глазами, потому что свет неизбежно ускорит приступ рвоты.

Он терпеливо ждал, пока мир вокруг перестанет вращаться в разных плоскостях, и виртуально сканировал тело. Кроме лёгкого сотрясения мозга, Джек, кажется, не нашёл серьёзных повреждений. Его голова потерпела необратимый ущерб намного раньше, раз он решил явиться сюда.

Клэнси, зараза. На секунду ярость затмила все другие ощущения, Джек дёрнулся и открыл глаза.

Кривая его жизни продолжала изворачиваться, и он уже с трудом мог припомнить, когда просыпался два раза подряд в одном месте. Сегодняшнее помещение било все рекорды неуютности. В грязноватом полумраке мерцали оранжевые блики – это факелы на стенах горели настоящим, немагическим огнём, который повышал температуру и расходовал кислород. У Джека сразу появились неприятные ассоциации с комнатой для пыток. Во всяком случае, дизайн для своей он выбрал бы именно такой.

Но это был всего лишь один из подвальных складов, где хранилось оружие, мишени и деревянные манекены для тренировки рукопашного боя.

Джек лежал на полу лицом вниз. Верхняя одежда подевалась куда-то, а тонкая рубашка частично порвалась, очевидно, пока транспортировали его бессознательное тело. Несмотря на духоту, Джека знобило, но он даже не мог обнять себя, потому что руки удерживала за спиной цепь с широкими металлическими браслетами.

В другой части склада, на максимальном от Джека расстоянии, его похититель сидел на низком табурете и методично уничтожал бутылку вина.

– Эй, придурок, – прохрипел Джек, тяжело перевернувшись на спину, – ты что задумал?

Клэнси сердито зыркнул в ответ. На фоне оранжевого пламени факелов его лицо казалось неестественно бледным.

Почти одержав победу над туманом в голове, Джек попытался подняться. Цепь, сковывающая его руки, другим концом была пристёгнута к ножке тяжёлого шкафа, и встать получилось только на колени.

– Я знаю, что мы не ладили с самого начала, но это же не моя вина. – Он выпрямил спину, чтобы поза выглядела менее унизительной. – Если хочешь завести друзей, попроси мать не вязать людям в волосы узлы, которые высасывают из них жизнь.

– Заткнись, чужак, – огрызнулся Клэнс. Он то и дело поглядывал на дверь, будто ждал кого-то.

Джек рванул цепь – та громко лязгнула о плиты на полу, но свободы от этого не добавилось. Он всё больше злился, и это приумножало силы.

– Ах, так ты меня из-за происхождения невзлюбил. Тоже считаешь, что от чужестранцев одни несчастья? Слушай, отпусти меня? Саймак ведь это не одобрит.

– Заткнись, говорю тебе! – прикрикнул Клэнси. Он поднялся с явным намерением заставить пленника замолчать, но почему-то передумал.

– Что, в лицо ударить не способен? Может быть, мне опять спиной повернуться? – Джек громче забряцал цепью.

А за дверью тем временем послышались шаги. С их приближением всё отчётливее прослушивалась нестройность ритма – ноги, очевидно, переступали с разной скоростью.