Мелина Боярова – Возвращение в Мелисин (страница 9)

Основные приготовления я проделала дома, поэтому, достигнув нужного места, выбрала участок скалы поровнее и вывела специальными чернилами элементы ритуального круга. На тело также добавила рунических символов, они лишь требовали последних штрихов для завершенности. Сендары в это время зорко поглядывали по сторонам, отслеживая появление крылатого ужаса. После короткого внутреннего импульса силы, когда на теле вспыхнули глифы, я извлекла монстра, которого моментально расплющило между несгибаемых скал.

Благодаря студнеобразному телу, повреждений озерная тварь не получила. Растеклась желеобразной массой, закрывая проход. Однако самостоятельно выбраться из такой ловушки она уже не могла. И отсутствие воды тоже не пошло на пользу. Желеобразный покров под воздействием солнечных лучей стал высыхать и покрываться корочкой. Но это не помешало нанести на монстра символ жертвы и перейти к активной фазе ритуала.

Каждый этап Плетущейся лозы немного отличался от другого в исполнении. Один протекал незаметно, другой сопровождался выбросом силы и визуальными эффектами в виде светящихся рун. На этот раз я отчетливо увидела, как налились силой глифы в начертанном на камнях круге. Они взметнулись к небу, повторяя рисунок сложного плетения, и обрушились на жертву.

У меня колени подогнулись от хлынувшей энергии. Будто живая, она проникала через горящие на коже знаки и текла по венам, распирая изнутри и причиняя дикую боль. Не знаю, как бы я справилась, если бы не зелья Сихилла, подготовившие тело к трансформации. Сила прибывала и прибывала, расширяя физическую оболочку до предела. Я пыталась ее стабилизировать и направить ресурсы на укрепление внутренних тканей. Полученные от хорба навыки регенерации спешно залечивали поврежденные участки, которые через некоторое время снова «трещали по швам».

Не знаю, каким чудом справилась, но туша гигантского монстра усохла настолько, что осыпалась и покрыла дно расщелины толстым слоем белого песка. Только ритуальное плетение осталось висеть в звенящем от напряжения воздухе. Я непонимающе уставилась на него, ведь все получилось. Ритуал забрал щедрую плату, разве этого мало? Очевидно, в предположениях я ошиблась. Какую бы тварь я в жертву ни принесла, ее гибель не была добровольной. Магическое заклинание дрогнуло и ринулось к Нимернису, накрывая пространство над ним смертоносным облаком.

Парень побледнел, но не сбежал и не струсил, смело принимая на себя жестокую участь. Вот только магия ритуала не сочла сендара достойным. Зависнув в воздухе зловещим алым знаком, оно развернулось и полетело в направлении нашего дома.

Я застыла от холодящей спину ужасной догадки. Кого из близких заберет проклятый путь? Я ошарашенно посмотрела на Нима, по вискам которого струились крупные капли пота. Затем перевела взгляд на Нелринью, сливающуюся цветом лица с прахом озерного монстра, и на Калима, в чьих глазах плескалось неподдельное беспокойство.

Миг, и я сорвалась на бег в отчаянной попытке предотвратить неизбежное. Телохранители рванули следом, но я мчалась с такой скоростью, что вскоре ребята остались позади. Я выжимала из организма максимально возможные ресурсы, не считаясь с последствиями. Лишь бы успеть!

Дорога к дому через Иринтал была слишком длинной, поэтому мой путь лежал к пещере с муридами, где я обустроила убежище с переходом в ущелье.

Время растянулось в бесконечность. Деревья, по которым неслась, не разбирая дороги, слились в пестрый ком. Периодически на пути попадались твари, но они не успевали отреагировать. Мне они виделись чрезвычайно медлительными и вялыми. Наконец, я достигла пещеры. Как же я радовалась собственной предусмотрительности, позволяющей сократить путь. Всего один шаг, и я уже в ущелье. Выскочила из лаборатории, как бешеная. Огляделась в поисках магической печати, и нигде ее не обнаружила. С одной стороны — ее отсутствие вселяло надежду, что успела первой. С другой — сердце сжималось в тревожном предчувствии, что ритуал уже забрал жертву.

Первым делом ринулась к дому. Переполошила Шалсей и женщин, возившихся на кухне. Однако я уже сообразила, что там никого подходящего не найду. Обычные люди древней магии ни к чему. Она посчитала недостойным одаренного Нимерниса, готового принять уготованную участь. Выходит, ее интересовали более сильные маги? А таких среди близких немного. Эрметт, Дафна и… дети! Они оставались в ущелье, когда я уходила, но сейчас их нигде не было видно.

— Где Эльдарион? — рявкнула так, что задрожали стекла на окнах. — Рильянна?

— На прогулке, — выдавила Шалсей, перепуганная моим видом. — Они с Тэбаном и кошками отправились в лес. С ними еще…

Дослушивать не стала. Сорвалась с места и помчалась к выходу, одновременно отправляя зов глирхам. Всем сразу!

