Мелинда Ли – Скажи, что тебе жаль (страница 37)
– Ну? – сказала Морган, когда они с Лансом оказались в машине.
Ланс завел мотор и выехал на дорогу.
– Не верю я этому пацану. Говорил он как-то неискренне. Насколько его ответы совпадают с допросом в полиции?
– Вот отрывок из показаний Джейкоба. – Она откашлялась и прочитала: «Когда Ник с Тессой приехали на озеро, я сказал ей: «Привет!» Она тоже поздоровалась со мной. Тут между нами встал Ник и сказал мне держаться от нее подальше. Он толкнул меня, я толкнул его в ответ. Мы обменялись несколькими ударами, и все быстро кончилось. Потом Ник с Тессой уехали. Я пробыл там еще час или около того, после чего уехал домой».
– Вроде то же самое, что он сказал нам.
– Это в точности то же самое! Просто слово в слово.
– Ну и что? Папаша-адвокат, естественно, он его подготовил.
– Ты прав. Этого следовало ожидать. – Морган убрала блокнот в сумку. – Ролик с дракой все еще у тебя на телефоне?
– Да. – Он передал ей телефон и продиктовал пароль.
– Когда я беседовала с Ником, он сказал, что ударил Джейкоба, потому что тот сбил Тессу с ног, когда она пыталась разнять их. – Морган нашла видео и запустила его. Потасовка шла в точности по тому сценарию, который описал Ник. – Джейкоб очень удачно опустил этот момент в своей версии.
– У него чрезвычайно избирательная память!
– Ты тоже заметил?
– Конечно. – Ланс побарабанил пальцами по рулю. – Он помнит все, что свидетельствует о вине Ника.
– Но не сказать о чем-то в показаниях – не то же самое, что солгать. Эмерсон обеспечил Джейкобу алиби, и оно подтверждается записью звонков с его телефона, поэтому на эту тему я даже не собиралась его спрашивать. Тут у нас есть шанс. Но у нас нет мотива.
– Ревность? – предположил Ланс.
– У нас нет доказательств того, что Джейкоб якобы хотел быть с Тессой.
– Ладно, что будем делать дальше? – спросил Ланс.
Она проверила сообщения на телефоне.
– Что-то Фелисити не выходит на связь. – Поскольку контакт с Фелисити уже был установлен, Морган позвонила девушке напрямую. Она посмотрела в свои записи. – А раз так, на первое место в списке тех, к кому есть вопросы, выходит Робби Бароне.
– Что-то мне не по себе от этих Бароне, – нахмурился Ланс. – Может, мне лучше наведаться к ним одному или Шарпа с собой взять?
– А может, лучше
– Нет.
Морган оторвалась от своих записей и перевела взгляд на Ланса.
– Что, прости?
Ланс съехал на обочину.
– Извини. В каком-то командном тоне получилось… Я не хотел.
– Да уж надеюсь, – сухо отозвалась Морган. – Знаешь, какой у меня опыт в расследовании уголовных дел? Я не лезу на рожон, но работу делать надо.
Ланс повернулся в ее сторону всем телом.
– Я уже заезжал к ним поговорить с Робби Бароне, и мне жутко не понравилось это место.
– И что там было жуткого?
– Меня не покидало ощущение, что и Робби, и его мать страшно боятся, что мистер Бароне приедет домой и застукает там меня.
– Может, они его боятся… – предположила она.
– И боятся, что он увидит, как они разговаривают со мной.
Морган задумалась над тем, какие есть варианты.
– Если причина ее нервного состояния в том, что муж – ревнивец, то визит женщины не должен вызвать такого напряжения. – Морган мысленно пробежалась по записям полицейских допросов: Робби по-быстрому опросили прямо в боулинге. Хорнер так и не вызвал его в отделение для более официального допроса, и это явно говорило о том, что в полиции считают, что Робби не способен добавить каких-либо существенных деталей к картине, сформированной уже взятыми показаниями.
