Мэри Кац – Развод. Разреши мне вернуться (страница 29)

Я чувствую, как слова матери проникают в меня и разъедают мою уверенность. Если бы не маленькая ручка, которая сейчас крепко сжимает мою ладонь, то я бы точно вышла из себя.

— Я не сделаю ошибку, мама, — произношу. — Только не сейчас.

В её глазах вижу нечто, что заставляет меня почувствовать себя уязвимой, но я не могу позволить себе сдаться. Впервые за все время я выбираю Макса. Только сейчас я понимаю, что никогда его не выбирала. Даже наш брак скрывала. Когда он приезжал, то я старалась выпроводить его до прихода родителей. Я всегда берегла их спокойствие. Была той дочерью, которая была угодна им. Максим всегда выбирал меня, но я только сейчас понимаю, насколько сильно его обидела.

— Я не позволю тебе разрушить мою жизнь ещё раз. Мы уходим. Прощай. Сынок, попрощайся с тетей.

С улыбкой прошу Сашку, и он машет ей рукой.

Я быстро тяну его за собой, стараясь не оглядываться. Его маленькая рука крепко сжимает мою, и я чувствую, как страх постепенно покидает меня. Я уверенно иду по брусчатке, стараясь не думать о том, что осталось позади.

Это странно, я ведь давно попрощалась с прошлым. Давно оставила близких. Для меня сын всегда был единственной опорой, единственным стержнем, за который я держалась. Только встреча с мамой вернула меня в прошлое. В те дни, когда мне плохо было. Когда я разрывалась от отчаяния и боли.

И сейчас я понимаю, что никогда и ничего не забывала. Я тянула с собой все эти обиды. И сегодня наконец-то избавилась от ненужного багажа.

Пристегиваю сына к детскому креслу, а после достаю телефон и быстро печатаю мужу сообщение.

«Я еду домой. Кафе отменяется».

Ответ приходит моментально:

«Что случилось, родная?»

Я замираю, глядя на экран. Вопрос его кажется таким простым и в то же время таким трудным. Я не знаю, как ответить. Всё, что я сейчас хочу — это просто вернуться домой и впервые прижаться к Максу, как в прошлом. Чтобы он укрыл в своих больших объятиях, позволив мне забыть о прошлом. О ранах, которые все еще кровоточат.

— Всё будет хорошо, — шепчу себе под нос.

Я знаю, что сделала правильный выбор.

Глава 40

Когда мы наконец доезжаем до дома, сердце моё замирает от волнения. Внедорожник Макса уже на стоянке, и я еще сильнее хочу его увидеть.

Я открываю дверь и сразу слышу голос мужа. У меня на лице появляется улыбка. Все должно быть именно так, как я и представляла. Даже лучше.

Сын бежит к отцу, и Макс на ходу его ловит. Подбрасывает в воздух, а затем прижимает к себе.

— Как дела, чемпион? Хорошо позанимался?

Сашка кивает ему, начиная рассказывать о том что он сегодня делал, а потом… потом говорит, что мы встретили злую тетю.

Я отвожу глаза в сторону. Дети — ангелы. Их устами звучит правда. Мама не стала хорошей, скорее еще больше злой.

— Иди переодевайся, — говорит Макс сыну, опуская его на пол, — а мы пока с мамой накроем на стол. Мороженое же никто не отменял?

Глаза сына загораются ярким огнем. Я не смогла справиться с разговором, поэтому лишила сына кафе, но его отец все исправил. Максим даже не знал, что произошло, а исправил ситуацию.

Сашка убегает в комнату, а муж ко мне подходит.

— Милана! — мягко произносит мое имя, и я не выдерживаю.

Прижимаюсь всем телом, зарываясь лицом в его грудь. Он обнимает меня крепко, словно хочет защитить от всего мира. Я не могу больше сдерживаться. При ребенке я не могла показаться слабой, но сейчас… сейчас рядом с ним мне хочется выплакать все, что осталось.

— Что случилось? — его голос становится нежным, он целует меня в висок. Я чувствую, как тепло его тела проникает в меня, как его уверенность на меня перекидывается. Все мои тревоги начинают таять.

Он не торопит меня. Берет на руки и вместе со мной присаживается на диван.

— Это была мама, — признаюсь, поднимая на него глаза. Я ощущаю, как его мышцы под моей ладонью сразу напрягаются. — Она снова пыталась нас разлучить.

Его глаза сужаются. Он сжимает кулаки, и я вижу, как желваки начинают ходить на его лице.

— Я не отпущу вас. Даже не думай, что сдамся.

Касаюсь пальцами его щетины и улыбаюсь.

