Мэри Соммер – Последняя принцесса Белых Песков (страница 27)
Прошло ещё две минуты. В другой день Джек бы оценил убранство комнаты, заглянул в высокий резной шкаф, посчитал разноцветные мягкие пуфы и восхитился расшитым звёздами балдахином. Сегодня он не воспринимал окружающую действительность. Он поднялся и, обойдя по периметру ковёр, выскользнул за дверь.
В коридоре было безлюдно, но отовсюду слышались голоса. Джек помнил, что из большого холла в центре дома его сразу увели в западную часть – выходит, что женское крыло располагалось в восточной. Невесту же наверняка прятали на самом верхнем этаже в угловой башне, а охраняли её двенадцать бравых воинов и огнедышащий дракон.
Джек осторожно двинулся в нужном направлении. Он несколько раз сворачивал, выбирая неосвещённый путь – подальше от других гостей и слуг. На застеленном коврами полу Джек ступал почти бесшумно. Мимо дверей он пробегал, ожидая, что те вдруг откроются и кто-то поймает его за рукав.
Неудивительно, что судья Лорна выбрал себе в жёны самую красивую девушку. Кажется, определение «самый» было основой его жизни и власти. Самые расписанные стены и тонкие нити в гобеленах, самый толстый слой позолоты на ажурных решётках и оконных рамах. Даже коридор здесь казался шире улиц на окраине города, а сводчатый потолок каждого этажа поднимался выше некоторых крыш. Его поддерживали витые колонны, и Джек задерживался у каждой, чтобы в случае чего найти за ней укрытие.
Он всё ждал, что путь ему перегородит какая-нибудь тяжёлая дверь или что хотя бы появится знак «Остановись, мужчина, дальше путь тебе воспрещён». Но ничего такого не произошло. Джек гадал, как ему узнать женское крыло, когда ответ вырос перед глазами в лице двух стражников с выставленными вперёд копьями.
Его проводили обратно в комнату и вежливо посоветовали больше не плутать по дому, а то мало ли на какое наказание (связанное с тюрьмой и пытками) он может случайно набрести.
Закрывая за собой дверь, Джек вспоминал, как здание выглядит снаружи. В частности, насколько близко друг к другу расположены балконы и какова ширина карнизов. Он находился на верхнем этаже, и если бы получилось забраться на крышу…
Послышался шорох. Джек резко обернулся и увидел рядом со своей кроватью девушку: она тут же присела в почтительном поклоне.
– Хм, здравствуй, – протянул Джек.
Девушка стянула на груди края широкого бордового покрывала – такие Джек уже видел сегодня у здешних служанок.
– Я зашла подготовить господину постель и спросить, не желает ли он чего. – Опустив ресницы, она смиренно смотрела в пол. Плечи её поднимались всё выше – ещё немного, и девушка полностью спрячется в складках своего многослойного наряда.
– Благодарю тебя, – ответил Джек машинально. Его взгляд скользил с брошенной на стул несвежей рубашки на покрасневшие щёки девушки и обратно. – Ты, кажется, меня боишься?
Она замотала головой. Джек подошёл ближе на три шага, а его гостья смогла сделать назад только один, прежде чем упёрлась ногами в кровать.
– Дай руку. – Джек протянул свою. Вздрогнув, девушка вложила холодные пальцы в его ладонь. – Хорошо. А теперь другую.
Во вторую его руку она вложила крепко сжатый кулак. Чёрные волосы на её висках заблестели от выступивших капелек пота, нижняя губа подрагивала. Джек терпеливо ждал.
Наконец её пальцы разжались. Джеку на ладонь упала тонкая цепочка – браслет, который в закрепление помолвки подарила ему Эри. Он снял его раньше, когда пытался соскрести с себя грязь конюшен, а потом забыл надеть. Совсем ненадолго оставил без присмотра, и надо же…
– Не выдавайте меня! – Неудачливая преступница внезапно рухнула на колени. Только с такого ракурса она осмелилась поднять голову и посмотреть на него. – Я не хотела дурного, прибиралась только, а цепочка золотая – так славно заблестела, вот я и схватила поближе рассмотреть. С собой бы не забрала, клянусь жизнью своей, своих родителей и детей будущих. Господин не выдаст меня?
Какая болтливая оказалась! И куда только делась вся кротость? Джек слишком долго подбирал ответ, и девушка успела обрушить сотню страшных казней себе на голову.
– Я всё что хотите для вас сделаю! – добавила она решающий аргумент и так же, стоя на коленях, потянулась к его штанам.
– Эй-эй, ты… – Джек отпрыгнул, но гостья твёрдо решила любым способом заслужить прощение и рванула его пояс.
– Господину понра…
– Так, помолчи минуту! И поднимись. Живо!
Интонация подействовала отрезвляюще. Девушка вскочила и прижала ладони к горящим щекам. Её глаза расширились, губы шевелились, будто в молитве.
– Я никому ничего не скажу, – бросил Джек раздражённо. Он чувствовал, что сам краснеет то ли от неловкости, то ли из-за дурацкого богатого воображения. – Но… да, кое-что ты для меня сделаешь.
