Мелиса Йорк – Точка невозврата. Книга пятая: Кривые зеркала (страница 5)

– Предлагаю на период, пока вопрос не решится, надеть на Отца наручники и держать его всё время под стражей, – высказал идею Переговорщик.

– У меня есть последняя разработка – нейроактивные наручники. Руки вроде свободные, не ограничивают движения, но не дадут ему ничего делать самостоятельно. Связь с миром сына при этом сохранится. Без нашего ведома он глазом моргнуть не сможет. Я буду знать каждый его шаг, каждую его мысль, каждое его желание. А если что-то и попытается выкинуть, – продолжил Телохранитель, – наручники станут неподъёмными, будто две свинцовые гири. С таким весом он точно далеко убежать не сможет.

– Даю добро. Под твою ответственность.

– Хорошо, – Телохранитель вытащил из кармана пиджака блестящие наручники, на вид ничем непримечательные, и медленно подошёл к Отцу. Тот поморщился, неохотно протянул руки и виновато опустил глаза в пол.

– Теперь ты поймёшь, каково было мне, когда ты надел на меня наручники, – съязвила Деловая часть личности.

– Что ты там сказал? – громко выкрикнул Отец и вскочил со стула, словно ужаленный.

– Стоп! – грозно произнёс Модератор и встал между Деятелем и Отцом. – Сейчас не время сводить старые счёты. Ты закончил с наручниками?

– Да, закончил. Установил нужные настройки, – отчитался Телохранитель и убрал пульт от наручников в карман пиджака. Отец опустил окованные руки на колени. Он ощутил холод металла, и лёгкая дрожь прошлась по всему телу. При этом он почувствовал себя как-то нехорошо. Голова немного закружилась, и Отец мягко свалился на стул.

– Ослабить наручники? – спросил Паникёр и опустил руку в карман.

– Нет, не надо. Вроде отпускает, – промолвил еле слышно Отец. Секундой позже произошло неожиданное. – Ой, наручники стали невидимыми, – удивлённо выдохнул Отец. Он поднял руки, повертел ими перед глазами. Металл больше не оттягивал запястья, не холодил кожу.

– Они лёгкие, невесомые и совсем не ощущаются на руках, – восторженно добавила часть личности, сжимая и разжимая пальцы, как будто наручников не было.

– Не радуйся, – холодно оборвал Перестраховщик. – Ты не свободен, – это иллюзия восприятия. Ты под моим контролем. Я вижу каждый импульс в твоей нейросети.

Отец замер, улыбка сползла с его лица. Он опустил руки на колени, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх.

– Запомни это чувство. Боюсь, что эти оковы навсегда останутся с тобой, – грозно отрезал Модератор.

– Ну я же сказал, что я не специально. Сколько можно объяснять? – оправдывалась часть.

– Хватит. Мы с вами пошли по второму кругу. Мы тут собрались проблему решать, а не обвинять друг друга. Что сделано, то сделано. Машины времени у нас нет, изменить прошлое мы не можем. А значит, обвинения неконструктивны и не помогут найти решение, – вставил своё резкое слово Переговорщик.

– Согласен, – устало произнёс Модератор. Он провёл рукой по лицу, словно стирая следы напряжения. – Если препираться мы закончили, тогда слушаю ваши предложения. Время работает против нас. Каждый миг промедления может стать фатальным.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Чёрный Всадник брёл по руинам города. Каждый шаг железного коня сотрясал землю, нарушая мёртвую тишину и оставляя в асфальте глубокие незаживающие раны – трещины пульсировали багровым светом, будто вскрытые вены. В прожжённом воздухе летали сухие листья деревьев. Сорванные плакаты и обрывки газет то и дело мелькали в воздушном вихре, кружась вокруг ног адской лошади.

Вдалеке показались яркие зелёные огоньки – они пульсировали в такт чьему-то прерывистому дыханию. Питер Джексон замедлил ход, затем остановился. Перед ним предстали два огромных сторожевых пса. Выглядели они устрашающе: полупрозрачные силуэты собак‑скелетов с горящими огоньками в пустых глазницах, их рёбра просвечивали сквозь дымчатую плоть, а когти высекали искры, оставляя выжженные следы на асфальте.

Животные подбежали к тяжёлым ногам скакуна из преисподней, склонили голые черепа почти до самой земли в почтительном поклоне, и затем медленно закружились в ритуальном танце вокруг Всадника, признавая власть своего хозяина. Их пустые пасти приоткрылись, и из них вырвались клубы чёрного пара, сопровождаемые низкой вибрацией – не звуком, а давлением, ощутимым телом, а не ушами. Оконные стёкла полопались в ближайших зданиях, осыпаясь на землю звенящей россыпью.

– И вы тут, мои верные помощники, – произнёс он нечеловеческим голосом, низким и гулким, словно из глубокой пещеры. – Я принимаю вашу присягу.