— Я знаю, — уверенно отвечаю, ловя его встревоженный взгляд. — Я выбираю нашу семью. Готова начать сначала.

Максим смотрит на меня, а потом резко хватает меня за затылок и притягивает к себе. Набрасывается с какой-то животной страстью на мои губы. Не давая даже сделать вдох. По телу волна жара проходит. Мне снова мало его, а ему — меня.

— Маленькая моя, — отрываясь, произносит, а потом снова моих губ касается.

Языком толкается, показывая, что я только его. Всегда была его. И этого уже никто не изменит. Слишком многое мы прошли. Слишком много пережили. Пришло время все исправлять.

— Я люблю тебя, Милана, — обхватив мое лицо руками, выдыхает мне в губы. — Я не смогу больше без тебя. Ты, как отрава, давно внутри меня. Как наркотик. Как самая настоящая доза для наркомана. Я не смогу без тебя и сына.

От его признания у меня еще больше слезы начинают наворачиваться. Я верю ему. Если раньше и были сомнения, то теперь их нет.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — говорит он, отстраняясь, а я напрягаюсь. Вот так всегда, есть «но», которое возникает не вовремя. — Сегодня ко мне в офис приходил твой отец.

Меня пронзает холод. Воспоминания в прошлое отбрасывают. Когда я о Максе рассказала. Призналась в свадьбе, в беременности. Он мне даже не перезвонил. Прислал только голосовое сообщение, где сказал, что я ему больше не дочь.

— Милан, я знаю, что у вас с ним произошел конфликт. Вы не общаетесь, но он настаивал на встрече. Я обещал передать его просьбу.

— Почему? — шепотом спрашиваю, сама не веря, что меня может быть слышно.

— Он просит встречи с тобой, — говорит Максим, его взгляд становится серьёзным. — В его глазах было столько грусти, что я просто не смог ему отказать. Он точно страдает, а я знаю, как сильно ты была привязана к нему. Как он любил тебя. На свадьбе у Снежки он тоже подходил ко мне и о тебе спрашивал. Тогда ты от меня сбежала, и я не знал, где тебя искать. Спустя столько лет он не сдался. Он знает, что мы вместе. Видел тебя издалека.

— Почему тогда не подошел?

Я чувствую, как в груди поднимается ком. В голове звучит его голос. Все словно на повторе.

— Он сказал, что боялся, что ты его снова оттолкнешь.

— Снова? — Макс кивает. — Как это?

— Не знаю, но что-то в его словах меня зацепило. Я бы не стал тебя тревожить, если бы не был уверен, что эта история с каким-то подвохом.

— Не знаю, смогу ли… — начинаю я, но Максим берёт меня за руки, его взгляд полон заботы.

— Ты не одна, Милана, — говорит уверенно. — Я рядом, и мы справимся с этим вместе.

— Ма-ма, па-па, — к нам подбегает Сашка, и Макс делает так, что он присаживается на его вторую коленку. Он обнимает нас. Прижимая к себе. Там, где бьется его сердце.

— Ладно, — произношу, утирая слезы. — Если он хочет поговорить, я дам ему шанс.

Максим кивает, и я чувствую, как его рука снова находит мою. Мы вместе, и это придаёт мне уверенности. Теперь, когда мы с Сашей дома, я знаю, что сделала правильный выбор и что, несмотря на все преграды, у нас есть самая настоящая семья.

Глава 41

С каждым шагом на встречу с отцом внутри меня всё больше поднимается волнение. Я не могла забыть те голосовые сообщения, которые он отправлял мне с такой ненавистью и презрением. Как он говорил, что я ему не дочь, что я разочарование для него. Теперь же он снова появился в моей жизни после стольких лет молчания и боли.

Усмехаюсь. Вновь круги наворачиваю по просторной гостиной. Обхватываю себя за плечи.

Родители давно в разводе, но почему-то решили вернуться в один день. Совпадение? Что-то мне подсказывает, что нет. Им обоим что-то нужно. Только зачем? Я давно потеряла с ними связь. Давно не вспоминаю о них.

Может, он решил встретиться с внуком? Совесть проснулась?

В голове слишком много мыслей. Кажется, моя фантазия еще никогда так не играла со мной.

Я сглатываю, когда слышу звонок. Нервы и так были натянуты, а сейчас, кажется, вот-вот разорвуться.

Я слышу, как в холле Макс приветствует отца. Слышу их приближающиеся шаги.

— Я оставлю вас, — произносит муж, прикрывая дверь гостиной.

Отец стоит на месте. Мы молча смотрим друг на друга. Никогда бы не подумала, что мы станет чужими.

— Зачем ты пришёл? — наконец решаюсь заговорить, но мой голос звучит жалко.