Медина Мирай – Пятая сестра (страница 14)

Мелани неуверенно кивнула.

В комнату зашли две последних сестры – Эрзария Отважная, владычица земли, и Райбин Справедливая, владычица огня.

Эрзария была смуглой, с пышными губами и кудрявыми волосами, которые вились в разные стороны, в темно-сером бархатном платье, оголявшем плечи и облегавшем изящные руки, которые она сложила под грудью, задумчиво и с холодком глядя на младшую сестру.

У Райбин же была азиатская внешность и соответствующая одежда. Черные волосы собраны в пучок на макушке, густые брови вскинуты, голова высоко поднята – могло показаться, что она смотрела на Мелани с высокомерием, но это не так. Райбин была беспристрастна. Она не следовала зову сердца, как могла делать Ландиниум, не давала себе ни минуты на проявление чего-то человеческого. Она всегда действовала по уму и сейчас размышляла о дальнейшей судьбе Мелани.

– Ты спала недолго, – вновь сказала Ландиниум. Затем подошла к ложу Мелани, бесшумно опустилась на него, положила руки на колени и заставила себя улыбнуться, пытаясь разбавить нагнетающую обстановку. – Смотрю, набралась сил. Тебе стоит поесть. Стол накрыт внизу, только тебя и ждет.

Мелани молча кивнула. Она смотрела на своих сестер и не могла поверить, что они реальны и сейчас рядом с ней. Выглядят совсем как обычные люди.

Все боялись начать разговор, не зная, к чему он приведет. Мелани вдруг стало одолевать желание рассказать им о себе все, ведь им должно быть интересно. Может, они этого и ждут? Девушка воодушевилась, но ненадолго: Эрзария развернулась, закатив глаза, и вышла из комнаты, громко захлопнув дверь. Ее шаги еще долго слышались из коридора, напоминая о негодовании от появления Мелани.

– Она переживает больше, чем вы думаете, – заговорила Райбин, оглядываясь на дверь. – Но мыслит всегда в отрицательном русле, а потому бывает резкой. – Райбин обратилась к Мелани: – Мы ждали тебя, пятая сестра…

– Ждали? – Мелани вспомнила видения ее древа, в которых сестры сами отказались от нее, даже не обратившись за советом к Лесу Мерцаний. – Разве вы не сами меня… изгнали? – произнеся последнее слово, буквально прошептав его, Мелани почувствовала облегчение и даже каплю наслаждения. Как же теперь сестры будут объясняться?

– Мы поступили необдуманно и глупо, – Ландиниум спрятала локон выбившихся волос за ухо, – и мы сожалеем. Это наша вина. Понимаешь, Мелани… Стихия не рождается ребенком, как у людей. Ты должна была сначала стать воплощением стихии и лишь потом приобрести образ человека восемнадцатилетнего возраста по людским меркам. Мы подумали, что в тебе слишком много человеческого, и испугались. Кастилия сама отнесла тебя на порог дома женщины, воспитавшей тебя, за что мы были ей благодарны.

Мелани взглянула на Кастилию. Она по-прежнему смотрела вниз, ее глаза сверкали в свете камина, а губы дрожали от… едва сдерживаемых слез? Неужели стихии на это способны? Мелани вспомнила, что уже видела Кастилию однажды. Плачущей, дрожащей, она являлась ей в видениях глаза Артура и говорила, как жалеет о том, что отнесла Мелани к людям.

– Я понимаю, – наконец сказала Мелани, хотя на самом деле не понимала намерений сестер до конца. – Где же я сейчас?

– Ты в нашем замке в Лесу Мерцаний. Здесь безопасно, – говорила Райбин.

– Я тоже так считала, – голос Мелани похолодел, когда она вспомнила поле с мертвой женщиной, – пока не наткнулась на стену из ветвей древа и не перешла черту Леса Мерцаний.

– Ты не переходила черту Леса Мерцаний, – вдруг заговорила Кастилия. – Ты попала на Поле Героев – место, в котором покоятся души людей, умерших героями.

По телу Мелани пробежала дрожь. Она пыталась понять, чем же заслужила такое та несчастная сумасшедшая женщина. Мелани сделалось стыдно, что она сбежала от нее, оставив одну и дальше сходить с ума в одиночестве.

– Я встретила там женщину, – Мелани заметила удивление на лицах сестер, – она была безумна. Сказала, что запомнила из прежней жизни лишь фразу «Я не дам тебе умереть», и сказала, что Лес Мерцаний – плохое место.

Мелани внимательно наблюдала за реакциями владычиц, а они вопросительно переглядывались друг с другом.

– Скажите, почему же во мне больше человеческого? Почему я родилась ребенком?

Ответить на вопрос решилась Кастилия.

– Мелани, уверена ли ты в том, что хочешь знать? Эта история придется тебе не по душе. Она связана с Полем Героев и с тем, что у тебя в кармане, с глазом Артура. Узнав об этом немного, тебе захочется еще.

