Майя Малиновская – Пять новелл для принцессы (страница 73)

- Я запомнил. Брось, Арьес. Зачем в ночи пересказывать эту несуразную игру слов, - ответил Эйлифорим.

- Повтори, - мягко настаивал Арьес. - Или забыл?

Его стали просить процитировать слова певцов. Хвалили за цепкую память.

Эйлифорим помолчал и начал:

"В песне строки и припев.

В первых - путь, в последних - суть.

Солнце полдня греет спину.

Блеск меча не даст уснуть.

Брось дела, спеши скорей

К той, которую искать

Будешь ты по трем приметам,

А поведает об этом

Воин тот, что всех древней.

Строгий у девицы вид,

Но в душе она хранит

Милосердье и страдание,

Хоть о том не говорит.

Серым цветом гор одета,

Светлый волос с завитком,

Блещет красками рассвета

Ум под тонким ободком".

Тут командир смолк.

- Как же дальше? Забыл. Там было что-то главное. Важное. М-м-м. Не помню. Я не помню, - сокрушался Эйлифорим.

- Время не пришло. Главное на этот момент жизни ты помнишь, - заключил Арьес.

- Будем считать, что часть пророчеств исполнилась, - сказала Эл. - Не знаю, было ли в продолжении обозначено расставание. На этот раз я побуду оракулом и скажу, что мне пора.

Эл поднялась со своего места, отыскала Арьеса и шепнула ему:

- Проводи меня.

Служитель бесшумно поднялся и последовал за ней. Из темноты были слышны переговоры воинов, когда они стали едва различимы, Эл прикоснулась к ладони Арьеса.

- Постой минуту.

Бряцали металлические застежки, шуршала одежда. Арьес неподвижно ждал. К его груди прикоснулось что-то.

- Возьми это, спрячь в своих вещах, чтобы никто не видел. Вернешь при встрече.

- Что это?

- Моя куртка. Я не могу взять ее с собой. Поклянись сохранить, - прошептала она.

- Клянусь.

- Одолжи мне свой лиловый пояс, - попросила она.

Он исполнил просьбу.

- Я повяжу его правильным узлом.

Он легко обхватил ее талию, темнота не мешала ему совершать привычное действие, он завязывал пояса дочерям особенным женским узлом, то же самое он проделал с Эл.

- Возвращайся, - сказала она.

- Эл, это…

- Тс-с-с. Иди.

Арьес прижал к себе сверток, ощущая, что в него завернуто что-то небольшое и твердое. Он положил куртку в свою дорожную суму, она без труда там уместилась. Он ощущал волнение, для верности он решил не расставаться с сумой, пока поручение не будет исполнено.

Эл удалялась от места стоянки. Ей необходим сон. Тело устало, как после поднятия тяжестей.

- Мейхил, если ты не вернешься к остальным, я рассержусь, - сказала она в темноту.

Он возник рядом, схватив ее за руку.

- От тебя не скроешься, - разочарованно выдохнул он. - Возьми меня с собой. Тебе нужно отдыхать, а ты светишься в темноте. Я буду тебя охранять.

- Ты нужен там, и тебе важно быть там.

- Есть я там или меня нет - какая разница. Почему ты меня гонишь, что я сделал? Чем обидел?

Эл вспомнила поцелуй.

- Мне нужно побыть одной.

- Ты стремилась обзавестись компанией, теперь уходишь, - искренне недоумевал он.

- Ты полагаешь - я лгу? - возмутилась она.

- Ты что-то скрываешь, а виной тому я. Я чувствую. Эл, скажи мне, - попросил он.

- Я хочу отдохнуть. Я найду другой отряд на рассвете.

- Тогда почему я должен оставаться?

Эл шумно вздохнула.

- Ты питаешь ко мне чувства, на которые я не могу ответить. Не могу, не должна. Мейхил, меньше всего мне хочется тебя ранить. Других объяснений не жди от меня.

Он почувствовал, как она взяла его за кисть, потом вложила в нее что-то тяжелое. Ножны. Он стиснул их с волнением.

- Сбереги его. Не смей доставать, - пригрозила она.

Эл переменила тему, чтобы не дать ему опомниться, чтобы он не пустился в словесные излияния от переизбытка чувств.

- Ты пойдешь без оружия?

- Вы все единодушно решили, что я не должна сражаться. Пусть так и будет. Клянусь, что без крайней надобности я пальцем никого не трону.

- Я буду тревожиться…

- Не начинай. Не превращайся в занудного ребенка. Я нуждаюсь в одиночестве.

Он снова попытался ухватить ее, поймал темноту.