Мелинда Ли – Побереги силы (страница 18)
Взяв Морган за руку, Ланс повел ее в их недавно отремонтированную и заново меблированную кухню. Шкафчики и полки в ней сверкали белизной, а огоньки подсветки отбрасывали игривые блики на серый гранит столешниц.
— Джианна оставила тебе тарелку, — открыв холодильник, Ланс переставил ее в микроволновку и включил ее на подогрев. — Я сейчас вернусь, — парень выскочил из кухни, но уже через минуту возвратился: — Посмотри, что я купил в магазине товаров для Хэллоуина, — Ланс вытащил из пакета резиновую маску зомби: — Разве она не похожа на тот кусочек резины, что Стелла нашла у кровати Оливии?
Морган потерла маску пальцами:
— Похожа. Надо будет отдать ее Стелле. Пусть эксперты сравнят образцы. Правда, цвет у маски чуть светлее, как мне кажется.
— Да в том магазине десятков пять разных масок. А в интернете, наверное, предлагаются тысячи, — Ланс вскочил и заходил по кухне: — Только что делал кусок маски для Хэллоуина в спальне Оливии?
Морган прокрутила в голове разные версии:
— Ничего хорошего мне на ум не приходит.
Звонок микроволновки напомнил им о тарелке с едой. Ланс поставил ее перед Морган, и та стала есть, не ощущая вкуса пищи — все мысли сосредоточились на деле.
В кухню зашла Джианна.
— Ты как? — поинтересовалась у нее Морган; бледность девушки ей не понравилась, но Джианна часто чувствовала себя уставшей после диализа. Увы, процедура, сохранявшая ей жизнь, в то же время лишала ее сил и энергии.
— По-моему, я простудилась, — Джианна запила водой две таблетки «Тайленола». В классе Эйвы заболело сразу несколько ребятишек.
— Вирус «возвращения в школу». Может, тебе завтра сходить к врачу? — предложила девушке Морган.
— Это всего лишь простуда, — Джианна отправилась обратно спать.
А Морган вместе с Лансом прошли в свою спальню. Ланс взбил свои подушки и улегся, сцепив руки над головой.
Уставшая, но неугомонная Морган переоделась в пижаму, умылась, почистила зубы и тоже нырнула в постель. Лежа рядом с любимым, она рассказала ему о визите к родным Оливии:
— У меня сердце кровью обливалось. Они так переживают!
— Как и Шарп, — Ланс притянул Морган к себе, обвил рукой ее плечи и поцеловал в макушку. И уже через секунду погасил свет.
Голова Морган угнездилась на широкой груди парня. Под ритмичный стук его сердца она закрыла глаза, но сон не пришел. Минут через двадцать Морган заерзала.
— Не получается заснуть? — прошептал Ланс.
— Угу, — села на кровати Морган.
— Мне тоже не спится, — Ланс включил свет. — Шарп сказал, куда поехал?
— В дом Оливии, — Морган проверила время на экране мобильника. Половина двенадцатого ночи. — Скорее всего, он еще там.
Рука Ланса потянулась к брюкам, висевшим на спинке стула у кровати:
— Поехали!
Глава одиннадцатая
Шарп замер посередине кухни Оливии. Представил себе, как она стоит у кухонного стола и готовит салат из свежих, только что сорванных с грядки овощей, попивая из бокала красное вино. В такие тихие спокойные вечера Оливия обычно надевала дома джинсы или спортивные брюки для занятий йогой. А волосы убирала в конский хвост. Вот он заходит в комнату. Она вскидывает на него свои глаза, и ее лицо просветляется. На губах играет радостная улыбка. И его шаги становятся все мягче и легче.
Да-да, вот она — прямо перед ним… Шарп увидел Оливию так явственно, словно она и в самом деле стояла сейчас совсем рядом. Но навеянный воображением образ вскоре померк. Прилив эмоций захлестнул детектива быстрее, чем он сумел их распознать; грудь сдавило так сильно, что дышать стало невмоготу. Прошло несколько минут, и натиск эмоций ослабел; из всего множества чувств осталось только два — любовь и страх, переплетенные как кельтский узел.
Склонив голову, Шарп обхватил рукой шею.
Она не могла от него уйти! Их отношения только завязались, только начали набирать силу. И сейчас его сердце одолевала такая тоска, о существовании которой Шарп еще накануне даже не подозревал.
Почему, ну почему нужно обязательно потерять человека, чтобы осознать, насколько он тебе дорог?
Он должен был найти Оливию. Она вошла в его жизнь только недавно, но за несколько коротких месяцев стала первым человеком, которому он звонил, чтобы поделиться важными новостями — как хорошими, так и плохими. Его восхищал ее острый ум, находчивость, тонкий юмор и то, как проницательно она улавливала подноготную каждого человека (включая, возможно, его самого). По-настоящему необыкновенная женщина, Оливия зачастую на несколько шагов опережала его в любом разговоре. Если бы пропал он, она бы почувствовала это моментально.
А он… он не мыслил теперь жизни без нее.
