Мехтильда Глейзер – Эмма, фавн и потерянная книга (страница 20)
– Эмма, – сказал он. – Идем со мной.
И унес меня прочь из темного леса.
Восстановительные работы приближаются к концу. Кажется, торжественное открытие новых классных комнат состоится по плану, то есть только к Пасхе. Сегодня несколько учеников в сопровождении родителей осмотрели заново отделанный восточный флигель. Преподаватели со вчерашнего дня обосновались в уже законченных домах на территории Штольценбурга. В общем и целом мы не сомневаемся, что учебный год начнется безо всяких осложнений.
8
На следующее утро мне было совсем не хорошо. Хотелось пить, но, когда я опустошила бутылку воды с прикроватной тумбочки, меня ужасно затошнило. Плюс голова болела так, словно по ней проехал поезд. И дневной свет казался слишком резким. Отвратительно! Я села в кровати и обнаружила, что спала в одежде. На секунду я задумалась, что же случилось и как я оказалась здесь. Потом мало-помалу начала вспоминать вчерашнее, отчего сразу же почувствовала себя еще хуже.
Почему я вообще решила пить алкоголь? Знала же, как чувствительно реагирую даже на полстакана шампанского. Конечно, две большие кружки пива практически на пустой желудок обернулись катастрофой. От одной мысли, какое впечатление я, должно быть, произвела на Фредерика, стало так стыдно, что я залилась краской.
Ханна, весь вечер волновавшаяся и отправившая мне множество сообщений – пока не узнала от Луизы и Дженни из младших классов, что я ушла с Фредериком, – горела от нетерпения узнать о нашем тайном свидании как можно больше.
– То есть он привел тебя обратно в замок. А потом? – спрашивала она через закрытую дверь в ванную, за которой я чистила зубы, стараясь избавиться от привкуса вчерашнего пива. – Он тебя поцеловал?
– Не жнаю. Не жумаю, – отвечала я, с полным зубной пасты ртом.
Окончание вечера я помнила еще более расплывчато, чем его начало. Кажется, возвращаясь, я каким-то образом встретила Дарси де Винтера и Тоби Белла, и эти двое помогли мне преодолеть последний отрезок пути до моей комнаты. И теперь у них не особенно приятное представление обо мне. Наверное, будут еще сильнее воротить от меня носы. Ну и наплевать. Я закончила чистить зубы, выплюнула пасту, залезла в душ и решила больше никогда не вспоминать о вечере, пошедшем шиворот-навыворот. И да, никогда, никогда, никогда в жизни не пить алкоголь.
– Но как мило, что Фредерик тебя пригласил, – сказала Шарлотта, когда мы встретились в разрушенной библиотеке через несколько часов.
Уже наступило воскресенье, и, значит, время встречи членов нашего литературного клуба, во время которой мы, сидя на стопках книг, разрабатывали план действий.
– Вообще, – подтвердила Ханна.
– Угу, – согласилась я.
Во мне было уже две таблетки аспирина, но голова все еще раскалывалась.
– А вы случайно не успели придумать, что делать с этим всем? – сменила я тему, указав на хаос вокруг.
– Э-э… прибрать? – предложила Шарлотта. – Я, кстати, приготовила подходящее чтение…
– Думаю, надо написать о двух столярах, которые как раз оказались поблизости, – вырвалось у Ханны, словно только и ждавшей сигнала, чтобы начать. – Я думала о двух братьях, Карстене и Йохене. Йохен просто помешан на защите природы, а Карстен только что развелся, и ему нужно отвлечься. Они намереваются пройти пешком всю Германию и разбивают палатку недалеко от Штольценбурга, причем с ними их друг Пауль, мебельщик. Какое совпадение, он идет к своей бабушке, которая живет в Карслруэ. Но как на грех посреди ночи появляется стая волков и преследует троицу. Ужас, звери оголодали, рвут палатку, чуть не цапнули Пауля за ногу. – Ханна вскочила и стала подкреплять историю мелодраматичными жестами. – Наши работники бегут, спасая свои жизни. Они уже думают, что смерть близко, волки догоняют, преследуют по пятам! Но в последний миг все трое спасаются за стенами нашего замка, и госпожа Беркенбек прямо ночью готовит для них куриный суп с тостами. Они ей очень благодарны. Однако волки еще за стенами, а палатка порвана, и работники просто не знают, где спать. Вот твой отец и предлагает им переночевать в западном флигеле. Пауль слышит ночью шорох. Это просто крыса, но он же только что сбежал от волков, поэтому впадает в панику и убегает из своей комнаты. Крыса бежит следом, и он, обезумев от ужаса, несется по коридору, врывается в ближайшую комнату и закрывается в ней. Испуганный, он всю ночь прячется там, не зная, где находится. Только когда светает, Пауль видит, что оказался в западной библиотеке. Вспоротые диваны доводят мебельщика до слез. Тут и приходят братья-столяры, Карстен и Йохен, обыскавшиеся своего друга повсюду. Состояние библиотеки шокирует и их. К завтраку госпожа Беркенбек подает свежую плетеную булку, только что из горячей печи, и Йохен… – Ханна задержала дыхание. – Если кратко, эта троица в итоге так благодарна, что предлагает бесплатно привести библиотеку в порядок. Идеально же?
