Мэдлин Хантер – Герцог-упрямец (страница 23)

Девина решила, что подождет внутри, потому что, если он упадет… Она не хотела бы этого видеть.

Вернувшись в кухню, она стала вспоминать все, что знала о переломах.

Глава 12

– Вас никто не заставлял чинить крышу, – пробурчала Девина, когда они уже сидели в карете, катившей в сторону деревни.

– Но я все же решил это сделать, – отозвался Эрик.

– Ох, простите, милорд… Мне следовало поблагодарить вас. Так что спасибо вам за то, что отремонтировали крышу, несмотря на то что вы могли свернуть себе шею.

– Замените «несмотря на то что» на «потому что». Тогда это будет настоящая благодарность.

Девина смутилась, но тут же поняла, что герцог ее поддразнивал.

– Если бы вы сломали не шейные позвонки, а что-нибудь другое, то я, вероятно, смогла бы вам помочь. Но вот шея… тут помочь уже нечем.

– Если я когда-нибудь сверну себе шею, латая вашу крышу, пожалуйста, не рассказывайте газетчикам, как именно я погиб. Скажите, что свалился с коня.

– Да, разумеется. Полагаю, вашей репутации очень повредит смерть во время выполнения кровельных работ.

– Согласен. Кстати, а куда мы сегодня едем?

– Прежде всего нужно посетить мистера Портмана. Мистер Джейкобсон написал мне о нем. Видите ли, я попросила его порекомендовать мне человека солидного возраста – такого, который многое может рассказать. А потом я намерена навестить мою давнюю подругу. Ну а вы… После того как мы поговорим с мистером Портманом, вы можете спокойно возвращаться в гостиницу. Я вернусь домой пешком.

«Судя по всему, это будет прогулочка в добрых три мили», – подумал Эрик и твердо решил, что мисс Маккаллум пешком домой не пойдет.

Кэкследж оказалась довольно большой деревней с тремя главными улицами и множеством других, поменьше. Некоторые дома на окраинах выглядели более новыми, чем те, что стояли в центре. Развитая промышленность Нью-Касла изменяла ближайшие деревни, и от городского процветания им также кое-что доставалось.

Вскоре они остановились возле небольшого домика.

– Надеюсь, он меня примет, – сказала Девина.

– Не волнуйтесь, примет, – заверил ее герцог.

И старик действительно их принял. Один взгляд на визитную карточку герцога – и женщина, открывшая дверь, тотчас же впустила.

– Мой дед в саду. Если хотите, можете пройти прямо туда. – Внучка мистера Портмана указала на заднюю часть дома.

Посетители миновали гостиную и столовую, затем – кухню. Когда они вышли в сад, Девина, не удержавшись, воскликнула:

– Какой очаровательный садик!

Совсем небольшой, как и домик, сад был устроен с отменным вкусом – стены, увитые плющом, красивое фруктовое дерево, а на всем остальном пространстве были разбиты клумбы, на которых цвели последние цветы, обрамленные кустами самых разных размеров и форм. И через весь сад пробегала извилистая каменная дорожка.

Похоже, художником был сам мистер Портман. Услышав их шаги, он выпрямился, оторвавшись от своего занятия. Колени его были в земле. Стягивая рабочие перчатки, он пошел им навстречу.

Это был невысокий тщедушный человечек лет восьмидесяти, не меньше. И держался он очень уверенно, когда герцог, нависая над ним, представился сначала сам, а потом представил свою спутницу.

– Мистер Джейкобсон посоветовал мисс Маккаллум обратиться к вам, – объяснил герцог.

– Вы знаете Джейкобсона? Вот как? И как же этот парнишка поживает? Похоже, очень хорошо, раз познакомился с герцогом.

– Он, похоже, вполне доволен жизнью и все еще тачает сапоги, – сказала Девина.

– Причем превосходнейшие! – подхватил старик. – Потому и уехал. Здесь никто не платил ему столько, сколько стоит его работа. – Он многозначительно кивнул на сапоги герцога и добавил: – У него сапоги не хуже, чем эти, верно, милорд?

– Мне еще не посчастливилось познакомиться с ним, – признался Брентворт.

– Зато мне посчастливилось, – вмешалась Девина. – И он думает, что вы сумеете мне помочь. Я ищу сведения о своей семье.

Мистер Портман тщательнейшим образом ее осмотрел, потом в задумчивости проговорил:

– То-то мне показалось, что лицо у вас немного знакомое… Значит, вы из тех Маккаллумов, что жили к югу от нашей деревни? Вы похожи на женщину, на которой женился их сын.

– Я их дочь. Я и отей уехали оттуда несколько лет назад.

– Насколько я помню, дед ваш вскоре после этого умер. Я его знавал.