– Я должна знать о своем происхождении, – тверже заговорила Мелани. – Почему я появилась именно сейчас? Почему во мне много человеческого? В чем заключается моя сила?

Кастилия тяжело вздохнула. Она взглянула на сестер в поисках поддержки, и те одобрительно кивнули, словно благословляя на долгий разговор. И Кастилия, получив это благословение, начала историю:

– Когда-то давно ты уже бывала на Поле Героев. Тогда ты была обычным человеком и тебя настигла смерть в юном возрасте. Ты умерла героиней, и твоя душа попала в этот Лес, на Поле Героев. Спустя годы границы Леса Мерцаний переступил первый смертный – Артур. Он был незрячим с рождения, но видел то, чего не видели другие.

Он был чист душой, и Лес Мерцаний не стал препятствовать его появлению здесь. В руках он держал персиковую косточку. Артур поведал нам свою историю, рассказал, как много близких он потерял. Тогда же он упомянул о смерти своей сводной сестры – тебя, Мелани. В той жизни тебя звали иначе. Ты умерла героиней, и мы предложили Артуру отправиться на Поле Героев отпустить вину за твою смерть. Там вы встретились и там же распрощались, а твоя душа покинула этот мир свободной. В память о своем нахождении здесь и в память о тебе Артур посадил персиковую косточку в Лесу Мерцаний. Он сказал, что эта косточка – единственное, что осталось от вашего дома, а ты любила персики. Ваша семья держала сад. Древо, принесенное из мира людей, росло, вбирая силу из почвы Леса Мерцаний. Спустя сотню лет древо обрело сегодняшний облик. Оно было похоже на наши древа и сияло, а плоды усыпали все вокруг. Однажды я пришла посмотреть на него, но заметила свет внутри него. Я почувствовала в нем жизнь, едва коснувшись коры. В тот момент мы с сестрами поняли, что родишься ты, ибо Артур отпустил твою смерть и посвятил тебе дерево. Ты переродилась в Мелани, не помня своего прошлого.

Твоя сила заключается в том, чтобы видеть и чувствовать то, что не подвластно никому. Твоя сила заключается в помощи людям. Ты нужна этому миру. Ты нужна Страйтфорду и своему народу.

Мелани переоделась в легкое темно-зеленое хлопковое платье. Вымытые рыжие волосы были заплетены в косу, собранную в корзинку на затылке. Мелани не часто выглядела так сдержано. Она любила, когда распущенные волосы вились или собирались в хвост. А так оголялась ее длинная тонкая шея, костлявые плечи, выпирающие ключицы. Мелани не любила, когда все это было на виду, но в Лесу Мерцаний некому было лицезреть подобный образ.

Сейчас она находилась вдали от своего второго дома, от матери, народа и принцессы Маргарет. Ее спрятали в месте, которое никто никогда не найдет, и она отсюда никогда не выйдет.

От этих мыслей на глазах выступили слезы, но лицо сохраняло каменный, равнодушный вид. Она сидела на холодных ступеньках замка сестер-стихий и смотрела, как колышутся на ветру травинки.

Замок был небольшой и невысокий, если сравнивать с замком принцессы Маргарет. С каменными арками, на которых были высечены орнаменты, высокими окнами, башенками, напоминавшими темницы, с винтовыми лестницами, статуями мифических существ из камня. Они были столь реалистичными, на их лицах отражались такие живые эмоции, что можно было подумать, что животных обратили в камень. Извилистые диковинные кустарники обвивали арки и кирпичные стены замка.

Мелани сохраняла молчание и чудовищное спокойствие, в то время как внутри бушевал ураган. Он обжигал, разрывал, убивал ее морально. Хотелось взреветь от осознания невозможности вернуться, вновь увидеть мать, вести обычную жизнь и быть свободной.

Если ее предназначение – помощь людям, так почему же ее спрятали здесь?

Слеза разбилась о колено, Мелани протерла глаза, глубоко вздохнула и выпрямилась, надеясь, что от этого станет легче. Но чем с большей готовностью она принимала бремя своей сущности, тем тяжелее оно становилось.

После речи Кастилии она ничего не сказала в ответ. Слова пропали. Дар речи вместе с ними. В те шокирующие минуты Мелани позабыла о том, что может говорить. Да и зачем? Что бы это изменило? К чему кричать, ругаться на сестер, которые, казалось, сами на грани срыва?

Но кое-что сестры утаили. Мелани все еще не понимала, почему ее вернули именно сейчас. Почему ее вообще вернули?

– Прекрасная погода, не правда ли?

Из-за поворота к замку вышел Ариан. Он был в свежих одеждах, улыбался во весь рот, лучясь радостью неизвестного происхождения, которая была так фальшива, что Мелани захотелось припечатать Ариана лицом к стене, но вместо этого она лишь сильнее нахмурилась.

– Разве здесь не всегда такая погода? – холодно спросила она, не глядя на него. Ариан хотел подсесть рядом с ней, но Мелани сделала вид, что не заметила этого.

– Судя по выражению лица, ты уже поговорила с сестрами и узнала много неприятной правды.