Майя Филатова – Сбитый ритм (СИ) (страница 9)
Ну что ж. Скоро закончат и уйдут, и я тоже отправлюсь восвояси. Главное, чтобы в провизионках хоть что-то осталось, а то мало ли, сколько по миру с монторпами плутать. А сейчас надо тихо смыться и пересидеть, пока не свалят…
И тут я увидела свой кинжал: он лежал на ящике сбоку от офицеров.
Боги! Куда собралась-то без Нарны, дура? Как через Зеркало пройду? Феррик убеждённо рассказывал, что даже самый чистокровный Зрячий не сможет воспользоваться Переходом, если не будет иметь с собой ключа, то есть кинжала-Нарны. «Бред», решила тогда я, но после того, как старик умудрился в мгновение ока засунуть меня в подпространственный мешок… да и вихри-лестницы в храме, когда полотно снимали, не каждый сделает… Глупо пренебрегать рассказами про ключ-кинжал. А возвращаться домой надо, и попытка только одна.
Я сваяла пространственный щит, который рассеивает внимание. В моём родном мире такая маскировка эффективна только в статике, а в Мерран её можно нести, словно простой, из металла и кожи. Но одновременно идти и сохранять «невидимость» оказалось нелегко.
Наконец, пальцы сомкнулись на рукояти. Я бросилась обратно. Зацепилась за ящик, больно задев рукой острый деревянный угол. Пальцы разжалась, кинжал со звоном отлетел далеко прочь.
Маскировка спала. Шаркнуло дерево, поднялись офицеры. Затих гомон голосов. Цокая языком, один из солдат подобрал мой кинжал. На лицах читалось удивление охотников, чья изжаренная добыча подала признаки жизни.
Я оглянулась. Отступать некуда. Подобралась, готовясь обороняться. Вот сейчас кинжал мне действительно нужен.
Повинуясь безмолвному крику, в ладонь легла витая рукоять.
***
Отец всегда говорил: дай только волю, и Кетания мгновенно отыщет приключения на любую часть тела. Видел бы он меня сейчас!
Всё. Хоть немного отдохнуть. Раненая нога, теперь уже другая, ныла, дыхание сбилось, сердце выскакивало из груди. Сжав кулаки, я лежала на спине и пыталась забыть, что стены вот-вот рухнут. Рухнут… ухнут…. Ух…
Эхо донесло крики. Чудненько. Выиграла немного времени, но огонь не вечен, да и ходов тут всего два. Ещё бы! Прорубать коридор в скалах — не соляные пещеры использовать. А ещё там своды нормальные, высокие. Здесь же… О-о-о…
Дыхание стало спокойней, но в ушах всё ещё шумело. Я приподнялась, тряхнула несколько раз головой. Так, а ведь дело вовсе не в усталости! Надо же, правильно свернула на развилке. Всё. Надо собраться с силами и идти на звук.
Ориентируясь по настойчивому «гу-у-у-у» и струям ледяного воздуха, смогла дохромать до нужного места. Склизкая решетка жалобно скрипнула. Светильник «почуял» движение, тусклый свет очертил небольшую пещеру и стену падающей воды. В нос ударил резкий навязчивый запах, что пропитал даже камень.
Однажды Феррик привел меня сюда — показать, откуда появляется баснословно дорогая для моего мира пища, которую в Мерран считали повседневной едой. Процедура называлась «рыбалка» и была проста до невозможности. Старая кадарга Двойка дергала кривой рычаг на стене. Вода окрашивалась слепящим всполохом между двумя металлическими шарами. Двое кадаргов-телят ждали внизу, растянув сеть поперёк маленького озерца. Когда сбитые рукотворной молнией белые туши падали вниз, оставалось собрать невод в узел и блоком втянуть его наверх, под водопад.
Неожиданно стало грустно. Какой жутко тесной казалась тогда пещера, и какой пустой стала она сейчас! Чешуйчатые полумесяцы рыб не бились о камни в предсмертной агонии, кадарги не задевали рогатыми головами потолок, старый монах не бранился высоким голосом, а я…
В коридоре мелькнули отблески факелов. Всё! Времени нет.
Несколько пролётов узкой лестницы — и я на берегу. Здесь по-прежнему лежали кверху дном две лодки. Я спустила одну из них в воду, залезла. Прячась от летящих болтов, легла на дно. Грести не было надобности: течение уже несло судёнышко к выходу из искусственной заводи.
Мелькнул каменный свод, отделявший заводь от «внешнего мира», открылось низкое облачное небо. Посудина стала неуправляемой. Её швыряло от берега к берегу, вверх, вниз, через пороги. Я села, вцепилась в борта. Хотела грести, но одно весло вырвало течением, другое расщепило о торчавшие из воды камни. Оставалось только держаться за скамью, переносить центр тяжести на нужную сторону, и молиться.
А потом лодка перевернулась.
От холода перехватило дыхание. В рот хлынула вода. Одежда тянула вниз. Онемевшие пальцы вцепились в крупный осколок лодки. Сколько выдержу? Пальцы заскользили по дереву, разжимаясь один за другим. Боги! В моём роду тысячу лет погибали от клинка на поле битвы, а я что, просто утону? Да, дома захлебнуться водой — почти то же, что расплавленным золотом… Но тут-то! Тут!
