Мэделин Ру – Гробница древних (страница 32)
Он не нашелся, что еще добавить, и зашагал прочь от гостиной, а затем, перепрыгивая через две ступеньки, поспешил вверх по лестнице. Я секунду помедлила, прислушиваясь к его удаляющимся шагам, и на цыпочках юркнула внутрь. Мистер Морнингсайд стоял спиной к нам, вцепившись в крышку обеденного стола.
– Обсудим нашу сделку за завтраком, – произнес он после того, как Мэри принесла легкую закуску: сыр, свежий хлеб и остатки сушеной оленины. Она вернулась к своей роли в доме почти сразу по приезде. Может, чтобы отвлечься или по привычке. – Пусть мы и в осаде, но все-таки цивилизованные люди. Как ты думаешь, троянцы так же хорошо ели, когда вкатывали в город коня?
– Мне нет до этого дела, – устало отозвалась я. Умиротворяющее присутствие Матери помогло, но спать, будучи прикованной к кровати цепью, было невозможно. – Если вы хотите заключить сделку, Дальтон тоже должен быть здесь.
Мы сели за один из столиков рядом с фортепьяно, недалеко от окон, выходящих на запад. Эта комната располагалась дальше всех помещений дома от поля, принадлежавшего пастуху, и, вероятно, была выбрана не случайно. Отсюда не было видно движения вдоль забора, что заставляло меня нервничать еще больше. Это было похоже на затишье перед бурей. От тревоги у меня кружилась голова, и я непроизвольно нервно притопывала под столом.
– Он уже согласился вернуть книгу, – сообщил мистер Морнингсайд, добавив сахар в чай и ловко размешивая его в чашке аккуратными круговыми движениями. Он чуть не пел от радости. – К этому его подтолкнула твоя ночная выходка. Он пришел ко мне рано утром и сделал предложение.
Мой аппетит оказался хуже, чем я ожидала. Мать ничего не ела, но держала в руках чашку, словно это доставляло ей удовольствие. Я тоже сделала несколько глотков, но не проявила никакого интереса к жесткой оленине.
– Значит, Дальтон найдет книгу, а потом мы отправимся в Константинополь? Как мы будем путешествовать? – поинтересовалась я.
Мистер Морнингсайд чуть не подавился булочкой.
– Луиза, негодница, откуда такие вопросы?
Ага, значит, Дальтон опустил такую мелкую деталь, как свой дневник. Я заставила себя сделать глоток, стараясь выглядеть непринужденно, хотя мои руки заметно дрожали. Я должна была сохранить факт наличия дневника в секрете как можно дольше. Я не сомневалась в том, что мистер Морнингсайд попытается заключить сделку с максимальным преимуществом для себя, и мне был необходим хотя бы один козырь в рукаве – просто на всякий случай. В конце концов, он сам сказал, что я являюсь частью игры, а значит, должна действовать соответственно. «Теперь ты в игре, и в этой игре ты можешь убежать только к краю игрового поля, но никак не выйти за его пределы».
– Вход, место, где можно уничтожить книги… Оно находится далеко на востоке, на соляной равнине. Дальтон мне об этом рассказывал. Как вы с миссис Хайлам ходили туда, когда были намного моложе, сразу после… – я нервно оглянулась на Мать, но ее, похоже, это не беспокоило, – сразу после Раскола.
– Все-таки Дальтон – негодяй. Ну, неважно. И да, и нет, Луиза. Действительно, один вход находится возле соленого озера. Но входов очень и очень много. На самом деле я знаю один, находящийся гораздо ближе. Если вы сейчас отправитесь в путь верхом, то будете там уже к утру.
Я кивнула и нахмурилась, изображая недоумение. И все же в том, что он сейчас сказал, был смысл. Когда я встретила Переплетчика в магазине Кэдуолладера, все происходило в месте, которое находилось «нигде», и, вероятно, это было именно тем местом, куда хотел отправить нас Генри Морнингсайд, – точкой где-то между мирами, скрытой в тени.
– Он также рассказал мне, что там были какие-то загадки, – продолжала я. – В рамках нашего соглашения я хочу, чтобы вы дали мне ответы.
– Конечно, – согласился мистер Морнингсайд. – Дорогая Луиза, нет никакой нужды хитрить и юлить. Мое самое большое желание – чтобы ты вошла в Гробницу древних в целости и сохранности и выполнила условия нашей сделки.
Я не могла скрыть своего интереса. Поставив чашку, я слегка наклонилась через стол. А он уже принялся небрежно намазывать булочку маслом.
– Значит, вы были внутри, – я повторила название этого места, – в Гробнице древних.
– Внутри? Нет. Нет, боюсь, что существуют определенные ограничения, которые не позволяют мне в нее войти, – сознался мистер Морнингсайд. Вздох разочарования, последовавший за этим признанием, показался мне вполне искренним, но, с другой стороны, он был очень талантливым актером. – У тебя, однако, не должно возникнуть никаких проблем с проникновением, коль скоро ты будешь следовать моим инструкциям и используешь свой ум. Я могу помочь тебе только в этом, Луиза, ибо не знаю, что ждет тебя внутри.
