Мэри Кац – Развод. Разреши мне вернуться (страница 17)

— Вы так мило смотритесь, — она проводит по плечу Сашки, а меня воротить от этого начинает. Может, ребенок и не понимает, сказать не может, спросить, но это не значит, что так вульгарно себя предлагать можно. Тем более женатому мужчине. — Теперь вы будете его приводить?

— Это принципиально? Кажется, я достаточно плачу этому заведению, чтобы они подбирали квалифицированный персонал.

Она шумно сглатывает. Уже не так лелейно на меня смотрит. Скорее с опаской.

— Если на сегодня занятия закончены, то мы пойдем.

— Да. Конечно. Жду вас послезавтра… — сына на руки беру, а потом снова на нее взгляд перевожу. — Или как вам будет удобно.

— Мне будет удобно в следующий раз вас здесь не видеть, — она рот распахивает и глаза округляет. — Квалифицированный врач четко назначает лечение, а не предлагает право выбора пациенту. Потому что он точно знает, что нужно делать, чтобы поправиться. Всего хорошего.

Она еще что-то сказать пытается, но я почти бегу к машине. Телефон снова звонить начинает. Бросаю взгляд на экран и понимаю, что это мой зам. Сбрасываю вызов, решая, что наберу его в дороге.

— Ладно, малой, — сажаю сына на сиденье и внимательно ему в лицо заглядываю. — Мне надо на работу. Это очень срочно и важно для меня.

Он только молча смотрит на меня, а я даже понять не могу, слышит он меня или нет.

— У… у…

— Хорошо, что ты меня понимаешь, — треплю его по голове, а сам снова на звонок отвлекаюсь.

На этот раз моя секретарша звонит. Про очередные документы напоминает, а еще о вечерней встрече. На малого кошусь. Не могу я его одного оставить. Няни тоже нет. Я даже не знаю, как искать или по каким критериям нанимать подобный персонал.

Мне успокоиться надо. Сегодня он со мной поедет. Кресло еще надо заказать, а завтра… Решу проблему.

В машину запрыгиваю и с парковки выезжаю. По дороге скопившиеся вопросы решаю. Пока в пробке стою, успеваю планерку провести.

Взгляд на часы бросаю. Времени совсем нет.

Машину бросаю прямо у входа. Хватаю сына на руки и вбегаю в здание. Охранник на меня смотрит, но, едва столкнувшись с моим взглядом, не спешит задавать вопросы.

— Приехали? — забегая в приемную, спрашиваю свою секретутку.

— Д-да.

— С сыном моим посиди, — сажаю Сашку на диван, а потом взгляд на нее перевожу. — Займи его чем-нибудь. Накорми. Он у меня не разговорчивый, так что придется приноровиться.

— Но… но, Макс.

— Максим Викторович, — тут же пресекаю ее. То, что она пару раз отсосала мне, не повод переходить на «ты». И надо бы от нее быстрее избавляться. Хуесоски мне точно не нужны.

— Мак…

— Ты что-то не поняла? — чуть ближе к ней подхожу.

— Нет, — потупив взгляд, произносит.

— Тогда иди и накорми моего сына. Пока я совещание веду, придется присмотреть за ним.

— Я на работу няньки не нанималась.

— Твоя работа — помогать боссу. Быть его помощницей. Поэтому перестала выебываться и сделала то, что я тебе сказал. Иначе работы тебе в этом городе не видать. Кроме той, которую ты умело делаешь ротиком.

Провожу пальцем по ее губе и скалюсь.

— Подонок, — недовольно шипит в ответ.

— Только не говори, что не знала, на что идешь. Свои фантазии соплякам во дворе рассказывай.

Она шумно сглатывает, я резко отступаю от нее, а затем вхожу в кабинет. Там меня уже ждет владелец, по лицу которого я понимаю, что мою дерзость он точно не простит.

Быстро включаюсь в разговор и провожу презентацию. В какой-то момент телефон начинает снова звонить. Совсем забыл его отключить. Только хочу сбросить вызов, как на дисплее высвечивается номер больницы.

Черт! Что-то с Миланой. Я оставил свои координаты, чтобы со мной могли быстрее связаться, если что-то важное будет.

— Да. Слушаю.

Челюсти моего босса скрипнули. Знаю, так нельзя. По бизнес этикету я чуть ли не послал всех присутствующих. Поставил свои интересы превыше других.

— Слушаю, — отвечаю, когда выхожу из кабинета.

— Максим, — раздается в трубке ее тоненький и очень слабый голосок.

— Милана.

— Да. Я хотела узнать о Саше. Где он? С ним все хорошо? Я позвоню…

— С ним все хорошо. Он со мной.

— С тобой?

— Тебя это удивляет? Думала, не справлюсь? — не знаю, почему я так груб. Она во мне словно что-то ковыряет, то, что я не хочу. Только ей удается ничего не сделать и вывести меня. Сам не понимаю почему. Словно с ней я вновь делаю что-то не так.

— У него сегодня…

— Мы были в центре, — одергиваю ее.

— Х-хорошо. Я скоро выйду и возьму на себя все заботы о сыне.

— Лучше сначала вылечись. Ты мне сильно задолжала, и я не намерен прощать тебе долг.

На другом конце провода тишина раздается. Мне снова неуютно становится. Снова словно кошки изнутри раздирать начинают. Прикрываю глаза и ее милое личико вижу. Глаза большие, пушистые ресницы. Как воздух в легкие набирает и выдохнуть пытается.

— Мне идти надо. Поправляйся.

— Максим, — останавливает она меня. — Сашке сегодня должен слуховой аппарат прийти. Его забрать из аптеки нужно, а то тот, что на нем, из строя вышел.

— Хорошо. Диктуй адрес.

Он адрес называет, а я только сейчас понимаю, что сына в приемной нет. Сбрасываю вызов, и в этот же момент Инесса возвращается.

— Где мой сын?

Она по сторонам смотрит. Глаза округляет.

— Он тут был, — начинает блеять эта овца.

— Сука! Молись, чтобы он в офисе был, иначе убью тебя лично.

Срываюсь с места и в коридор выбегаю. В голове слова Миланы звучат о слуховом аппарате. Саша все время сегодня молчал, и мне надо было понять, что с ним не все хорошо.

Заглядываю в каждый кабинет, а у самого внутри все неприятно подрагивать начинает. Офис у меня в самом центре. Прямо перед ним центральная дорога. Сашка может просто не услышать сигнал клаксона, и тогда… последствия могут быть плачевными.

Глава 22

Через ступеньки перепрыгиваю. Сердце бешено колотиться начинает. Сейчас все проблемы, которые казались мне масштабными, неожиданно стали несущественными.

Я ведь не смогу себя простить, если с Сашкой что-то случится.

Оставил ребенка одного. Знал же, что нельзя. Знал, но все равно.

— Ребенка не видел? — бросаю охраннику, а он в недоумении затылок чешет.

Кажется, я такой паники никогда не испытывал. Адреналин внутри меня бушует.

На улицу выскакиваю. По сторонам смотрю.

Дергаю каждого прохожего, но никто и ничего не видел. В наше время даже если кто и видел, то ни за что не помогут.