– Он родился в этих краях? – спросил Брентворт.

Мистер Портман покачал головой.

– Нет, приехал сюда уже парнишкой. Это всем известно. Жил в приемной семье, у бездетной пары. Очень был неугомонный, словно знал, что его место не тут. Мне говорили, в юности был немного смутьян. Но, пожалуй, это не то, что вы хотели услышать.

– Я хочу узнать все, что помните вы. Не было ли у него какого-нибудь прозвища?

– Нет, такого не припоминаю.

– Мистер Джейкобсон говорил, что его иногда называли бароном.

– А… да-да. Только это не прозвище. Никто так к нему не обращался. Но люди постарше, вроде моих родителей, иногда называли его так, когда о нем говорили.

– Может, это намек на его манеру держаться? – спросил Брентворт. – Может, гордый очень был и его за это осуждали?

– Нет, ничего подобного я за ним не помню. И никто его ни за что не осуждал. Просто слово это, «барон», еще в юношестве за ним закрепилось, и старики запомнили.

Мистер Портман рассуждал на эту тему так же расплывчато, как и мистер Джейкобсон, поэтому Девина спросила:

– А вы когда-нибудь слышали, чтобы люди говорили, будто он и вправду барон?

Вместо того чтобы презрительно фыркнуть, мистер Портман надолго задумался, а затем наконец проговорил:

– Знаете, вот сейчас, когда вы об этом упомянули, я кое-что вспомнил… Он однажды сам про это сказал. Как-то вечером в таверне. Сказал – и ушел, просто встал и вышел. А мы все подумали, что он уже никогда не вернется, что бросил свою семью. Знаете, есть мужчины, которые так делают, когда стареют. Ну… уходят, чтобы ухватить еще кусочек жизни, пока не стало слишком поздно.

– А что именно он сказал? Вы же там присутствовали? – спросил Брентворт.

– Присутствовал. Он появился поздно, выпил две пинты и заявил своим дружкам, что ему тут не место, потому что он родился, чтобы быть бароном… В общем, что-то вроде этого. Такого его дружки еще не слышали, и сразу подняли его на смех. Что ж, человек в подпитии говорит много глупостей.

– А еще что-нибудь похожее было? – допытывался Брентворт.

– Нет, он ушел домой, и все на этом. – Старик посмотрел на Девину. – Ваш отец очень тяжело перенес его смерть. Все говорил, что если бы пришел доктор, то ваш дед выжил бы.

– Мы для того и уехали отсюда, чтобы он выучился на доктора, – сказала Девина. – Отправились в Эдинбург, и отец стал доктором, чтобы помогать людям.

– Благородное дело… А у нас тут есть только старый костоправ, но от него никакого толку, если у тебя внутри что-то болит. Приходится посылать в Нью-Касл. Да только там нет никого, кто приехал бы сюда, если щедро не заплатить. Так что в основном нам приходится обходиться старинными снадобьями. – Он похлопал себя по груди. – Я-то родился с хорошей кровью, так что здоров. Прошлым летом подцепил скверную лихорадку, и она здорово затянулась, но ничего, обошлось. Некоторые до сих пор хворают – такая она скверная, эта лихорадка. А я вот вернулся к своим дружочкам. – Старик показал на растения.

– Вы создали здесь настоящий рай, – сказала Девина.

А Брентворт поспешно проговорил:

– Мы, пожалуй, пойдем, а вы продолжайте. Впрочем, вы могли бы нам еще кое в чем помочь.

– Буду рад, – закивал старик. – Трудно отказать герцогу, который в два раза тебя больше. – Он захихикал над собственной шуткой. – А что нужно-то?

– Нам нужен человек, который хорошо умеет чинить черепичные крыши.

– Надо повидаться с этим кровельщиком, мистером Бейтсом, до того как мы уедем из деревни, – сказал Брентворт, когда они вышли из дома.

– Идите к нему сами, если хотите. А я собираюсь навестить Луизу, мою давнюю подругу. – Девина указала рукой вдоль улицы. – Их дом вон там, сразу за церковным двором. Если она больше тут не живет, кто-нибудь наверняка знает, где ее искать.

– Я пойду с вами – на случай если вам потом потребуется карета.

Они зашагали по улице – мимо домов, похожих на дом мистера Портмана. До сих пор Девина не осознавала, насколько маленькие тут домишки. В детстве это было все, что она знала, но после нескольких лет, проведенных в Эдинбурге, деревенские дома значительно уменьшились в размерах.

Они прошли мимо церкви, и Девина постучалась в дверь дома Луизы. Выяснилось, что Луиза вышла замуж за фермера и живет примерно в миле восточнее деревни.

– Похоже, вам все-таки потребуется карета, – заметил Брентворт.