— Опасность! — Сопроводила предупреждение картинкой ритуальной печати и показала процесс уничтожения озерного монстра, гибель которого память фиксировала независимо от моего состояния, а напоследок добавила сцену с сендаром.

— «Мы здесь! Дети в порядке», — тут же пришел отклик от Гаи и образ поляны, на которой малышня весело резвилась, играя в догонялки верхом на Ярхе, Саяре и Рие.

Артефакты мгновенно определили нужное направление, куда я рванула на пределе сил. Пока не произошло ничего непоправимого. Я успею. Я обязательно успею.

К нужному месту вылетела одновременно с плетением, которое висело в воздухе и полыхало кровавым цветом.

— Льяна, Дар, бегите! Не дайте печати вас коснуться!

Но дети — такие дети. Им невдомек, что смерть способна настичь в любой момент. Да и меня в таком состоянии никто еще не видел. Зато Тэбан сразу все понял. Он знал о наших планах и нарочно отвлек ребятишек игрой, чтобы Дар не спрашивал, куда подевалась мама.

— Ты его не получишь! — процедила, злобно глядя на переливающееся багрянцем заклинание, как на живое существо. — Довольно жертв, ненасытная тварь!

К счастью, глирхи оказались более сообразительными и рванули вместе с подопечными, разбегаясь в разные стороны. Печать помедлила и устремилась вслед за Эльдарионом. Ярх летел, отталкиваясь мощными лапами от земли, клином рассекая зеленые заросли и оставляя за собой заметный след. Параллельным курсом мчалась Гая, затем я и сендары, умудрившиеся нагнать меня на поляне. Я мысленно ругала себя за мягкосердечность и нежелание приносить человеческие жертвы. Ведь сколько подлых и сильных магов водится среди эльфиров! Достаточно было найти кого-то похожего на Айвендила Квалма, напоить подчиняющим зельем и использовать в ритуале. Но нет, я не стала даже рассматривать такую возможность, будучи уверенной, что на роль жертвы подойдет сильнейшая тварь. Никогда себе не прощу, если…

— Нет! — Сердце едва не остановилось, когда я увидела, как наперерез Ярху выскочил горакс.

Глирх резко затормозил, чтобы обогнуть монстра и уберечь наездника. Однако манёвр был настолько неожиданным, что Дар не удержался на спине хищника и вылетел из седла. Кубарем прокатившись по кустам, сынишка сгруппировался, как учили на тренировках, и приземлился на ноги. В руках он крепко сжимал клык улкара, глазенки горели решимостью дать отпор монстру.

Но горакс чрезвычайно силен. Одним ударом лапы сшиб Ярха, ринувшегося в атаку, и устремился к ребенку, учуяв в нем легкую добычу. Тут же в тушу монстра с размаху врезалась Гая, с яростным ревом вонзая клыки в шею хищника, разрывая когтями и нанося стремительные удары кончиком опасного хвоста.

Я бросилась к сыну, желая спрятать его в пространственный карман, чтобы кровожадная магическая печать до него не добралась. Но опоздала на считанные секунды. Вот передо мной пронеслась ненавистная древняя магия, устремляясь к жертве. Сердце пропустило удар, едва не остановившись от ужаса, когда мелькнула черная тень, накрывшая алые отблески собой.

Я ухватила обоих, сына и глирха, перемещая в пространственное хранилище. Но, увы, слишком поздно!

Злополучная магия настигла Ярха, забирая жизнь отважного котенка, пожертвовавшего собой ради спасения Эльдариона. Бухнувшись на колени, я уронила голову в ладони, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Магические каналы наполнялись тягучей звериной силой, доказывая, что жертва принята. А я не хотела ее принимать! Не желала могущества, достигнутого такой ценой.

К месту схватки с небольшим опозданием подоспели телохранители, Тэбан сур и Наурчик. Сендары пришли на помощь Гае, переместив горакса в пространственный артефакт. После друзья столпились рядом, опасаясь приблизиться. От меня фонило магией, болью и бессильной яростью из-за невозможности ничего изменить. Первой подошла хищная кошка и ткнулась колючей мордой в плечо. Я обвила ее руками за шею и горько расплакалась.

— Прости, я так виновата перед тобой. Я не сберегла твоего малыша. Он закрыл собой Дара, принял удар на себя и спас ценой собственной жизни. Как мне теперь с этим жить? Как сказать сыну о гибели друга? Это моя вина! Я захотела получить силу, которой прежде не обладала.

— «Ярх не погиб, я чувствую. Ты пахнешь моим котенком. Значит, у малыша получилось оставить в этом мире частичку себя. Так поступил бы любой из глирхов, если бы ты или кто-то другой из ущелья попал в беду. Я буду скучать по задиристому нраву Ярха, как и по другим сородичам, которые покинули этот мир. Мы рождаемся и умираем по воле богов. Отдать жизнь за маленького друга — хорошая смерть. Гораздо лучше той, что уготована большинству из нас. В Иринтале сильный пожирает слабого, так заведено».