Оливия была репортером. Но ей никто не звонил, ни на домашний, стационарный телефон, ни на мобильный. Значит, поездка куда-то была запланирована. Но за плечами Оливии был богатый жизненный опыт. Шарпу не верилось, что она бы отправилась на опасную встречу, не предприняв элементарных мер предосторожности. Она бы обязательно сказала кому-нибудь, куда поехала, либо оставила записку. Оливия вращалась в криминалистической журналистике двадцать пять лет. Она привыкла просчитывать все риски в своей работе и никогда не делала глупостей.
Шарп прокрутил в памяти свой телефонный разговор с ней накануне вечером. Оливия хотела обсудить не только с ним, но и с Морган и Лансом какую-то-проблему, с которой столкнулась в ходе своего частного журналистского расследования. Не могла ли его тема стать причиной ее исчезновения?
С улицы донесся гул мотора. Шарп быстро развернулся и поспешил по коридору к входной двери. В узкие стеклянные панели возле нее просочился свет приближавшихся фар. Сердце Шарпа зашлось бешеным галопом.
Автомобиль подъехал еще ближе и оказался под уличным фонарем. Джип Ланса подкатил к поребрику. На Шарпа нахлынуло разочарование. За ребрами вдруг появилась пустота; сердце пронзила жгучая боль. Шарп потер грудь.
Ланс и Морган вылезли из внедорожника и устремились ко входу в дом. Шарп открыл им дверь. В руках Ланса он заметил магазинный полиэтиленовый пакет. Парень достал из него резиновую маску и без слов протянул ее детективу.
Шарп взял маску, повертел в руках:
— Похожа на тот клочок резины, что мы нашли у кровати Оливии.
— И мы о том же подумали, — кивнул Ланс.
— Оливия часом не собиралась на костюмированную вечеринку по случаю Хэллоуина? — спросила Морган.
— При мне она об этом не упоминала, — ответил Шарп. — Обычно мы сверяем наши графики и планы, но до Хэллоуина еще целых шесть недель.
— Надо будет снова проверить ее рабочий календарь, — сказала Морган. — Хотя я не видела других частей костюма, когда мы осматривали дом ранее.
— Насколько она прочная? — Шарп решил проверить маску и натянул ее на пальцы. Резина треснула, и на пол полетел оторвавшийся квадратик: — Вот и ответ на вопрос, — взгляд детектива застыл на резине, к горлу снова подступил страх: — Похоже, нам следует исключить вероятность того, что Оливия самостоятельно покинула дом.
— Ее кто-то увез, — тихо проронила Морган.
— Но как? — Шарп снова окинул взглядом коридор и комнаты, пытаясь воссоздать картину происшедшего с учетом появившейся зацепки. — Судя по панели безопасности, Оливия отключила сигнализацию, вернувшись домой около десяти вечера. Через две минуты система сигнализации снова была включена, уже с пульта в доме. А в 2:13 ночи ее опять отключили и активировали уже с помощью брелока на улице.
Ланс подошел к панели безопасности:
— У нее устаревшая система сигнализации.
— И у нее нет детекторов движения и камер, — Шарпу захотелось себя ударить. Ему следовало настоять на том, чтобы Оливия обновила свою сигнализацию. — Я не вижу никаких признаков взлома системы, но отвергать такой вариант не стоит. Все, что управляется через Wi-Fi, уязвимо перед взломом.
Ланс отвернулся от панели безопасности:
— Давайте снова обойдем дом. На этот раз — исходя из предположения, что система сигнализации была выведена из строя, и в него проник посторонний, который затем и похитил Оливию.
Шарп направился по короткому коридору к спальне. Ланс и Морган последовали за ним.
Остановившись на пороге, детектив устремил взгляд на постель, разбросанную на полу. И представил себе, что могло произойти.
— Злоумышленник напал на ничего не подозревавшую спавшую Оливию.
— И он был в маске, — добавила Морган, потерев внезапно задрожавшие руки.
Шарп припомнил случай трехмесячной давности — ночь, когда они с Оливией попали в переплет с двумя головорезами. И Оливия отчаянно отбивалась и царапалась в борьбе за свою свободу. Эта женщина была не робкого десятка, способная за себя постоять.
— Она бы так легко не сдалась. Наверняка оказала сопротивление, — перед глазами Шарпа возникла отчетливая сцена: — Она попыталась расцарапать ему лицо ногтями.
— Но он был в маске, — вставил Ланс, — и Оливия ее порвала.
— Но напавший был физически сильнее и сумел ее перебороть. Или достал оружие, — Шарп представил, как незнакомец в маске стаскивает Оливию с кровати и за ее телом тянутся на пол одеяла и простыни. — И заставил ее или сам перенес в гараж.
Все трое прошли на кухню.
— Ее сумочка могла лежать на столе, — жестом показал Шарп. — И, значит, похититель мог завладеть ее мобильником, брелоком сигнализации и ключами от ее автомобиля. Он легко мог отключить и включить систему сигнализации как с помощью брелока, так и воспользовавшись приложением в ее телефоне.