Мер Лафферти – Станция Вечность (страница 22)

– Я туда в отпуск прилетела! За такое можно и выпить, – парировала Тина. – Я же не знала, что в Исландии такая крепкая лава.

Ксан и раньше говорил Мэллори, что в тот день его подобрала троица гнейсов, напоминающая студентов на каникулах, которые забавы ради решили подкинуть его до станции. Потом, познакомившись со Стефанией и Фердинандом, Мэллори засомневалась в правдивости описания – уж слишком они показались ей взрослыми. Но при виде Тины все стало на свои места.

– Слушай, а про какую усыпальницу они говорят? – спросила у Ксана Мэллори. Она никак не могла понять, что именно имеют в виду гнейсы.

– Я уже не уверен, – ответил тот. – Мне кажется, это ошибка перевода.

Если отсек для шаттла был выполнен из сочетания металла и камня, то за дверями металл пропал полностью. Было темно, но когда они прошли глубже, на стенах засветились грибы. Станцию все еще изредка потряхивало, но на мгновение Мэллори умудрилась забыть, где они находятся. Казалось, будто они оказались в глубокой пещере, а стены содрогаются от далеких подземных толчков.

– Я знала, что Вечность крутая, но ничего себе, – шепнула она Ксану. – Ты знал, что она так умеет?

– Я слышал, что у каждой расы есть собственное крыло, подстроенное под их нужды, но сам их не видел, – ответил он. Впереди показались своды огромной пещеры, и его глаза округлились. – Усыпальница. В прямом смысле слова.

– Именно, – отозвалась Стефания. – Усыпальница – это наш склеп.

Мэллори кивнула, стараясь ничем не выдать своего шока.

– Массовое захоронение. Всего-то.

– Добро пожаловать в усыпальницу гнейсов, – сказала Стефания. – Это наше кладбище. Мы тут спим.

– Почему не отель, не спальня, а именно кладбище?

Гнейсы переглянулись, а потом посмотрели на Мэллори. Тина опомнилась первой и заговорила, медленно, словно не совсем ее понимала:

– Переводчик точно работает? Ты перечислила места временного пребывания. Усыпальница – священное место упокоения для тех, кто вернется через несколько лет.

– Точно, совсем забыла. Ваш сон не похож на наш, – сказала Мэллори. Заметив, что Стефания явно хочет что-то сказать, она поправилась: – Точнее, вы спите годами, да?

– Так мы меняемся, – кивнула Стефания.

Название они выбрали, конечно, жуткое. В пещере было светлее, чем в коридоре, но из-за этого они видели все – даже то, что видеть не хотели. Повсюду беспорядочно возвышались недвижимые каменные статуи, напоминающие Мэллори греческие мифы о горгоне Медузе. Гнейсы сидели, стояли и лежали; большинство из них формой и размерами походили на Стефанию и Тину, но были и раздробленные камни, валяющиеся на полу. Где-то небольшие осколки, где-то побольше, где-то – куски рук, ног и голов. Мэллори старалась не думать о том, как они на нее смотрят.

А как было холодно! Дыхание вырывалось изо рта облачками пара, но только у людей, не у гнейсов.

– Почему тут так холодно? – спросила Мэллори.

– Полезно для здоровья, – ответила Стефания.

Помимо человекоподобных гнейсов были также кубы, как цельные, так и потрескавшиеся. Некоторые не превосходили человеческую комнатушку три на три метра, но другие, стоящие поглубже в пещере, заполнили бы городскую библиотеку. Во многих виднелись углубления, по форме напоминающие гнейсов, словно они были простейшим детским пазлом из двух кусков.

Ворота за ними закрылись, и упавшие сверху лианы скрыли их от чужих глаз.

На противоположном конце усыпальницы виднелись еще одни массивные двери, покрытые растительностью. Зелень росла здесь повсюду; папоротники и кустарники, казалось, вылезали прямо из камня.

Присесть было негде, поэтому они остановились у шаттла, похожего на дедушку Стефании, только чуть меньше и из темно-серого камня.