– Но книги можно уничтожить?
Мать рядом со мной поморщилась. Теперь я была книгой, знания Отца были заключены в моей голове, и это означало, что я тоже могла там погибнуть.
– Да, именно там создаются книги. Я знаю, что это правда, – произнес мистер Морнингсайд, и я видела, как тщательно он подбирает слова. Он стряхнул крошку с сюртука и одарил меня одной из своих самых широких, чарующих улыбок. На желтые глаза игриво упал завиток черных волос. – Но мы не должны обсуждать это вслух слишком подробно: это место стерегут, и я не горю желанием вызвать его стражей. Я приготовлю для тебя инструкции, так они ничего не узнают.
Я содрогнулась при мысли о том, что какое-то рассерженное существо, похожее на скорпиона, может разрезать кого-то пополам.
– Как вам угодно.
Мистер Морнингсайд изучающе посмотрел на меня поверх чашки, возможно, догадываясь, что я знаю больше, чем показываю, но ничего не добавил и принялся пить свой слишком сладкий чай.
– Тогда решено.
– Я бы так не сказала. Откуда мне знать, что вы выполните свою часть сделки? Я рискую жизнью, чтобы уничтожить эту книгу. А вы можете просто отказаться помочь мне, когда я вернусь. – Я откинулась на спинку удобного кресла, наслаждаясь его мимолетным, но явным недовольством.
Он одернул сюртук и искоса посмотрел на меня.
– Мы, конечно, оформим это в письменном виде, Луиза. И я всегда выполняю свои договоры.
– Меня это не устраивает. – Я потерла пальцем скатерть, пристально глядя ему в глаза. – Если я вернусь из Гробницы древних и вы не избавите меня от влияния Отца, это должно повлечь за собой какое-то наказание.
– Например? – Мистер Морнингсайд наклонился и достал из кожаной сумки перо и чернила. Появившись в гостиной после него, я понятия не имела, что он принес с собой письменные принадлежности, которые просто ждали своего часа.
– Например… – Я сделала паузу, хотя ответ уже был у меня готов. – Например, передачу прав на Холодный Чертополох и все, что в нем находится. Включая Черный Эльбион.
– Не смеши меня! – фыркнул он, разглаживая пергамент, который лежал возле столовых приборов. – Это несправедливо, Луиза. Будь благоразумна.
– Благоразумна? Книга за книгу – это определение
Мне был крайне неприятен его прожигающий насквозь взгляд, и нестерпимо хотелось отвернуться. Но это была проверка, и я была полна решимости ее пройти. Он, конечно, исказил условия сделки в свою пользу, но если это игра, то мной не так-то просто будет манипулировать. Наконец мистер Морнингсайд откинулся на спинку стула, обмакнул перо в чернила и занес его над пергаментом.
– Именно так, как я сказала, – настаивала я. – Я не позволю вам увильнуть от обещания. Если вы не изгоните дух Отца из моего разума, когда я вернусь, уничтожив Белую книгу, права на Холодный Чертополох и Черный Эльбион мои. И я предупреждаю вас, что проверю этот договор десять раз, если понадобится.
– А ты быстро учишься, – пробормотал он. – Даже не знаю, стоит мне злиться или радоваться.
– Не давите на меня. – При этих словах он оторвал взгляд от пергамента. – Я знаю, почему вы заставляете меня ждать, почему хотите, чтобы влияние Отца на меня длилось как можно дольше. Я нужна вам для защиты от пастуха.
– Проницательное наблюдение. – Но я видела, что он меня дразнит. Дописывая контракт, он закатил глаза. Я видела, что он вписал пункт об участии в деле Дальтона, и этот пункт мне тоже предстояло внимательно изучить. – Я знаю, что ты не поверишь, если я скажу, что у меня нет никаких коварных намерений. Дело в том, что твоя невообразимая сила понадобится для того, чтобы выжить в Гробнице. Все, что ты видела и что пережила до сих пор, ерунда по сравнению с тем, что потребуется от тебя там.
Оторванные пальцы… Разрезанное тело… Трещины на коже и льющееся через них золотистое сияние… Безумие…
Я нервно сглотнула и переключила внимание на Мать.
– А ты ничего не знаешь об этом месте? О Гробнице древних? – спросила я.
Ее взгляд смягчился, и она склонила голову набок. Ее длинные розовые волосы были распущены, локоны расчесаны и переброшены через плечо. Она запустила пальцы в эту массу волос и принялась заплетать косу.
– Мое сердце говорит, что я знаю это место и мне нужно туда попасть – как ребенку, только что покинувшему утробу, нужно, чтобы его запеленали. Я это знаю – и все же не знаю; у меня нет воспоминаний, но услышав слова «Гробница древних»… – Она покачала головой и выпустила волосы. – Я никогда об этом не думала. И никогда не стремилась вернуться туда, откуда мы возникли.