Гостья нахмурилась. Её воображение, очевидно, не позволяло придумать услугу полезнее той, что она уже предлагала.
Джек нервно рассмеялся.
– Не думал, что когда-нибудь придётся сказать это, но… – Он расправил плечи и постарался изобразить на лице непроницаемую маску. – Мне нужна твоя одежда.
После искренних заверений, что Джек не задумал хозяевам дома никакого зла, его сообщница всё же выдала, где искать спальню невесты. Помимо одежды она вручила Джеку стопку постельного белья и подушек – для конспирации. И вот он снова пробирался по коридорам, в этот раз на другом этаже, чтобы не наткнуться на тех же самых блюстителей приличий. Пару раз он встречал слуг, а гости и хозяева закрылись в своих комнатах и готовились к торжеству. Снизу слышалась музыка, Джек шагал в такт. Так же ритмично волочился по ковру подол его юбки.
О, этот день оказался щедрым на унижения! Но если драка, пусть проигранная, была занятием мужским, то примерка платья к таковым явно не относилась. Юбку Джек натянул прямо поверх штанов. Из-за разницы в росте она была слишком короткой, пришлось спустить на бёдра. Рубашку Джек сменил на длинную тунику с цветочным рисунком: новая знакомая (она пока завернулась в одеяло с кровати) помогла собрать ткань на талии и подвязать её поясом – специальным красивым бантом. Ещё и затянула потуже. На плечи лёг второй пояс, широкий и с кисточками на концах, а на голову Джеку набросили покрывало.
– И прикройте подбородок, господин, а то у вас там щетина темнеет.
Хорошо, что краситься не пришлось. Джек вздохнул.
Из-за угла ему навстречу вышли двое стражей. Джек быстро согнул колени, чтобы казаться ниже, и прижался подбородком к подушкам, которые нёс. Глазеть на женщин тут, к счастью, было не принято – если Джека что и выдаст, так оглушительный стук сердца.
Интересно, что с ним сделают, если снова поймают? Хотя нет, лучше не знать.
Спальня принцессы и правда находилась в конце коридора. Перед дверью Джек замер. Раньше он считал минуты, а теперь потерялся во времени. За окнами стемнело, и казалось, что наступила глубокая ночь – может, даже следующая ночь.
Она стояла посреди комнаты – одна – и застёгивала верхнюю жемчужную пуговку на лифе платья. С тихим «оу…» Джек опустил руки: подушки и одеяла попадали на пол. Покрывало сползло с его головы.
Джек вспомнил, что давно не дышал, но забыл, как это делается. Не двигаясь, не моргая, не осознавая пространства вокруг и между ними, невеста и саботажник свадьбы смотрели друг на друга.
О, как она была прекрасна! Волосы струящимися золотыми волнами обрамляли высокие скулы и длинную шею. Дорогие украшения, вплетённые в пряди, с позором провалили задание сверкать ярче её глаз. Мягко очерченные губы приоткрылись в невысказанном вопросе – Джек провёл по своим сухим языком. Величественная и нежная, одновременно чище хрустального осколка и соблазнительнее самой искусной любовницы; юная, хрупкая, чуть бледная и совершенно незнакомая Джеку девушка.
Наконец он выдохнул.
А она пронзительно завизжала.
9. Воображаемое и настоящее
Каждый рассказчик мечтает о такой истории – о такой тайне. Отправляясь в Южные Земли, я хотел рисовать карты и записывать необычные традиции. Но пески Тартесса скрывают не только пару нижних этажей дворца.
Ты знаешь, я люблю загадки, и чем крепче их скорлупа, тем яростнее я буду пытаться её расколоть. Кажется, сегодня я нашёл ещё один фрагмент мозаики – и он, будто острый клин, разобьёт её, чтобы сложить новый рисунок.
Эту тайну не хранят свитки круглой комнаты, о ней не знает даже тот, кто уже идёт за мной.
Только я. И ты узнаешь, когда придёт час, – ведь история началась задолго до меня и продолжится после. А пока уходи. Держись подальше от этого города. Вот так, заочно, я беру с тебя обещание и уверен, что ты его не нарушишь.
Дневник другого рассказчика
– Да тише ты, не ори! – Сбросив оцепенение, Джек подскочил к невесте. – Я ничего тебе не сделаю. Уйду сейчас – считай, меня вообще тут не было. Только вот это, прости великодушно, я заберу.
Он схватил со столика за её спиной подарок для Самиры и спрятал в карман. Потревоженная невеста успокоилась, но крик её эхом звенел в ушах. А Джек не мог перестать улыбаться. Досада из-за вновь отложенной встречи чуть кольнула и тут же сменилась облегчением.
– Ещё раз прошу прощения, желаю счастья!
Отвесив церемонный поклон, Джек бросился к выходу и распахнул дверь – как раз вовремя для подоспевшей стражи. Кривое лезвие меча сверкнуло в дюйме от его лица. Прямо на пороге Джека окружили. В суматохе он не успел посчитать, сколько их. Удар между лопатками принудил его опуститься на колени. Руки заломили за спину. Джек не мог шевелиться. Зажатый в тиски, он сгорбился в унизительной позе и ждал приговора.