Меган Тернер – Вор (страница 34)

Наконец я поднялся на ноги и по инерции качнулся вперед. Мы пошли по козьей тропе, петлявшей среди камней вдоль самого берега реки. Разбитая щебенка обдирала кожу с подошв, но видел я лучше, и мы шли быстрей, чем накануне.

На ходу – а мы шли вереницей – Софос болтал не умолкая.

– Ген! – спросил он. – Если бы ты прямо сейчас мог оказаться где угодно, куда бы ты захотел?

Я вздохнул:

– В кровать. В большую кровать с резным изножьем, в теплой комнате, где много окон. И чтобы простыни были, – добавил я, пройдя несколько шагов и представив, как ласково они касаются моих израненных ног, – красивые, как те, что продаются на Священной дороге. И камин. – Я все глубже погружался в мечты. – И книги.

– Книги? – удивился Софос.

– Книги, – твердо ответил я. Волшебнику это покажется странным? Ну и пусть. – Много книг. А ты бы куда хотел?

– Хотел бы сидеть под абрикосовым деревом в мамином саду на вилле. Смотрел бы, как играют сестренки. А если проголодаюсь, протяну руку и сорву абрикос.

– В это время года они еще не поспели.

– Хорошо, скажем так – в любое место и в любое время. Волшебник, а вы бы где хотели очутиться?

Волшебник долго молчал. Я уж думал, он не ответит.

– В главном храме, – молвил он наконец.

– Гм, – буркнул я. Храмы у меня до сих пор прочно ассоциировались со скукой: люди стоят, распевают гимны, повсюду пахнет ладаном. Моя новообретенная истовая вера в богов не прибавила мне терпимости к пустому бормотанию, которое я всю жизнь только и видел в храмах.

Но волшебник еще не закончил.

– Смотрел бы, как сочетаются браком король Саунис и королева Эддис.

Я скривился:

– И чего вам так далась эта свадьба?

– Королю нужен наследник, и этот наследник должен получить и Эддис, и Саунис.

– Но у него есть племянник, – напомнил Софос.

– Прости, конечно, у него есть племянник, – сказал волшебник. – Но для надежной защиты трона нужен родной сын. А значит, ему нужна жена.

– А почему его наследник получит права на Эддис? – поинтересовался я.

Он решил, что я заслуживаю полного ответа, и это лучше всего показывает, как сильно изменилось его мнение обо мне.

– Он получит права не только на Эддис, но и на Аттолию. Тебе, Ген, неоткуда было это узнать, но все три страны стали свободными только в результате редчайшего стечения обстоятельств. Самые первые захватчики покорили нашу страну, потому что хотели взимать с нас дань. Постепенно их вытеснила Торговая империя, которая мечтала прибрать к рукам нашу торговлю, но мы в конце концов прогнали их. Это удалось нам только потому, что Торговая империя была занята борьбой с самым грозным противником – Медией. Медийцы сотню лет пытаются распространить свою империю вокруг всего Срединного моря. Вскоре они захотят не только прибрать к рукам нашу землю, но и изгнать нас с нее. Много лет они сражаются с остатками Торговой империи, и, пока идет эта война, мы остаемся свободными. Но когда война закончится, Саунис, Эддис и Аттолия должны объединиться для борьбы с победителем, иначе нас покорят. И не будет ни Сауниса, ни Эддиса, ни Аттолии – только Медия.

– Вы уверены, что медийцы победят?

– Уверен.

Тут было о чем подумать на ходу. Дорога уводила нас все выше и выше. Берег становился круче и в конце концов превратился в обрыв высотой футов шесть-восемь, отвесно уходивший в воду. Мы шли по узкой земляной тропке, натоптанной поверх камней. Слева от тропы скалы громоздились еще выше. Река постепенно сужалась и становилась глубже. Вода, бурля, бешено прорывалась сквозь теснину. До противоположного берега было всего несколько сот футов. Как-то раз мы миновали крошечную пустую деревушку. Деревьев не было, и солнце припекало все жарче. При каждом повороте высокие скалы по левую руку загораживали нам обзор.

Когда тропинка поднялась на очередной холм, волшебник помог Софосу вскарабкаться на высокий валун.

– Посмотри ниже по течению. Видишь кого-нибудь? – спросил он.

– Нет, – ответил Софос и стал спускаться.

– Погоди, – остановил я. – А пыль видишь?

– В воздухе, что ли? Да, виднеется облачко.

– Это лошади скачут, – сказал я волшебнику.

Он кивнул и помог Софосу спуститься. Мы старались идти как можно быстрее, но у меня, хоть боль и немного утихла, не хватало сил для торопливой ходьбы. Оглянувшись еще раз, Софос увидел лошадей. Они длинной цепочкой осторожно пробирались по камням. Мы пошли дальше, и тут я споткнулся о камень и полетел лицом вниз. Волшебник шел впереди. Он услышал, как я сбился с дыхания, и обернулся помочь, но не успел. Я уже рухнул. Он попытался поднять меня, но ухватился не за то плечо. От страшной боли я лишь замахал рукой. Дед мог бы мной гордиться. Это он меня научил – вор никогда не издает нечаянных звуков. Я прикусил губу.

