Мехтильда Глейзер – Эмма, фавн и потерянная книга (страница 17)
7
Вечером этого же дня заседание школьного совета в очередной раз прошло просто ужасно. Я узнала, что Хелена снова поставила на обсуждение вопрос о ненавистной школьной форме. Мои возражения, что у нас и так завал из-за предстоящего дня открытых дверей, вечера встречи выпускников и осеннего бала в конце следующей недели (по-моему, дел действительно было невпроворот), ни к чему не привели. Представительница младшеклассников упорно придерживалась своего мнения и даже нашла поддержку у мальчиков из седьмого класса. Кому какая разница, будем ли мы носить по будням темно-синие штаны, юбки и пиджаки с белыми блузками и рубашками или черные штаны, юбки и пиджаки с голубыми блузками и рубашками. Зачем родителям лишние траты?
Всю полуторачасовую дискуссию о тканях я очень злилась на себя за то, что не догадалась позаботиться о повестке дня, внеся запись в хронику. А когда Клара из двенадцатого класса в сотый раз заговорила о небесно-голубом орнаменте на гербе школы, я решила, что займусь школьной формой сегодня же вечером, и перестала возражать, положив голову на стол.
Я успела сформулировать несколько предложений, которые должны были покончить с этой проблемой раз и навсегда. А также обстоятельно рассмотреть пятно на поверхности стола, притворяясь, что не замечаю завистливых взглядов, которыми после того, как о моей прогулке с Дарси стало известно, меня весь день награждали другие ученицы.
Через десять минут большая часть членов школьного совета согласилась на новую форму, и, едва Хелена объявила заседание закрытым, я устремилась прочь из замка.
Солнце опускалось за верхушки деревьев, а на лугу, где начинался парк, группа ребят, занимавшаяся стрельбой из лука, собирала свое оснащение. Я долго наблюдала за ними, наслаждаясь последними лучами солнца, падающими на лицо. На заседании меня немного клонило в сон из-за духоты, но свежий воздух вернул мне жизненные силы. Меня так и подбивало прогуляться разок вокруг замка, прежде чем вернуться в комнату, засесть за книгу и всю ночь биться, сочиняя одну-единственную запись.
Я проходила мимо шпалер с розами, как вдруг между арок показался Фредерик. Он был одет в костюм для садовых работ и нес секатор. В волосах у парня застряла веточка. Увидев меня, он улыбнулся.
– Э-э… у тебя там кое-что… – сказала я.
– Где? – удивился Фредерик.
– Вон, в волосах. Ветка. – Я указала парню на голову.
– Ой, а можешь ее убрать? – Фредерик наклонился ко мне.
– Конечно, – сказала я, надеясь, что пальцы не дрожат.
Я протянула руку и выпростала из темно-русых прядок тонкую веточку и несколько листиков, а Фредерик смотрел на меня, не переставая усмехаться.
– Я уже как раз заканчиваю, – сообщил он. – Эмма, как ты смотришь на то, чтобы сходить со мной в деревню и выпить чего-нибудь?
Ва-а-а-а-у!
О’кей, без паники.
Я выудила последний листок из волос Фредерика.
– Не знаю. Ну-у… – сказала я (голос прозвучал выше, чем я хотела). Пожала плечами: – Да почему бы и нет?
Спуск из замка к деревне показался мне коротким, как никогда. Мы едва успели обменяться парой слов (Фредерик рассказал о своей сломанной машине, а я – о нелепом заседании школьного совета), как уже дошли до первых домов.
Штольцендорф – это крошечная деревушка, в которой живет около сотни человек, она столетиями ютилась в лощине у подножия замковой горы. Дома в деревне были и фахверковыми, и построенными из песчаника, как замок, а в центре ее располагалась крошечная рыночная площадь, окруженная парикмахерской, маникюрным салоном и маленькой гостиницей «У золотого петуха». Кроме того, несколько лет назад в деревне открыли большой супермаркет, в котором штольценбургские ученики запасались всякой всячиной.
Фредерик привел меня в гостиницу, где мы нашли уютные местечки у оконной ниши, как можно дальше от барной стойки и висящего над ней телевизора, по которому деревенские как раз смотрели футбол.
