Майя Майкова – Трактирщица для герцога (страница 4)

– Как это? – невольно удивилась Кристина. – У этого герцога две жены?

– Кристель, дорогая, ты что, ничего не знаешь? – оживилась госпожа Симон. – Только не говори, что ты никогда не слышала о герцоге де Шарло.

– Ни разу, – честно ответила Кристина и заинтересованно уставилась на госпожу Симон. Вытолкать наглую бабу никак не получалось, а неизвестный герцог был куда более безопасной темой для разговора, чем ее, Кристины, сомнительные хозяйственные таланты. К тому же, фамилия герцога показалась ей смутно знакомой.

– Право же, Кристель, ты меня удивляешь. Как можно быть такой нелюбопытной! Впрочем, твой дорогой дядя… Да, я понимаю, сложно было сосуществовать с таким нелюдимым человеком. Сейчас я тебе все расскажу!

Герцог де Шарло был крупным землевладельцем, проживавшим недалеко от города Клеор-де-Бланш, в который так неудачно занесло Кристину. Обычно герцог предпочитал проводить время в своем замке, но временами ему приходила охота пожить в своем городском особняке, что каждый раз вызывало оживление среди местных торговцев.

– Понимаешь, Кристель, мы и так во многом зависим от герцога, – трещала госпожа Симон. – Поставки продуктов, свечей, белья, прислуга… Но когда он приезжает в город – о, наступает золотое время! Управляющие закупают все по списку, а герцог обожает ходить по лавкам, на рынок, скупает все, что ему приглянется, и ни капельки не скупится! В прошлый его приезд он заплатил госпоже Маршан две золотых монеты за корзину мелкой рыбы, знаешь, той, что покупают для кошек. И только потому, что она красиво блестела! Но гуляет по городу он, конечно, не ради покупок.

– А для чего? – поторопила ее Кристина.

– Не знаю, стоит ли рассказывать об этом незамужней девушке, – жеманно подкатила глаза госпожа Симон. – Впрочем, если не я, так кто-нибудь другой. Герцогу де Шарло уже стукнуло шестьдесят лет, но он еще мужчина хоть куда! И знаешь, Кристель, он совершенно не может жить в одиночестве.

– В чем это выражается? – нахмурилась Кристина. – Он ворует людей с улиц и увозит к себе в замок?

– Как ты могла такое подумать! – притворно возмутилась госпожа Симон. Глаза ее при этом заблестели так, что Кристина поняла: сегодня же по всему Клеор-де-Бланш полетит новая сплетня.

– Герцог очень ценит женскую красоту и душевное обхождение, но ты не подумай плохого! На всех своих возлюбленных он честно женится, – стреляя глазами по сторонам, зашептала госпожа Симон. – А потом, после развода, дает им хорошие отступные. Разумеется, это не касается тех нахалок, которые посмели обмануть его доверие. Так вот, поговаривают, последняя супруга была ему неверна. Герцог закатил скандал – это было тут, в городе, я как раз случайно проходила мимо приоткрытого окна его особняка, и тут у меня спустился чулок, такая неприятность… В общем, герцог увез ее обратно в замок, и теперь совершенно непонятно, сумела она оправдаться, или герцог женился снова, но не на нашей горожанке, а где-то в другом месте!

– О, так он женится на простолюдинках? – удивилась Кристина.

– Конечно, дорогая, в этом весь и смысл, – терпеливо начала втолковывать ей госпожа Симон. – Титулованную девицу так просто из дома не выставишь, хоть сколько ей заплати. Кстати! У меня есть одна идея!

Глава 5

Отказываться от похода на площадь в обществе местных сплетниц Кристина не стала. Зачем же пренебрегать проводниками по городу и источником сведений о местных нравах. К тому же, Кристине стало интересно взглянуть на обожающего жениться герцога и его супругу. И все-таки, откуда ей знакома эта фамилия?

Оставшийся день прошел в хозяйственных хлопотах. Кристина нагрела воды, вымылась, постирала белье и неохотно вытерла пыль на видных местах. А вдруг злобные тетки завтра проверят, убирала она в трактире или нет, и не возьмут ее с собой? Подумав, вылила несколько ведер воды под самые пожухшие капустные кочаны и, не чувствуя рук и ног, поплелась в спальню.

Утром госпожа Симон и госпожа Маршан первым делом раскритиковали ее наряд.

– Кристель, дорогая, ты же молодая девушка, как можно рядиться в эти бабушкины тряпки, – выговаривала ей торговка рыбой. – Что за ужасный коричневый цвет!

– Мне так неловко, но дядя был против того, чтобы я наряжалась, – пробормотала Кристина.

Подруги-сплетницы немедленно заохали и завалили Кристину советами, как оживить даже самый унылый наряд при помощи цветной косыночки, плетеного пояска или букетика цветов. Советы Кристина слушала не слишком внимательно, потому что старательно запоминала дорогу до главной городской площади.

