Мэри Мур – Княгиня Сергеева (страница 3)
— И вы даже отдаленно не будете пытаться сказать, что любите меня?
— Нет, зачем? Брак — это сделка. Вы станете княгиней и удвоите свое состояние, а может, вам повезет так же, как и с первым мужем, и вы во второй раз получите возможность овдоветь, — сказал Сергеев, усмехнувшись.
— Не смешно! — сказала я Сергееву.
— Ну, я за честный контракт. Как вам идея?
***
Машенька думает, но мы уже знаем, каким будет ее положительный ответ.
***
Вчера дописала роман «В клетке» — странное чувство: героиня этого романа, Валерия, впервые повела себя по-другому, совершенно не так, как я планировала; она не стала ждать чуда или помощи, она все сделала сама.
На этом романе я, скорее всего, закончу серию в жанре СЛР — это был интересный опыт, который мне как писателю хотелось пройти.
***
А пока я пишу книги, очень советую еще одну мою героиню, «Серафима — сбежавшая графиня». В ней практически нет любовной линии, но все, кто читал, пишут про необычный сюжет и хорошо написанную книгу. Правда, есть одно «но»: если эту книгу я сразу пропускаю через редактора, то она еще не прошла вычитку. Но если на дворе уже 26 сентября (думаю, я уже ее отредактирую) или вы лояльны к ошибкам, то можно смело идти.
https://www.litres.ru/72789238/?lfrom=349381906&ref_offer=1&ref_key=7b8526980a63fbec4516670186a69098b4d06a484a9e1037e66b1264ce98dedf&lfrom=1119238734&ffile=1
Глава 3
— Я согласна, — ответила я Сергееву; слова эхом пронеслись в тишине и несколько раз ударились о стены большого зала.
— Вот так сразу? И даже не будете думать, обсуждать условия и торговаться! — удивленно спросил князь.
— Станислав Александрович, вы сказали, что у меня появится возможность удвоить состояние и я стану княгиней — этого вполне достаточно, остальное обсудим.
— А мне нравится ваш подход, — сказал князь и отпил из бокала.
В тот момент я думала, что стоит только стать его женой, и я уже разберусь, как его влюбить в себя.
— Только договор будет составлять мой поверенный, и я хочу часть капитала получить сразу.
— Хорошо, договорились. Мне нравится, Мария, что вы относитесь к этому как к делу, простому, понятному делу. Без всякой этой любовной чепухи и страданий, к коим привыкли барышни из света. Тогда утром подпишем бумаги, потом обвенчаемся, и завтра можно ехать в свадебное путешествие, а то так надоела эта бесконечная зима.
— Отлично, но постойте, мои родители не успеют приехать на свадьбу?
— А зачем? Позже, по факту, к ним съездим в гости, своих тоже оповещать не намерен.
— Но как?
— А зачем? Мы с вами взрослые люди. Летом можно устроить свадьбу по требованию света, и если вам захочется, тогда оповестим всех. Или вы без маминой поддержки не сможете мне сказать «да» в церкви? — спросил Сергеев, усмехнувшись.
— Почему, смогу, — ответила я, раздумывая, точно ли это мое желание хоть как-то могло изменить ситуацию.
— Моя маменька сейчас находится в ста метрах от нас, и я не планирую ее оповещать.
Я посмотрела в сторону Сергеева, лишь немного повернув голову. — Думаете, ваша маменька будет против такого мезальянса? Она явно вам пророчила другую супругу, — сказала я язвительно.
— Мария, моя маменька давно махнула на меня рукой и молится, чтобы я хоть какую-нибудь супругу привел в дом. Можете мне не верить, но она пыталась найти моих внебрачных детей, — ответил лукаво князь.
— И много у вас внебрачных детей?
— Как сказать, мне о них неизвестно, но наверняка где-то да есть. Воспитываются в какой-нибудь знатной семье. Я предпочитаю заводить отношения со знатными замужними дамами: это безопасно, на свободу мою не покушаются — они ведь уже замужем! Да и скандалы им ни к чему: одно дело — сбежать на одну ночь от постылой семейной жизни и престарелого мужа, а другое — что о тебе будут говорить в высшем свете, если твоя интимная жизнь выйдет наружу.
— И вас не смущает, что они замужем?
— Пусть это смущает их мужей, — ответил Сергеев, улыбнулся уголком губ и добавил: — Вижу, вам такая свобода нравов не по душе?
— Как сказать! — сказала я задумчиво, хотя внутри такая свобода мне действительно была не по душе. Мне хотелось семью! Детей! И в мои планы не входило вытаскивать супруга из кроватей других дам. Может, и правда, зря я сюда пришла? Зря дала согласие на брак?! Может, стоит, пока не поздно, взять свои слова обратно и уйти?
— Мария, вас что-то смущает?
— Не знаю… — ответила я, не смотря в его сторону.
— А кто знает? Вы же понимаете, что лучшей партии, чем я, вам не найти? — сказал Сергеев, повернувшись ко мне.
