Мехтильда Глейзер – Эмма, фавн и потерянная книга (страница 19)

– Доброй ночи, – буркнула я, закрыла глаза и хотела снова опуститься на гравий, но Дарси не дал мне опрокинуться, придержав за спину.

Моя голова упала набок, но было даже удобно.

– Черт! – вырвалось у Дарси. – Она потеряла сознание?

На секунду зависло молчание.

– Тоби?

– Да?

– Что такое?

– Ничего. Просто жду, когда же ты начнешь читать лекцию.

– Какую лекцию?

– Ту самую – о современной молодежи, наивных учащихся этой школы, ну, ты знаешь, о том, как грустно, что маленькая девочка, никогда не имевшая дела с алкоголем, так надралась.

– Надеюсь, она не впала в кому.

– Бред! Ты прислушайся, она храпит.

– Я никогда не храплю, – пробурчала я. – Это Ханна храпит.

– Что она делает на улице? Надо перенести ее в кровать, – сказал Дарси.

– Конечно, но…

Вдох.

– Ну что еще?

– Просто хочу понять, я правильно понял: действительно не будет никаких нравоучений, ты не поиздеваешься даже чуть-чуть? Может, бережешь насмешки на потом?

Меня подхватили под колени, земля ушла из-под ног, и я второй раз за вечер прильнула к чьей-то груди. Я сразу почувствовала запах стирального порошка, а голос Дарси раздался гораздо ближе:

– Она просто ледяная. Кто знает, сколько пролежала тут.

– А тебе ведь понравилось с ней гулять, правда? – спросил Тоби. – Значит, в слухах, которые весь день ходят по замку, есть доля правды.

Дарси фыркнул:

– Чепуха. Она меня ненавидит.

– Пожалуйста, уйдите, наконец, дайте поспать, – подтвердила я его предположение и крепче прильнула к рукам того, кто меня нес.

Дарси долго молчал, поэтому я сперва решила, что он повиновался моему желанию и убрался. Но меня качало из стороны в сторону, и я слышала хруст гравия во дворе.

– Пронесем ее внутрь через угольный подвал. Тогда сигнализация не сработает.

Это снова был Дарси, голос шел со стороны парня, к груди которого я прижималась ухом.

– Хорошая идея. Но осторожно, лестница крутая.

– Знаю.

Хруст гравия прекратился, и качать меня стало сильнее.

– Может, попробуешь быть с ней подружелюбнее. Глядишь, она и перестанет тебя ненавидеть, – предложил Тоби.

– А чего ради? – хмыкнул Дарси.

– Ну, хоть подумай над этим.

Вокруг меня становилось теплее, и я радостно вздохнула.

– О’кей, на этом этаже комнаты девушек. Теперь надо просто найти нужную, – прошептал Тоби.

– Без проблем, – тихо ответил Дарси, – так вышло, что я знаю какую.

– Как э-э… практично.

Помолчав, Тоби переключился на другую тему:

– Ты все еще хочешь показывать того уродливого ангела? Кажется, начинается дождь, на улицу мне больше неохота…

– Ну ладно, пойдем завтра, – согласился Дарси. Кстати, это не ангел. А теперь, пожалуйста, закрой дверь.

Во сне маленькая бумажная стрекоза влетела через окно гостиницы, сделала круг почета вокруг лампы над столом и приземлилась на край моей кружки. Полупрозрачные крылышки поблескивали – стрекоза случайно задела пену от пива передними лапками и принялась «мыть» их. Затем снова поднялась в воздух и закружилась под потолком.

Я следила за ней глазами.

– Голова кружится, – пробормотала я.

– Да, ты ведь все время летаешь по кругу. Лучше спускайся, – предложил Фредерик.

Я хотела ответить, что, вообще-то, сижу напротив, но не смогла – обнаружила, что не только не могу сказать ни слова, но и со свистом облетаю вокруг его головы. Обернувшись через плечо, я увидела пару шелковистых бумажных крылышек, поднимавшихся и опускавшихся словно по волшебству. На моем пути зависла стрекоза, глаза которой вблизи светились двумя полными тайн лунами. Она тянула ко мне лапки, предлагая следовать за собой.

– Эмма! Стой! – кричал Фредерик мне вслед. – Вернись и расскажи мне мистическую историю!

Но его последних слов я не услышала, потому что мы уже давно неслись по прохладному ночному воздуху. Крыши домиков деревни уже остались позади.

Как чудесно!

Маленькая стрекоза вела меня сквозь темноту. Вдвоем мы взвивались все выше и выше, ближе к звездам, тысячам тысяч взошедшим на небо в эту ночь, чтобы следить за моим полетом; верхушки деревья далеко внизу качались из стороны в сторону, и Рейн сверкающей лентой змеился в ночи.

Штольценбург казался таким крошечным! Замок выглядел словно игрушка со страниц проспекта. Трудно поверить, но эта развалина – самое важное для меня место на свете. Отсюда, сверху, было видно, сколько же всего интересного внизу, на земле, как далеко раскинулся лес и как огромен на самом деле мир. Вдалеке мерцали огни городов и сел, а за ними лежали чужие города и страны, целые континенты.

Однажды я увижу их все. Однажды вся земля станет мне родным домом, это я уже давно знаю. Но сейчас мое место в Штольценбурге. Моя жизнь, как и я сама, вертится вокруг этого старого каменного здания. Что, честно говоря, ни капельки мне не мешает.

Стрекозу сегодня тоже не тянуло в далекие края. Она направлялась прямо к замку. Ветер так опьянял, что я заметила, куда стрекоза привела меня, только когда мы приземлились на полуразрушенную стену.

– А дальше? – хотела было спросить я, но изо рта вырвалось что-то похожее на жужжание.

Я стала «мыть» лапки под неусыпным взором лунных глаз стрекозы.

– Зачем мы здесь? – прожужжала я спустя какое-то время.

Не знаю, поняла стрекоза меня или нет. Но она склонила голову набок, подмигнула. И, как в прошлый раз, заговорила шелестящим голосом:

– Эмма… Э-э-э-э-м-м-м-м-а-а-а-а-а.

– Кто ты? – спросила я. – Что тебе от меня надо?

– Эмма, – повторила стрекоза. – Э-э-э-э-м-м-м-а-а-а-а-а!

Она что, может выговаривать только мое имя?

Стрекоза пододвинулась ближе, снова мигнула и тихо зашипела. Может, старалась выговорить новое слово.

Внезапно нас накрыла тень, и стрекоза замолчала. Сначала я подумала, что это набежали облака, но тень наклонилась и, опустив огромную руку между нами, осторожно схватила меня и подняла в небо.

Я в панике забила крылышками, пытаясь вырваться и улететь, но не смогла ничего сделать.

– На помощь! – прожужжала я. – На помощь!

Прямо передо мной появилось гигантское лицо Дарси де Винтера. Его ноздри раздувались огромными норами, дыхание вырывалось порывами ветра, вздымавшими мои крылья.