– Лига чемпионов? – спросила я, чем, видимо, показала, что ничего не смыслю в футболе, ведь Фредерик вместо ответа рассмеялся.
Смех у него был такой же, как и улыбка, – необычный. Я, поймав себя на том, что пялюсь на парня, опустила взгляд. И только тогда поняла, что одета в старый-престарый свитер и почти без макияжа. Но Фредерику это, видно, не мешало. Он пристально посмотрел на меня.
– Я буду пиво. Тебе взять? – спросил он.
– Конечно, – ответила я не раздумывая.
Собственно, мне не особенно нравится вкус пива. Алкоголь – вообще не мое. Но сейчас явно не время выставлять себя отстойной занудой, не так ли?
Фредерик кивнул:
– Я мигом.
Парень сходил к стойке и вернулся с напитками. Я отпила немного и сразу проглотила, чтобы не слишком ощущать горький аромат.
Фредерик наблюдал за тем, как я пью, его небесно-голубые глаза блестели.
– Эмма, – нежно заговорил он. – Я очень рад, что ты пришла сюда со мной… Что мы немножко побудем вместе и сможем спокойно поболтать.
– Угу, – хмыкнула я, и внутри, где-то в районе живота, стало тепло-тепло. – Я тоже.
Фредерик отпил пива. Его руки все еще немного в земле после работы в саду, а вон там не гусеничка ли ползет у него по плечу? Как мило!
– Я слышал, что случилось с западной библиотекой, – начал парень. – Ужасно. Срывать с полок все бесценные книги и бросать на пол! Просто ужасно!
– Согласна.
Днем, уже после разговора с Дарси, я еще раз осмотрела библиотеку. Масштаб разрушений действительно ошеломлял. Немало дней уйдет на то, чтобы снова устроить уютное гнездышко для клуба «Западные книги».
– А ты знала, что те шкафы были сделаны в моей семье? – спросил Фредерик. – Мы целыми поколениями занимались столярным ремеслом в Штольцендорфе, а в середине восемнадцатого века мой предок, Йоханес Ларбах, с братом обставил для графа фон Штольценбурга западную библиотеку и вдобавок проделал немало тайных ходов в замке… – Он улыбнулся и покрутил пальцем у виска. – Тогдашний владелец Штольценбурга был немного параноиком.
Я вспомнила поломанные книжные полки:
– В таком случае тебе бы не понравилось, как выглядит работа твоих предков сейчас.
– Наверное, – вздохнул Фредерик. – А Дарси рассказал, как все произошло?
– Нет. Он говорит, что не имеет к этому отношения.
– Ясно!
– Честно говоря, я ему даже верю, – заявила я и сама удивилась своим словам.
Фредерик нахмурился:
– Почему? Потому что вы вместе гуляли? Потому что он флиртовал с тобой?
Да уж, сплетни
Я прочистила горло и спросила:
– Зачем Дарси все ломать? Думаешь, он искал что-то? Мне кажется, комната выглядит так, словно ее перерыли сверху донизу.
– М-м… без понятия, – усмехнулся Фредерик. – В смысле что ему вообще там искать? – Он чуть откинулся на спинку стула и протянул вдоль стола ногу с еще не зажившей после перелома лодыжкой. – Но, должен признать, Дарси мне не особо нравится.
– Да и мне, – кивнула я.
Фредерик вздохнул:
– С этими богачами все несправедливо, правда? Им преподносят лучшее образование на серебряной тарелочке, в каникулы они колесят по всему свету, не думая о деньгах или работе. Любой такой де Винтер может вести себя как захочет. Займет целый флигель замка и разрушит библиотеку, что с того? Люди все равно будут лизать ему пятки. Готов поспорить, Дарси от скуки решил разломать все вокруг – возомнил себя рок-звездой.
Горечь, сквозившая в голосе Фредерика, заставила меня прислушаться к его словам внимательнее.
– Нет, – медленно возразила я. – Знаю, Дарси высокомерный и неприятный тип, но… в такое мне не верится. Он же приехал сюда не ради удовольствия.
Слишком грустным Дарси выглядел утром в лесу, чтобы его слова оказались неправдой. И говорил он искренне.