Он медленно поднял руку в чёрной перчатке, задержал её на мгновение над головой, а затем резко опустил ладонью вниз. В ту же секунду огоньки глаз призрачных псов мигнули, словно гаснущие угли, и сменились с ярко-зелёного на огненно-красный. Здания вокруг вспыхнули горячим пламенем – огонь взметнулся по каменным стенам ровными спиралями, будто по невидимым виткам гигантской лестницы, и вздымался до крыш, но не распространялся дальше, очерчивая границу владений Всадника. Воздух наполнился треском пламени и запахом гари – чего‑то древнего, запретного, будто сама земля дышала пеплом.

В этот момент Питер окончательно перестал быть жертвой. Он стал угрозой. Он стал Всадником. Красные глаза собак‑скелетов отражали теперь не мир вокруг, а волю Чёрного Демона.

Властитель на Адском Скакуне сжал поводья – и мир содрогнулся. Точка невозврата была пройдена. Он сделал выбор – и обратного пути уже не было.

Демон двигался вперёд, теперь уже в сопровождении призрачных псов. Город дрожал под каждым ударом копыт, здания воспламенялись как спичечные коробки, а стёкла в окнах лопались под давлением. Каждый шаг сеял вокруг хаос разрушения и безнадёжности.

Треск пламени и гул разрушений вдруг прорвался в тишину центра управления пронзительным сигналом тревоги. Экран мигнул, и на нём появилось искажённое помехами изображение Питера Джексона. Все части личности собрались в обновленном центре на экстренное совещание. Они переглянулись, понимая, что ситуация вышла из-под контроля.

Все смотрели на большой жидкокристаллический экран. Монитор периодически мигал, отбрасывая синие блики на лица собравшихся. Сигнал с той стороны был нестабильным и передавал изображение в низком разрешении. Но даже плохая картинка передавала весь ужас происходящего в мире сына.

– Что мы натворили?! – Паникёр вцепился пальцами в волосы, будто пытаясь вырвать причину бедствий.

– Оставь свои волосы в покое, – попытался успокоить его Модератор и взглянул краем глаза на поглотитель негатива, расположенный на потолке. Прибор исправно работал, создавая едва заметное голубое свечение.

– Решение было принято коллегиально. Никто из нас не мог и предположить, что псы встанут на его сторону и ситуация усугубится.

– Да, мы наивно полагали, что он увидит своих любимых псов в образе скелетов и поймёт, как он влияет на окружающий мир, раз его помощники лишились плоти.

– Ну, не понял он наш намёк. Факт есть факт. Что теперь будем делать?

– Даже не знаю. Тут думать надо, – задумчиво произнёс Переговорщик.

– Надо позвать Технаря.

– Этого чудака?

– А по-твоему, кто сейчас сможет выдать нестандартное решение? Ты? – Модератор грозно адресовал свой вопрос Банкиру.

– Ну да. Это он у нас по нововведениям впереди планеты всей.

– Инженер, отправь ему сообщение, – распорядился Модератор и поправил очки.

– Уже сделал, – не успела договорить часть личности, как дверь распахнулась, и в проёме показался Технарь с горящими глазами.

– Звали меня? – произнёс он.

Новатор подошёл к столу и вальяжно отодвинул кожаное кресло, понимая значимость момента.

– Да, мы тебя звали. Мы тут допустили серьёзную ошибку. И нам нужен твой дельный совет.

– Да-да, слушаю вас внимательно, – сказал Технарь и мягко сел.

– Ситуация такая. Чтобы сбалансировать наш мир, мы отправили Питера в мир сына. Он там превратился в демона, и мир сына разрушается. Мы отправили собак – тех, что раньше были его помощниками. Думали, что, когда он увидит их скелеты без плоти, то прозреет. Осознает наконец свою разрушительную мощь. Но тот ничего не понял, а подчинил собак себе, и его сила многократно возросла.

– Ага. Интересная постановка вопроса, – расплылся в улыбке Новатор, потирая руки. Он почувствовал небывалый подъём от того, что к нему наконец-то обратились за помощью.

– Вы забыли важную деталь.

– Какую?

– Питер намёков не понимает. Ему надо всё в лоб говорить.

– А сказать в лоб не можем, – отрезал Модератор и сжал подлокотники кресла.

– Почему? – удивилась часть личности в белом халате.

– Ну, потому что двери мира сына закрыты. Мы не можем туда теперь никого отправить. Я бы тоже так поступил на их месте, – прокомментировал Связной.

– Ну да, ну да. Согласен, – пробормотал Технарь задумчиво. – А если выдернуть из мира? – предложил он идею с ходу.

– Пробовали, – вздохнул Связной. – Возвращается. Портал-то остаётся открытым.

– Он возвращается, потому что не может оставить сына, – тихо произнёс Отец, глядя на экран, где шагал по руинам Чёрный Всадник. – Его любовь стала ловушкой. Он видит угрозу там, где её нет. Он хочет защитить сына любой ценой. Страх делает его сильнее.

Тут пепел посыпался с потолка, оседая на всех поверхностях.

– Что такое? – небрежно провёл рукой Банкир по столу. – Твой поглотитель не работает, – вскочил он с места и ткнул указательным пальцем в Новатора.