Там уже толпился народ. Праздные зеваки, наряженные в свои лучшие вещи, явно намеревались превратить обычный день в народное гулянье. Учуявшие двойную, а то и тройную прибыль торговцы шныряли в толпе с лотками, предлагая свежие булочки с корицей, букетики фиалок, сахарную воду, орехи и леденцы. Вездесущие мальчишки, оборванные, грязные, задорно блестящие глазами, путались под ногами, продавали газеты, клянчили мелочь, а кое-кто и обшаривал карманы беспечных граждан.

Кристина поискала глазами Жанно, уверенная, что мелкий нахал не мог пропустить такое значимое событие, но его нигде не было. Не было и рыжего, купившего зеркало, на что Кристина втайне надеялась. Даже если госпожа Симон и госпожа Маршан не знали, кто это такой, через полчаса они бы выяснили все подробности его биографии.

– Едет, едет, – зашумели люди, стоявшие на широком мощеном проспекте. Кристина привстала на цыпочки, но увидела только золоченый верх закрытой кареты.

– Мы очень удачно стоим, – зашептала ей на ухо госпожа Симон. – Видишь вот этот дом, между ратушей и жандармерией? С красивой кованой оградой? Это и есть особняк герцога. Отсюда мы сможем разглядеть все в подробностях, когда они будут подниматься на крыльцо.

Кристина кивнула и вытянула шею, невольно захваченная общим азартом. Толпа меж тем начала раздаваться в стороны, прижимаясь к стенам.

– Какая красота, аж дух захватывает, – мечтательно прошептала госпожа Маршан.

Четверка вороных, запряженных попарно лошадей, увенчанных белыми плюмажами, шла ровно, высоко вскидывая колени, словно красуясь перед собравшимися. На козлах блестящей от обилия украшений кареты сидел суровый кучер в алой ливрее и белых перчатках. Два лакея в таких же ливреях, стоявшие на запятках, зорко следили, чтобы никто не подходил к карете слишком близко.

Следом за каретой тащились два закрытых возка, резных, как кровать господина Робера, явно набитых всем, что может понадобиться герцогу в городском доме.

Промаршировав до самого крыльца, лошади встали как вкопанные, красиво изогнув шеи. Один из лакеев спешно распахнул дверцу кареты, второй спустил небольшую, на три ступеньки, лесенку, после чего оба замерли в угодливых полупоклонах.

Первое, что бросилось Кристине в глаза – начищенные до зеркального блеска сапоги. Следом за ними из кареты показался и остальной герцог. Любитель жениться был невысок, узкоплеч, а нажитое непосильными трудами за обеденным столом пузо безуспешно утягивал корсетом. Волосы герцога были выкрашены в неестественно черный цвет, а зияющая на макушке залысина прикрыта длинной прядью. Налетающий порывами легкий ветерок прядь игриво шевелил, отчего от герцогской лысины разбегались в разные стороны веселые солнечные зайчики. Следом за ним из кареты выпорхнуло неземное создание, закутанное в шелка, вуали и несколько ниток жемчуга.

– Она или не она? – задумчиво вопросила за спиной у Кристины госпожа Симон.

Поднявшийся на крыльцо герцог окинул взглядом собравшихся поприветствовать его людей. Натренированный взгляд любителя хорошеньких женщин зашарил по лицам близ стоящих и вперился в Кристину. Герцог расплылся в масляной улыбке, подозвал лакея и что-то коротко ему приказал.

Невозмутимый лакей поклонился и двинулся сквозь толпу. Кристина сообразила, что сейчас ее начнут как минимум расспрашивать, кто она и откуда, а то и пригласят в гости, заметалась, спряталась за госпожу Симон, а потом принялась проталкиваться к ближайшему переулку.

На обратном пути она два раза сворачивала не туда, но в конце концов очутилась на знакомой улице возле конторы городского мага. Мечтая о том, как она сейчас запрет калитку, и не будет никого впускать, хоть лакея, хоть сам герцог в гости явись, Кристина быстрым шагом дошла до тихой улочки, на которой располагался ее постоялый двор и удивленно притормозила. От самого перекрестка было видно, что возле ее ворот стоит фургон с полосатым красно-желтым тентом.

На козлах фургона помещался представительный мужчина, в черном костюме и шляпе-котелке, с длинными напомаженными усами. Судя по костюму, он мог быть нотариусом, гробовщиком или бухгалтером, но полосатый фургон напрочь опровергал эти предположения.

– Вы к кому? – вырвалось у Кристина.

– Мы к вам, – сообщил ей кучер странного фургона. – Это ведь постоялый двор господина Робера?

– Он самый – признала Кристина. – Но если вам нужен господин Робер – ничем не могу помочь. Дядя скончался… м-м-м… недавно, в общем.

– Примите мои искренние соболезнования, – трагично проговорил ее собеседник. – Но, если я не ошибаюсь, вы продолжаете дело вашего дяди? Виктор, Гаспар, открывайте ворота! Заезжайте во двор, мы и так перегородили улицу. Надеюсь, у вас есть свободные комнаты?