– Спасибо, что пустили нас в док, – сказала Мэллори Стефании. – Можете рассказать, что случилось? Тина, видимо, не знает.

– Это так. Она ничего не знает, – ответила Стефания, не понижая голос.

– Ага, я ничего не знаю, – благодушно согласилась та. – Но станция явно не в духе, так что надо бежать. Улетим на дедушке Стефании.

Станция содрогнулась, и Ксан выругался.

– Молчи, Тина. Не надо его втягивать, – сказала Стефания и обернулась к людям: – Рена убили. Неожиданно и жестоко. Вечность лишилась распорядителя. Никто не знает, что теперь делать.

– Насколько все плохо? – спросил Ксан.

– Стены все в трещинах. На некоторых палубах появились бреши. Для таких серьезных изменений требуется немало энергии, так что масштаб трагедии явно катастрофический, – ответила Стефания. – Снимки, которые ты прислал с «Бесконечности», тоже пугают.

Она отошла от них и аккуратно вытащила из кучи камня обломок черной ноги, укладывая его отдельно.

– Здесь тоже есть трещины. Давление падает? – спросил Ксан.

– Пока нет, – ответил Фердинанд.

– Ну что, как будем чинить огромную взбесившуюся станцию? – спросила Мэллори.

– Никак, – сказала Стефания. – Позаботься о своих сородичах, а если понадобится эвакуироваться – приходи к нам или на «Бесконечность».

Мэллори помотала головой:

– Ты не понимаешь. Это убийство. Его нужно раскрыть.

– Я думала, ты не хочешь связываться с убийствами, – заметила Стефания.

– Я не хочу, чтобы они вообще происходили. Но Рена убили. Из-за меня. Я должна помочь.

Свет мигнул, пока она говорила. Мэллори вскинула голову.

– Так, это плохо. Это все из-за станции?

– Ты тут не поможешь, – напомнил Фердинанд. – Что ты вообще можешь сделать?

Мэллори пропустила его слова мимо ушей.

– Откуда вы узнали про Рена? Станция сообщила? Или тело нашли?

Стефанию, пытающуюся что-то сказать, перебила Тина:

– О да, тело определенно нашли.

– Откуда ты знаешь? Ты его видела? – спросила Мэллори, жалея, что под рукой нет блокнота.

Тина медленно подняла руку, куда-то указывая.

– Тина, не надо, – сказала Стефания, но было поздно.

Что-то капнуло на щеку Мэллори. Потом еще раз, уже на лоб. Она коснулась лица и посмотрела на пальцы. В тусклом свете они показались ей синими. Мэллори взглянула вверх.

Крышу дремлющего шаттла полностью покрывала зелень, но из-под нее, свесившись в нескольких метрах над их головами, высовывалась рука гурудева. С его пальцев срывалась кровь.

Тело мгновенно сковало льдом, и Мэллори отскочила.

– Это Рен? – спросила она, остервенело вытирая лицо.

Глаза привыкли к полумраку, и теперь она заметила кровь, стекающую по стене шаттла и собирающуюся в лужу у ее ног. Она попятилась, запнувшись о невезучего разбитого гнейса.

– Откуда он здесь? – спросила Мэллори, сверля спутников взглядом.

– Мы находимся прямо под Сердцем станции, – ответила Тина, будто это о чем-то ей говорило.

– При чем тут это? Или станция выбрасывает все трупы в мусорку? – рявкнула Мэллори.

– Ну да, выбрасывает, – подтвердила Тина. – Это же усыпальница. Почему тебя так удивляет, что здесь есть мертвецы? Странно, конечно, что он гурудев. Что, правила изменились? – спросила она Фердинанда.

– Долго он здесь пролежал? Откуда вы про него узнали? – спросила Мэллори у Стефании.

– Нет, недолго, – ответила та и кивнула на стоящие вокруг статуи. – Они рассказали.

– Это вы его принесли? Вы его убили? – спросила Мэллори.

– Нет, – сказал Фердинанд.

– Да, – в то же мгновение произнесла Тина.

– Служба безопасности в курсе?