Майкл Стоун – Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает (страница 65)

Просторы океана кажутся более подходящими – возможно, идеальными – для исчезновения тела. Тем не менее, если не вскрыть брюшную полость, газы, образующиеся после смерти, заставят тело подняться, если оно не будет должным образом утяжелено.

Кроме того, даже если тело так и не будет найдено, косвенные улики могут быть настолько убедительными, что дадут основание для ареста и даже обвинительного приговора. Все эти моменты хорошо иллюстрирует нашумевшее дело Скотта Петерсона[876]. В канун Рождества 2002 года Скотт убил свою жену Ласи на восьмом месяце беременности и отвез ее тело в залив Сан-Франциско, где выбросил его в Тихий океан. Изучив информацию о приливах и отливах в интернете, он подгадал время так, чтобы тело смыло в океан, подальше от любопытных глаз и властей. За месяц до убийства Скотт завел роман с молодой женщиной по имени Эмбер Фрей, которой сказал, что не женат, а позже сообщил ей, что Ласи пропала. Некоторые считают его патологическим лжецом и психопатом по типу белого воротничка – у него была хорошая работа и отсутствовали случаи арестов и зарегистрированных правонарушений в прошлом. После исчезновения Ласи он сказал Эмбер, что уехал в Париж на деловую встречу, в то время как сам находился на берегу залива, где проверял изменение уровня воды. На вопрос Эмбер о том, почему на заднем плане слышатся звуки волн, он объяснил, что деловая встреча проходит на берегу Сены. И так далее. К этому времени, почти через месяц после исчезновения Ласи, полиция собрала достаточно доказательств – в том числе благодаря сотрудничеству Эмбер, которая записывала все свои разговоры с ним, чтобы арестовать его, даже в отсутствие тела… Точнее, двух тел: его жены и нерожденного мальчика. А затем, вопреки всем расчетам Скотта, оба тела выбросило на берег, и в них опознали Ласи и их мертвого сына. Признанный виновным, Скотт теперь содержится в камере смертников тюрьмы Сан-Квентин, что по факту означает пожизненное заключение без права на досрочное освобождение, так как в Калифорнии отменена смертная казнь.

Мы упоминали о случаях, когда тело было сброшено в океан, после чего так и не было обнаружено, однако убийца получил обвинительный приговор на основании убедительных косвенных доказательства[877]. Дело Петерсона во многом повторяет историю Чарльза Стюарта, убившего свою беременную жену. У обоих были выраженные психопатические черты, оба на момент убийства крутили роман с любовницами, однако их желание жениться на своих новых возлюбленных, при этом не будучи обремененными разводом и алиментами, не было главным мотивом в обоих преступлениях. Скорее эти убийства были продиктованы желанием избежать отцовства со всеми его ограничениями и обязательствами, в том числе финансовыми. Один из детективов, расследовавших дело Петерсона, заметил, что родительство было «якорем» для Скотта[878], то есть тяжелым, не дающим сдвинуться с места грузом.

Преследование подразумевает незаметное подкрадывание в качестве предварительного шага перед тем, как наброситься на объект своего желания. Именно так действуют представители семейства кошачьих, чтобы обеспечить себя ужином. У нашего вида имеется давняя история преследования, и степень его опасности может варьировать от безобидного до смертельного. Объектами преследования в любой из его многочисленных форм часто становятся люди, обладающие особыми преимуществами: красотой, богатством, властью, высоким социальным статусом, славой и известностью. Так, в первые годы правления королевы Виктории подросток, известный как Бой-Джонс, несколько раз пробирался во дворец, чтобы украсть нижнее белье королевы и посидеть немного на троне. Он не хотел причинить ей вреда, но некоторые меры предосторожности были необходимы, и его выдворили в Австралию[879].

Существует несколько классификаций преследователей. Пол Маллен и его коллеги различают отвергнутого преследователя, обиженного преследователя, парафильного преследователя (как в случаях вуайеризма, педофилии, фетишизма и телефонной скатологии), хищного преследователя, жаждущего близости и неумелого ухажера[880]. Преследователь отвергнутого типа, как правило, нарциссичен, чрезмерно зависим, обладает низкой самооценкой и выраженной собственнической и ревнивой натурой, как будто объект его любви – единственный в мире, кто способен сделать индивида счастливым. Обиженный преследователь – это тот, кто чувствует несправедливое отношение к себе обычно со стороны начальника или другого человека, занимающего более высокое положение, в связи с чем у него возникает желание дать отпор, зачастую посредством оскорбительных телефонных звонков, язвительных писем или чего похуже. Хищный преследователь, почти всегда мужского пола, выжидает удачного момента для нападения, обычно сексуального, собирая информацию о жертве и репетируя план нападения. Наглядным примером такого преследователя служит серийный убийца Деннис Редер[881]. Жаждущий близости преследователь стремится добиться отношений с помощью нежелательного внимания, звонков и слежки за жертвой. Преследователи этой категории обычно одиноки и недружелюбны, а также невосприимчивы к безразличию и отказам со стороны объектов любви. Они слепо верят, что их преследования однажды увенчаются успехом.