– Поехали вдвоем. – Ланс выехал на дорогу. – Можешь написать Шарпу, что мы едем к ним? Если не вернемся, он по крайней мере будет знать, где искать тела…
Глава 23
Ланс и Морган ехали к дому Бароне. Ему по-прежнему не нравилось, что Морган пошла на этот риск, но внутреннего сторожевого пса придется держать на поводке. В конце концов, она шесть лет отработала в прокурорском штате и дело свое знала, семейство Бароне – далеко не первые недружелюбно настроенные свидетели, которых ей пришлось допрашивать.
– Что у нас в досье на семью Бароне? – поинтересовался он.
Морган извлекла из своей огромной сумки папку, пошуршала бумагами и зачитала:
– Если коротко, то… Криминального прошлого ни у кого из них нет. Робби, полное имя Роберт Уильям Бароне – второй ребенок в семье, у него одна старшая и четыре младших сестры. Четыре месяца назад ему исполнилось шестнадцать. В день рождения получил права. Его старшей сестре восемнадцать, самой младшей – восемь.
– Шестеро детей за десять лет?!
– Ну, у моих детей три года разницы, – сказала Морган.
– Но у тебя их не шесть, – заметил Ланс.
– Мы думали о четвертом.
– Правда? – Почему это его удивляет? Ей всего тридцать три, и детей она любит. И если уж на то пошло, он тоже – вот в чем было страшнее признаться…
Морган перевернула страницу.
– Айви Мелисса Бароне, тридцать шесть лет, сведений о местах работы нет. Что интересно: у Айви нет водительского удостоверения штата Нью-Йорк.
– По состоянию здоровья? – Во время беседы с ней Ланс не заметил никаких видимых нарушений.
– У нее шестеро детей, так что дело не в здоровье. Вынашивание детей и роды – занятие не для слабых. – Палец Морган скользил по бумаге. – Она мало где отметилась. Свидетельство о рождении, номер социального страхования, свидетельство о браке, свидетельства о рождении на шестерых детей – вот и все, что на нее есть. Автомобилями и недвижимостью не владеет.
– Работы нет, машину не водит, живет на приличном расстоянии от города. Значит, нечасто она из дома выбирается.
– Старшей дочери восемнадцать, и у нее тоже нет прав.
– А вот у Робби есть, – отметил Ланс, – хотя ему только шестнадцать.
– Точно. Причем если Робби ходит в школу в Скарлет-Фоллз, то все девочки на домашнем обучении. – Морган сдвинула брови, и над переносицей у нее проступила складка, свидетельствующая об интенсивной умственной работе.
– Обучение на дому набирает популярность.
– Это так, но в данном случае больше похоже на то, что Дуэйн ограждает своих женщин от контактов с внешним миром.
Ланс согласился. Впечатление, которое складывалось об этой семейке, ему определенно не нравилось.
– Дуэйну Дэвиду Бароне пятьдесят лет, – продолжала Морган. – Уже двадцать пять лет работает в «Маркер Констракшн». Должность указана как прораб. Дом записан на его имя, на него же приходят и счета за кабельное телевидение и коммунальные услуги. Ипотеку не брал. Хозяйство функционирует в том числе и как ферма, приносящая небольшой доход. Долгов по налогам нет.
– Словом, зацепиться не за что?
– Ага, – посмотрела на него Морган. – За исключением того, что на него очень мало информации. Да, и еще: ни у одного из членов семьи нет ни одной кредитной карты.
– Очень необычно, – задумался Ланс. – Миссис Бароне страшно переживала из-за того, что муж может застать меня у их дома.
– Возможно, бытовое насилие? – предположила Морган.
Ланс кивнул:
– По моим ощущениям, она была напугана.
– Не зафиксировано ни одного факта домашнего насилия, не было ни арестов, ни судебных запретов, – размышляла Морган. – Но то, что никто никогда не заявлял о преступлении, еще не значит, что их не было. Многие жертвы насилия в семье настолько запуганы, что не рискуют обращаться в полицию.