Да, он был прав: лучшего мужа с позиции достатка, имени для той, кто еще полгода назад была дочерью лавочника и могла рассчитывать только на такого же лавочника, быть не может, но… Вслух лишь произнесла: — Да, пожалуй, вы правы, лучшей партии мне и правда найти будет сложно. А измены… все, наверное, изменяют. Правда?
— Вот и славно! — сказал князь, вставая. — Тогда завтра я буду у вашего поверенного с утра, оформим все бумаги и в церковь, — князь поцеловал мою руку.
— Вы куда-то уходите? — спросила я, не понимая, зачем он встал — ну уж точно не затем, чтобы скрепить нашу договоренность поцелуем руки.
— Да, мне, пожалуй, пора идти, дела. Надеюсь, вас не сильно расстроит мой внезапный уход? Поверьте, у нас еще будет достаточно времени для того, чтобы побыть наедине.
Князь ушел. Спустя несколько минут вошел старый дворецкий.
— Мадам что-нибудь еще желает? — спросил он.
— Нет, благодарю, — ответила я, вставая. В голове — безмолвная паника и мысли: «Я вновь себя продаю как вещь, но теперь это мой личный выбор». Зачем?
Пока я была в доме, на улице началась настоящая пурга; холодный ветер с колючим снегом больно кусали за щеки, руки мерзли даже в муфте. Хотелось домой, в тепло. Не о такой встрече я втайне мечтала. Думала, что и на моей улице наступит праздник, а князь Сергеев — тот мужчина, о котором я мечтала с детства, но он даже наедине был холоден. Может, это только знаки приличия? И после свадьбы все изменится? — мелькнула мысль в голове. Что если он хочет казаться таким холодным и отстраненным? Ведь что-то Станислава заставляет идти на этот мезальянс, и это явно не желание родить наследников или насолить маменьке? Вполне вероятно, что князь скрывает свои истинные чувства ко мне. И стоит лишь немного потерпеть, — улыбнулась я своим мыслям.
***
По возвращении домой застала у себя Никиту Кузьмича, поверенного, что достался от моего супруга вместе с состоянием.
— Мария Владимировна, душенька, о таких вещах нужно предупреждать заранее! Как так можно: не обдумав всех деталей, вы опять кидаетесь в омут с головой? — сказал Никита Кузьмич, подойдя ко мне, взяв за руки и поцеловав их.
— Не совсем понимаю, о чем вы, — сказала я, отдав муфту в руки служанке и приказав жестом ей удалиться.
— Мария Владимировна, не делайте, пожалуйста, вид, что вы не понимаете, о чем я говорю. Не далее как четверть часа назад ко мне приезжал светлейший князь Сергеев Станислав Александрович и приказал подготовить вам брачный договор.
— Да, я сказала, что буду подписывать документ только в вашем присутствии. Так как не сильна во всякого рода бумажных делах, а вы в коей-то мере несете за меня ответственность перед так рано покинувшим нас Николаем Александровичем.
— Вот именно поэтому я и приехал, чтобы отговорить вас от этого необдуманного поступка. У вас еще не прошел траур! — воскликнул он и хотел продолжить, но я заговорила первой.
— Да, именно по этой причине свадьба будет в очень узком кругу, и мы пока не будем объявлять об этом в свете.
— Но подождите, как без объявления?! — возмутился он, и в тот момент я даже не поняла, что его расстраивает больше: то, что свадьба будет без объявления, или то, что она вообще будет.
— Стойте, Никита Кузьмич, по-вашему, было бы лучше, если бы мы уехали с князем в Париж, совсем не обвенчавшись?
Глаза старика забегали, на лбу появилась испарина. Никита Кузьмич торопливо ощупал себя по карманам и, нащупав платок, достал его, вытер пот со лба, вздохнул, шумно выдохнул и сказал: — Мария Владимировна, это было бы сверхнеобдуманным поступком — так порочить имя своего покойного мужа. Потерпите, умоляю вас, потерпите с этим браком до лета. Пройдет время, все уляжется, и тогда…
— Никита Кузьмич, я не совсем понимаю, о чем вы говорите: что должно улечься и что я должна потерпеть?
— Как что? Вы вдова, у вас только-только минуло сорок дней.
— Вообще-то прошло уже почти восемьдесят! — напомнила я поверенному.
— Да не в днях тут дело. Князь сейчас находится в острой стадии конфликта со своим бывшим лучшим другом, графом Большаковым, и, видимо, он решил вами поставить точку в этом конфликте. «Смотрите, я женился, и мне более не нужна твоя супруга. Можешь, милый друг, спать спокойно», — комично произнес поверенный в шутливой манере.
— Может, он меня любит и просто решил жениться?! — спросила я Никиту Кузьмича.
— Милая моя Мария Владимировна, какой вы, по сути, еще ребенок! Были бы вы моей дочерью, ей-богу, задрал бы юбку и выпорол как следует. Видимо, папенька вам не объяснил такие простые истины.
— Мой папенька меня продал за один миллион рублей, если вы помните, вашему бывшему хозяину, а сейчас я себя тоже продаю за титул княгини и примерно тот же миллион рублей новому мужу.