Медина Мирай – Пятая сестра (страница 18)

– Ты сама должна озвучить это желание, – говорила Эрзария. – Глаз Артура заберет мои силы, но отправишься в Страйтфорд ты.

И тут над мечтами Мелани о встрече с матерью пронеслась невидимая стрела подозрения, развеивая грезы. Мелани всерьез задумалась над мотивами Эрзарии, и держать эти подозрения в себе не стала:

– Зачем же тебе помогать мне? Тратить свои силы, чтобы исполнить мои желания.

По лицу Эрзарии пробежала тень. Пухлые губы крепко сомкнулись, ноздри вздулись, когда она набрала в легкие холодного воздуха и выдохнула горячий. Ей было сложно спрятать свои темные помыслы.

– Потому что я хочу, чтобы ты исчезла из нашей жизни, – не выдержала она. – Тебе не место в этом Лесу. Это мой дом и дом моих сестер. Заслуженный дом. Тебя здесь быть не должно. Твое место в мире людей, и я не понимаю, зачем тебя привели сюда.

– Я тоже этого не понимаю. Правды мне не говорят. – На удивление, Мелани не злилась на Эрзарию, ибо та была права: зачем ей быть в Лесу Мерцаний, если ее предназначение – помощь людям?

Мелани вздохнула:

– Значит, ты хочешь от меня избавиться? Ведь если глаз Артура останется у тебя, а я окажусь в Страйтфорде, то вернуться уже не смогу.

– Верно мыслишь, – Эрзария злобно усмехнулась, – и ты согласишься с этой судьбой. Ты вернешься в свой Страйтфорд, и больше мы тебя никогда не увидим. А если попытаешься вернуться, то тебя сожрут по дороге. Без глаза Артура и Ариана ты не пройдешь лес.

– Меня будут искать, – Мелани говорила холодно, и таким же холодным был ее взгляд, – Ариан разыщет меня, и тебе несдобровать.

– Возможно, – протянула Эрзария, все еще держа глаз Артура в руках, – но кто сказал, что ты за ним пойдешь? А насильно привести тебя он не сможет.

– Что ты имеешь в виду? – Мелани выпрямилась.

– Недавно я услышала разговор Ариана и Кастилии, – Эрзария впилась взглядом в Мелани, отчего биение сердца девушки участилось, – матушке твоей совсем плохо. Она умрет без тебя. Ты ведь ее не бросишь?

На Мелани накатил жар и головокружение, она не знала, как с собой справиться, как бороться со страхом, что делать дальше, куда бежать. Руки задрожали, на глазах выступили слезы, но неимоверным усилием она удержала страх за маской хладнокровия. Это давалось ей через боль.

– Так что же, Мелани? – В голосе Эрзарии уже не было задора и издевки. Она словно прониклась чувствами ненавистной ей сестры. И Мелани поверила бы в сострадание Эрзарии, если бы не одно «но»: Эрзария не знает, что такое мама; не знает, каково это – переживать за любимых людей.

– Я согласна, – ответила Мелани.

– Тогда закрой глаза, – тихо сказала Эрзария.

Она раскрыла запотевшую ладонь. Глаз Артура все еще светился недобрым темно-серым светом.

– Прошу, – Мелани зажмурилась, и по ее щеке скатилась слеза, – отправь меня к маме.

В тот же миг все окружающие звуки исчезли. Тонкое платье пропускало ночной холод, волосы били по лицу от ветра, ноги увязали в сырой земле. Мелани открыла глаза. Она стояла на небольшом пустыре. Вдали виднелись огни замка Страйтфорда, луна высоко поднималась над ним, окидывая округу зловещим серебром. Ветер свистел в ушах, раздувал платье. Пар распространялся вокруг Мелани, когда она выдыхала. Она оглядывалась по сторонам в поисках входа в город, терла ладони друг о друга, сжимала пальцы ног, чтобы не замерзнуть. Мелани всегда боялась холода. Это осталось от прошлой жизни. Только тогда подобный холод мог оказаться для нее смертельно опасен.

Мелани шла в сторону города, обходя невысокие камни. Она хотела ускорить шаг, как вдруг сильная рука схватила ее выше локтя и повернула к себе. Мелани не успела вскрикнуть, когда вторая сильная ладонь зажала ей рот.

– Тсс. – Это шипение Мелани когда-то уже слышала.

Ариан. Кто же еще мог так быстро найти ее после побега из Леса Мерцаний?

– Не стоило тебе сюда приходить, – сказал он без капли угрозы. Скорее, с сожалением.

– Я должна увидеть свою мать, – сказала Мелани и выдернула свою руку. – Почему ты не сказал мне, что она в опасности?

– А был ли в этом какой-то смысл?

Чтобы больше не смотреть в лицо Ариана, Мелани на секунду опустила взгляд на один из камней и вдруг заметила на нем какие-то продолговатые полосы. Лунный свет. Мелани потихоньку начала понимать происходящее. Она стала оглядываться по сторонам, подошла к одному из невысоких камней и при свете луны разглядела высеченное незнакомое имя. Она провела по нему ладонью, пока в голове укладывался весь ужас происходящего.

В ее глазах вновь задрожали подступающие слезы, но в душе теплилась надежда. Впервые в жизни она так сильно хотела ошибаться.