– Ген! Ген, не падай в обморок. Мы сойдем с тропы и спрячемся среди скал. Они нас не заметят.

– Нет, – ответил я. Затея была безнадежная, мы оба это понимали. Если они с Софосом меня бросят, то смогут уйти. Однако мне пришла в голову идея получше. Задыхаясь, я проговорил: – Там есть мост.

Выше по течению поток огибал пару каменистых островков. Вокруг этих островков застряли и скопились обломки, унесенные рекой в половодье. Один из древесных стволов перекинулся с нашего берега на груду камней посреди реки.

Волшебник оглянулся через плечо и увидел этот сомнительный мостик.

– Думаешь, сумеем перебраться?

– Да. – К дальнему берегу протянулась запруда из веток. Она была еще более хлипкая, но меня выдержит. Волшебника, наверное, тоже.

Но до этого моста, каким бы жалким он ни был, оставалось еще несколько сот ярдов. А до всадников – всего вдвое дальше. Это походило на гонки черепахи с зайцем, но у черепахи была хорошая фора, а еще был волшебник, способный тащить ее за собой. Мы достигли шаткой переправы чуть ли не перед носом у преследователей. Они давно спешились. Животные не могли идти по изрытой выбоинами тропе, и пешком получалось быстрее.

– Софос, иди первым, – приказал волшебник. – Потом я помогу перебраться Гену.

– Нет, – сказал я.

– Мне идти? – неуверенно спросил Софос.

– Нет! – Я велел ему встать на четвереньки и двигаться ползком. Один неверный шаг – и он упадет в реку и больше не выберется. В самом узком месте река течет быстрее всего, между этими тесными берегами протискивается вся вода Сеперкии. Поверхность была обманчиво гладкой, но у течения хватит сил утянуть человека в мгновение ока. Софос благополучно дополз до островка посередине реки.

– Ген, мы пойдем вместе, – сказал волшебник.

– Нет.

– Ген, я не оставлю тебя во второй раз.

Он оглянулся на преследователей и потянул меня за здоровую руку. Думаю, к этому времени он уже не сомневался, что стражники дадут ему и Софосу ускользнуть.

– Ген…

– Скажите Софосу, что, если ветки под ним начнут проседать, пусть прыгает на берег. Если попытается идти ногами в воде, утонет.

Волшебник поглядел на Софоса. Тот только что ступил на второй, более хлипкий мостик. Он был сплетен из мелких веток, сбитых воедино потоком воды, и удерживали его такие же ветки, застрявшие между камнями. Дерево было хрупкое, и с каждой сломанной веточкой мост опускался все ближе к воде. Волшебник не хуже меня знал закон Архимеда.

– Ген! – обернулся он ко мне.

– Я справлюсь. Честное слово, – пообещал я.

Он нехотя пошел. Полз осторожно, как Софос.

Как только он перебрался на остров, я сполз по берегу к лежащему стволу и перешел. Пешком. Дерево было гладко обкатано водой и приятно успокаивало босые ноги. Будь оно даже вдвое уже, я бы все равно прошел по нему без труда.

Наконец я спустился на камни. Волшебник улыбнулся. Я, как сумел, помог ему сбросить бревно. На другом берегу один из солдат уже ступил на мост, но успел соскочить. Бревно рухнуло в воду, и поток мгновенно унес его. Сквозь шум воды до нас донеслись проклятия и ругань.

Я отправил волшебника на второй мост, и он не стал возражать. Потом двинулся в путь и я. Некоторые ветки, удерживавшие мост, сломались под тяжестью волшебника, и запруда опасно просела почти до самой воды. Если она опустится еще хоть немного, ее унесет течением, но если уж прутья выдержали волшебника, то меня и подавно выдержат. На полпути мой взгляд упал на веревку, запутавшуюся среди ветвей. Я на цыпочках преодолел мост и встал рядом с волшебником, и в тот же миг с другого берега донеслись выстрелы. Я не сильно обеспокоился. Эти новые ружья способны остановить пехотную атаку, но с ними невозможно как следует прицелиться. Арбалеты были бы куда опаснее, но королева Аттолии желала, чтобы ее личные гвардейцы вооружались ружьями, потому что так они выглядят гораздо внушительнее.

Я указал волшебнику на веревку и спросил, сумеет ли он дотянуться. Река грохотала так громко, что я ее еле перекричал.

– Вдруг им удастся найти еще одно бревно. Лучше уничтожить оба моста.

Волшебник кивнул, ухватился за камень и склонился над рекой. Выпутал из ветвей одну прядь растрепанной веревки и дернул. Она порвалась у него в руках. С другого берега опять раздались выстрелы. Волшебник стал действовать осторожнее. Он выбрал из древесной мешанины три или четыре веревочных конца и только тогда потянул. На этот раз они выдержали, весь мост дернулся и изогнулся. Хрупкие ветки поломались, мост укоротился на несколько дюймов, и дальний край рухнул в воду. Течение быстро унесло его прочь.