Толчок, скрип. Волна захлестнула голову. Еле вынырнув, поняла: осколок лодки застрял между камнями. Сквозь жгучую пелену в глазах разглядела пологий склон и тонкие гибкие стебли. Недалеко, буквально руку протянуть. Только бы выдержали! Только бы…
Царапая ладони, срывая ногти, я выползла на берег и отключилась, едва коснувшись щекой обжигающе холодных камней.
Интерлюдиия I. Архив Инквизиции. Центр
Адресату по табелю "413"
Лично/вне очереди
Регистрированный канал связи "4516"
Получено 61 дня Первого луча 257 цикла от Воссияния
приношу извинения за задержку с отчетом. Настоящим в срочном порядке докладываю, что 57 дня Первого луча 257 цикла от воссияния Апри, на отмели реки Ледяная в 19 кликах от поселения Макран (уничтожено болезнью) и в 7 кликах от заставы Редан (уничтожено болезнью), обнаружен находящийся в обморочном состоянии субъект женского пола в облачении послушницы, со знаками различия обители Тмирран. Осмотр дежурным лекарем показал наличие легких насильственных повреждений (поверхностное ножевое ранение в бедро), и незалеченной пневмонии с осложнением водоросолью сайн. Проверка по имеющейся базе, соответствий с жившими в местности не выявила. При медобработке объект издавал отдельные фразы, смысл отсутствует, наличествует нетипичный акцент. При субъекте обнаружены:
— Нательный диск Великого Апри, модель с дешифратором, сплав стали с меррилом, частично оплавлен, кровной связи с субъектом не имеет;
— Нарна, живая, подтверждена кровная связь (1 степени) с субъектом;
— Нашейный гербовый медальон, принадлежность изображения не установлена, обладает заметным информационным фоном, предположительно Цветной огонь без примесей, подтверждена кровная связь (1 степени) с субъектом;
Субъект помещен в лагерный госпиталь до прихода в себя и выяснения. Объекты изъяты по инициированному приказу, и взяты под наблюдение, их слепки сняты и будут высланы сразу при прибытии в живые территории. Установить связь с обителью Тмирран не удалось.
До поступления распоряжений, намереваюсь действовать согласно текущей легенде и ранее полученным сообщениям. Отчет по истекшему периоду будет направлен по корректировке и дополнению.
Да не омрачится лик Великого Апри.
Полевой сотрудник N724
Полевому сотруднику N724
Лично/вне очереди
Регистрированный канал связи "1645"
Направлено 65 дня Первого луча 257 цикла от Воссияния
Сообщение от 61 дня Первого луча 257 цикла от Воссияния получено и принято к сведению. Рекомендую взять субъект под особое наблюдение согласно Инструкции N483а/б. В отношении изъятого действовать по обстановке. Результаты исследования слепков будут высланы по получению. Жду отчет за истекший период.
Да не омрачится лик Великого Апри.
Адресат по табелю "413"
Аркан I. МАГ. Глава 4. Слово за слово
Во тьме извивались золотые нити. Во тьме горел Чёрный огонь. Во тьме не было меня. Только тьма. Потом появилась точка голубого света и сеть золотой паутины. Паутина ширилась, росла, внедрялась под кожу, в мясо, в нервы, в спинной мозг…
Я резко открыла глаза, задыхаясь от боли. Каждую косточку ломило, но особенно сильно болел крестец. Вдруг дыхание пропало. Следующий глоток воздуха пришёл со страшным кашлем, будто лёгкие решили выскочить наружу.
— Тише, тише, вот, — мне приподняли голову, начали поить горячим и невкусным, — тш-ш-ш…
Чашка опустела. Мир рухнул вбок. Глаза залепил сон — тяжёлый, долгий, с тошнотворными видениями. В ледяной воде плавали золотые глаза без зрачков, водоросли хватали за ноги, клинки резали тело. Раз за разом, раз за разом, до нового приступа кашля. И снова кровь на ладони, лекарство, сон, видения, кашель, лекарство — и далее по бесконечному кругу.
***
Лазарет, в котором я валялась — по ощущениям, вечность — располагался не в доме, а в шатре, поделенном на закутки кусками ткани. Жилище явно временное, но на кочевников не похоже: ни циновок, ни ковров, полно мебели. Самой настоящей мебели — кровати, стулья, столы, даже шкафчики…
Что за поселение? Кто меня лечит? Пока неясно. Вставать только начала, на улицу не выпускали. Лекарки между собой говорили мало, и все на местном наречии. Других пациентов не видела и почти не слышала — матерчатые стены на удивление хорошо гасили звук. От болезни и лекарств мысли путались, сутки напролет хотелось спать, так что пока молча наблюдала и прикидывала, когда и как покинуть гостеприимных хозяев.
Однажды утром меня разбудил настырный звон. Я разлепила глаза. Свет. Полосы. Светильник пролетел. Опять бабочки. Опять чешется, едринись оно ящ…