Она торжествующе глянула на нас.
Я покачала головой:
– Вау, да ты и правда постаралась. Даже не знаю… изголодавшиеся волки в лесу. Крысы в замке. Все это потом упадет на наши плечи. Наверное, глупо получится, если мы снова будем заниматься в библиотеке, но не сможем выходить из замка из-за волков.
Кроме того, только при мысли о создании настоящего человека у меня внутри все сворачивалось от подступавшего ощущения опасности. Или это подходила новая волна тошноты?
Ханна надула губы:
– Тогда припишем, что сюда вызывали охотника и он застрелил волков. Или они заболели. Волчьей чумой… ну, или чем-нибудь похожим. И все. Ну давайте, я целый день голову ломала, – защищала подруга свой план. – Да вы только оглянитесь вокруг. Без помощи профессионалов можно просто забыть об этом месте. – И она, подняв вверх щепку дерева, в прошлой жизни, наверное, служившую частью полки, стала махать ею перед нами. – Для Йохена, Карстена и Пауля это раз плюнуть.
– Я все еще считаю, что надо положить книгу обратно в тайник и забыть о ней, – сказала Шарлотта и кивнула в направлении трехногого столика с мозаикой, на котором лежала хроника.
Я и в самом деле последние несколько часов раздумывала, стоит ли и дальше хранить книгу в нашей комнате или лучше унести ее обратно в библиотеку. Если книгу действительно ищут, то в комнате, которую уже обыскали с пола до потолка, она будет в наилучшей сохранности остального замка, не так ли?
А вот место под подушкой, наоборот, магнит для любого вора, так что вчера днем я убрала книгу к носкам в нижний ящик (тоже не самый надежный тайник, конечно). Потайное отделение в библиотеке, в общем, было неплохой идеей.
О том, чтобы просто забыть книгу, и вопрос не стоял. Сегодня, например, я точно собралась сделать запись. Хотя бы потому, что вчера вечером так и не успела предотвратить появление новой школьной формы. Я положила книгу на колени и собралась открыть, но Шарлотта, догадавшись, что я намерена сделать, вдруг шлепнула другую книгу на изящный столик. От столкновения он обрушился, распавшись на части.
– Упс, – протянула Ханна, но Шарлотта сделала вид, что ничего не случилось.
– Вернемся к литературе для обсуждения книги в клубе «Западные книги», – громко воскликнула она, и я отпустила обложку хроники. – Что вы думаете об Элеоноре Морланд?
– О ком? – спросила Ханна.
– А что? – осведомилась я.
Конечно же я слышала об Элеоноре Морланд. Раз этак сорок пять. Только за лето. И услышанное мной было о-о-о-очень, о-о-о-очень скучным.
– Элеонора Морланд, – повторила Шарлотта. – Известная английская писательница.
– Ага, – кивнула Ханна.
– Девятнадцатый век, любовные романы, – вставила я и повернулась к Шарлотте: – Пожалуйста, не ее.
– Но она подходит идеально. Разве друг твоей мамы из Кембриджа не упоминал, что она даже жила в Штольценбурге?
Я покачала головой. Хотя, может, я просто прослушала? Монотонные рассуждения Джона всегда на несколько минут вводили меня в состояние транса. Потому есть вероятность, что я регулярно просыпала немного интересной информации.
Зато Шарлотта, к счастью, знала о Морланд достаточно.
– Элеонора Морланд была дочерью пастора и выросла в Хэмпшире. В юности она навещала родственников и друзей семьи. Во время одной из поездок Элеонора провела лето в Германии, прямо в Штольценбурге, примерно в тысяча семьсот девяносто четвертом году. По возвращении в Англию она начала писать и публиковать романы и обрела всемирную известность.
– Круто, – сказала Ханна. – Может, замок ее вдохновил.
– Именно, – кивнула Шарлотта и указала на книгу, которой только что свалила столик. – Вот поэтому мы сперва и прочитаем «Обитель западного леса». Там как раз «случайно» речь идет о старом монастыре и героине, которая расследует всякие таинственные происшествия. Ну, что скажете?