– Нет, – прошептала Мелани, – я желала, чтобы глаз Артура привел меня к матери…

– И он привел, – печально закончил Ариан.

Мелани взглянула на него и заметила, что он стоит лицом к одному из камней. Это были надгробные плиты.

Она подбежала к той плите, упала на колени и при свете луны разглядела: «Беатрисия Нортон».

В ту же секунду у Мелани вырвался крик. Она зажала рот руками так сильно, как только могла, впивалась ногтями в кожу, и с широко распахнутыми глазами смотрела на надпись. По щекам стекал поток слез. Надпись уже расплывалась перед глазами. Мелани казалось, что ее вскрыли, разрезали грудную клетку и молотками били по сердцу, резали его ножами, перебирали и снова колотили молотками. Она чувствовала, что умирает ее душа, как и ее мир, в котором жили лишь они с мамой. В эти мучительнейшие минуты ей хотелось умереть.

Все было уже неважно. Лес Мерцаний, стихии, пятое древо, глаз Артура. К черту все! Это было лишь туманной дымкой перед надгробной плитой мамы.

– Мне жаль, – произнес Ариан с сочувствием, затем опустился рядом с Мелани и положил ей руку на плечо, поглаживая по спине. Но Мелани не чувствовала от этого неискреннего поглаживания никакого облечения и моральной поддержки.

– Тебе… не жаль, – прорыдала Мелани, глядя на него заплаканными глазами, – ни капли! Что ты можешь знать о том, что чувствует человек, когда его близкий умирает? Ты… бесчувственное чудовище… – Она вновь громко зарыдала.

«Что я могу знать?» – с оскорблением повторил Ариан мысленно.

– Твоя мать должна была умереть еще пять лет назад, но ты своей силой пятой стихии поддерживала ее жизнь. Она знала об этом. Я говорил ей об этом. И она была готова к смерти после твоего ухода.

Мелани прекратила плакать. Смотрела на Ариана с непониманием, чувствуя себя несправедливо обманутой.

– И ты молчал? – прохрипела она.

– Это было ее последнее желание. Она не хотела, чтобы ты когда-нибудь выбралась из Леса Мерцаний и узнала о ее смерти.

Мелани опустила голову и сложила руки на коленях. Ноги чувствовали холодную свежую почву, но холод больше ее не волновал. Его просто не существовало в том мире боли, в котором она сейчас была. Все казалось такой мелочью. Даже если бы сейчас ее обрекли на смерть, она не стала бы возражать. Жизнь казалась теперь бессмысленной.

Ариан встал с земли и произнес:

– Нам нужно возвращаться.

Мелани протестующе медленно покачала головой.

– Тебе ведь больше нет смысла здесь быть…

– А есть ли мне смысл быть там? – Мелани резко повернула к нему голову, в ее голосе послышалась дерзость. Она встала с колен, повернулась прямо к Ариану и продолжила: – Ты не знаешь, каково это – терять близких. Не знаешь семейных и человеческих ценностей. Ты не умеешь чувствовать и гордишься этим. И пусть чувства порой причиняют боль, благодаря этой боли я понимаю, что живу. Но тебе этого не дано. Мне очень тебя жаль. Я не вернусь в Лес Мерцаний.

Она прошла мимо Ариана, направляясь в сторону города. В свой настоящий дом, который не был ей родным, но не отверг ни разу. Там ее никто не бросал и не предавал. Там она получала знания, мечты, навыки. Там она жила. Ей больше не нужен Лес Мерцаний.

– Ты не можешь уйти! – Ариан догнал ее и с привычной грубостью схватил за руку. – Тебе нельзя там оставаться.

– Почему же? – с вызовом спрашивала Мелани. – Меня бросили там при первой же возможности, а теперь уговаривают вернуться назад.

Мелани вырвалась. Она быстрым шагом продолжила идти, но Ариан пересек ей дорогу.

– Тебе опасно там находиться.

– Не опаснее Леса Мерцаний.

– Ты не понимаешь, во что сейчас хочешь впутаться.

– Так объясни же мне, Ариан. Высокомерное чудовище. Время, которого быть не должно. Давай, объясняй.

Мелани ни на секунду не пожалела о сказанных грубых словах.

«Время, которого быть не должно», – мысленно повторил Ариан. Когда-то он уже слышал эти слова. И не раз. Они пробуждали в нем желание спрятаться и исчезнуть. Так, как и хотели те, кто впервые сказал ему это.

От Ариана, как и тогда в Лесу Мерцаний, стали исходить зловещие волны, но Мелани им не поддалась. После смерти матери ее уже ничто не могло напугать.

– Принцесса Маргарет, – сказал он твердо, – она ищет тебя. Ты нужна ей в личных целях, как и тогда.

– Зачем? Хотя это неважно, ведь она была добра ко мне, – Мелани попыталась обойти Ариана, но он схватил ее за плечи, – отпусти меня.

– Мелани, в Страйтфорде тебе угрожает опасность! – кричал он ей в самое ухо. – Пусть ты чувствуешь людей, но ее мотивы почувствовать не смогла, потому что она…

– Почему же вы раньше меня не спасали? Почему же отправили в Страйтфорд? Почему подарили спокойную жизнь, а потом забрали ее у меня? Почему вы решаете, как мне жить и что мне делать? Я ненавижу вас всех. Прошу, оставьте меня!