Разновидность жаждущего близости преследователя была описана столетия назад под разными заголовками: Melancholie Érotique (Жак Фернан, 1623), monomanie érotique (Жан-Этьен Доминик Эскироль, 1838) и erotischer Wahnsinn (Рихард фон Краффт-Эбинг, 1881). Часто говорят, что они проявляют «навязчивую любовь». Между тем люди, описанные французским психиатром Гаэтаном Гасьян де Клерамбо, почти все женского пола и зачастую имеют нездоровую психику и низкий социальный статус. Они убеждены, будто мужчины более высокого статуса сообщают о своей «любви» к ним с помощью скрытых знаков и сигналов. Одна пациентка, с которой мне как-то довелось работать, была убеждена, что если преподаватель, которым она восхищалась, задавал классу прочитать рассказ, который начинался с буквы Л, то это означало, что он втайне «любит» ее.

Многие преследователи, за исключением хищников, безобидны, хотя порой и вызывают крайнее раздражение и досаду.

В эпоху «нового зла» преследование с фатальными последствиями для жертвы стало повторяющимся явлением. Некоторые из жертв были знаменитостями, другие – обычными людьми, которые по той или иной причине приобрели особую значимость в глазах своих преследователей. Некоторые из этих преступников страдают сильнейшим психозом. Они, как правило, хуже всего поддаются лечению. В качестве примера нефатального случая можно привести шизофреническую женщину, которую однажды принимала психиатр доктор Дорин Орион[882]. Ошибка доктора Орион заключалась в том, что в разговоре с пациенткой она, как обычно, проявила доброту и сочувствие. Одинокая и без друзей, женщина восприняла это проявление обычной доброты как знак искренней привязанности доктора. Пациентка украдкой крутилась вокруг дома доктора, заглядывала в окна и так далее настолько часто, что доктор с мужем были вынуждены переехать из Аризоны в Колорадо, где ситуация повторилась, как только преследовательнице удалось раздобыть их новый адрес. Доктор Орион в итоге обратилась в суд. В конце концов она добилась определенного результата благодаря недавно принятым законам о преследовании, которые предусматривали даже лишение свободы на некоторый срок. На тот момент это было в новинку для судов, так как тот тип преследования, которому подвергалась доктор Орион, прежде никогда не приводил к длительным тюремным срокам. Ее пациентка была эротоманкой, психопаткой, которая до консультации с доктором Орион лечилась в психиатрической больнице. Из-за психотического компонента индивиды этого типа не способны осознать, насколько нежелательно их внимание – отсюда и неисправимое упорство. Доктор Орион так говорила о более распространенном типе преследователей: «Тот, кто был в отношениях с жертвой и не может отпустить ее. Эти люди чрезвычайно нарциссичны – если они чего-то хотят, то их не волнует, что их жертва этого не хочет»[883].

В одном громком деле, в котором важную роль сыграли эротомания (навязчивая любовь в сочетании с иррациональной верой в ее взаимность) и преследователь отвергнутого типа, описанный Малленом и его коллегами, Роберт Бардо из Аризоны зациклился на 21-летней модели и телеактрисе Ребекке Шеффер, звезде ситкома «Моя сестра Сэм», который выходил в эфир с 1986 по 1988 год[884]. Девятнадцатилетний Бардо посылал ей оскорбительные письма, а также предпринял несколько попыток навестить ее, когда она была в отъезде. Он даже соорудил в своем доме алтарь для поклонения Шеффер. В какой-то момент она – или ее секретарь – прислала ему свою фотографию с автографом, как это часто делают звезды для своих поклонников. Слово «фанат» здесь имеет зловещий оттенок: это сокращение от слова «фанатик», означающее не более чем увлечение какой-то знаменитостью. Оно не означает «сумасшедший», однако Бардо был хроническим психотиком, и присланная фотография была воспринята им как знак взаимности со стороны Шеффер. Это не вызвало проблем, пока Бардо случайно не увидел фильм, в котором Шеффер снималась в постельной сцене, в результате чего он почувствовал себя преданным и решил ее убить. Ему удалось узнать ее адрес в Лос-Анджелесе через департамент автотранспорта, он приехал в Лос-Анджелес, постучал в ее дверь и застрелил ее. Брадо арестовали, и сейчас он отбывает пожизненное заключение. Нездоровые чувства к знаменитостям он начал проявлять задолго до того, как зациклился на Шеффер. Прежде он испытывал навязчивую любовь к Мадонне, Тиффани и другим звездам. В тюрьме он стал рисовать портреты красивых киноактрис. Поведение убийцы соответствовало юридическому определению преследования: тот, кто умышленно и неоднократно следит за человеком или беспокоит его, создавая реальную угрозу безопасности этого человека. После дела Бардо Калифорния и другие штаты приняли более строгие законы против преследования[885]. Теперь, например, невозможно узнать чей-либо адрес через департамент автотранспорта.