Майкл Миллер – На крючке (страница 40)
Глава 18
Еще никогда история человечества не видела такого поспешного и неуважительно обыска трупов на поле боя. Ни разу. Ну ладно, как минимум в истории компьютерных игр.
Я прочесывал свой коридор рока подобно драге, скребущей по морскому дну. А на задворках разума тем временем маячил вопрос о целях Элли. Она снова затихла после нашей стычки в тронном зале – якобы чтобы сосредоточиться на передвижениях игроков.
Я не мог не заметить, что она разоралась именно в тот момент, когда я допрашивал Карла об истинных мотивах Азраила. Это и раньше был каверзный вопрос в разговорах с ней, а теперь я окончательно убедился, что творится что-то странное. Она явно знала больше, чем говорила, хотя я и не мог представить, почему она не может мне рассказать.
И все же я не сомневался, что мне она желает добра. Было бы очень просто меня убить, если бы она хотела именно этого, и мне даже не хватало смелости вообразить этот ужас. От одной мысли, что она бросит меня одного, сердце екало, а в животе кишки завязывались узлом.
Затем я тревожно сосредоточился на вопросе, когда Азраил и остатки его приспешников придут за мной. Ладно, Шэнкси – всего один человек, и поздняя добавка к команде, судя по всему. Но тут… Даже если не брать во внимание сообщение Карла, пропажа двадцати других игроков вряд ли пройдет незамеченной.
Отсюда спешка при обыске. Он занял всего пять минут – перебежки от тела к телу, тап на «Забрать все» как можно быстрее, не обращая внимания, что там попадает в инвентарь. Паузу я сделал, только обыскивая элитного жреца, которого подстрелил, чтобы заагрить стражу.
Обыскан Верховный жрец Велен уровень 50 элитный – 89 опыта
Та же высокоуровневая ткань, которую я ранее получил при обыске императора, и теперь у меня ее было 6 кусков. Может, я смогу скрафтить из нее что – нибудь крутое – хотя как я достигну нужного уровня Интеллекта, мне было неведомо. Если я выживу, можно и просто продать ткань на аукционе за кругленькую сумму. Так что, довольный этим подарком, я продолжал свой загул.
В разбитое окно пролились лучи бледного рассвета. Может, это был просто эффект плацебо, но почему – то дневной свет успокаивал. Я провел достаточно времени в темноте. Вместе с повышением настроения от такой богатой добычи я наслаждался редким моментом радости между паническими атаками.
Не считая того очевидного преимущества, что я убрал из уравнения нескольких вражеских игроков, самым крутым моментом была возможность обыскать их полностью, потому что я приложил руку к смерти каждого. Так я получал самые разные предметы плюс дропы для мусорщика. Когда я закончил, инвентарь трещал, а полоска опыта дошла почти до трети двенадцатого уровня.
Я как раз начинал подумывать сматывать удочки, когда снова ожил голос Элли.
– Как дела?
– Здесь закончил. Пора отфильтровать эту кучу добычи и раскидать очки. А еще, кажется, я что – то открыл на десятом уровне.
– Да, ты открыл выбор специализации своего класса и способность Починка. Это позволяет апгрейдить предметы, но мы можем это обсудить в более безопасном месте.
– Куда идти? Наверное, лучше всего будут подзе…
Я замер на полуслове. В поле зрения полезла очередная видеотрансляция. Только в этот раз она не была похожа на обычное шоу Азраила. В правом нижнем углу изображения мигали две маленькие иконки – динамик и камера. Азраил назначил мне двусторонний видеозвонок. И я не мог его закрыть.
– Зоран, тебе надо двигаться, – сказала Элли. – Три игрока выше сорокового уровня спускаются с вершины Башни и не останавливаются.
Мне не нужно было повторять дважды, и я направился к подземельям. Сообщение Азраила проигрывалось, пока я бежал.
Теперь вместо драматических облетов и плавных планов сцена тряслась, будто ее снимали на ручную камеру. И было темно – в объектив попала область в глубине Башни без окон. В тесную комнату сгоняли окровавленных воинов в латных доспехах. Всю мебель здесь сломали и сдвинули к стенам. Золотая инкрустация на голубоватом арморе обозначала, что это элитные члены Имперской стражи – хотя я не видел самого императора. Среди болезненных стонов НПС я слышал хриплое рычание и пронзительный скрежет, будто по битому стеклу скребли граблями.
После резкого поворота камеры я заметил источник этих безбожных звуков. Скелеты, зомбифицированные существа со свисающей тлеющей плотью и настоящий кошмар из склепа – создание из сшитых частей тел людей и животных, вынужденное пригнуться, чтобы не задевать тем, что у него сходило за голову, за потухшие люстры.
– Элли, что это такое?
– Это сшитый колосс. Способность вызова, которая дается за очень сложный классовый квест рыцаря смерти.
Азраил любезно задержал камеру на колоссе – чтобы убедиться, что я осознал всю беспомощность своего положения.
– Мы можем вступить в переговоры и обсудить условия? – произнес нервный голос.
Камера повернулась к императору Аврелию, стоящему на коленях в рваной мантии и с перекошенной короной.
– Но я уже озвучил условия, – сказал из – за камеры Азраил. – Ты дал мне слово.
Один из элитных паладинов поднялся на ноги. Его доспехи отличались от доспехов других воинов – поверхность металла покрывалась инкрустация из белого золота, а шлем, в котором он казался боевым ангелом, был собран из гибких полос.
– Не может быть никаких переговоров с нежитью. Мерзость должна быть изгнана, – свет закружился в его руке, сплетая ткань заклинания, – но скелет – воин прервал его, врезав по лицу костлявым локтем.
– Перестаньте, Реджинальд, – сказал Аврелий. – Я не желаю видеть, чтобы кто – то из вас был убит.
– Послушайте своего сопливого императора, – сказал Азраил. Он вышел из – за камеры – уже без маскировки паладина. Черно – красные пластины шипастой брони укрывали полусгнившую серую плоть. На месте икр проглядывали кости. Я еще не видел его лица, но узнал идеально лысую голову. Он припал на одно колено и мягко взял Аврелия за подбородок рукой, на которой половина пальцев были голыми костями.
– Сдайся и будешь жить, – мягко сказал Азраил.
Лицо Аврелия стало красным, как редька, а дыхание участилось.
– Я… Я сдаюсь.
Азраил любовно провел пальцем по щеке императора.
– Ты правильно усвоил урок.
Прежде чем встать, он с преувеличенной бережностью снял с головы Аврелия корону, а потом отбросил к сшитому колоссу. Огромное чудовище издало вой и наступило на нее.
Покончив с представлением, Азраил встал во весь рост и двинулся к двери, громко стуча костями. Камера поплыла за ним, следя за каждым движением. Оставив императора с его стражей, Азраил позволил миньонам – нежити собраться у себя за спиной. Других игроков на виду не было. В одиночку Азраил одолел столько элитных НПС или нет, это было не главным. Я видел, что он один стоит армии.
Камера наехала на лицо Азраила, как в трансляциях, только теперь это было его истинное лицо; смертельно – серое лицо скелета в шрамах. Из глубоких глазниц глядели огромные зеленые глаза в красных жилках – последний цветовой штрих в его жуткой аватаре.
– Здравствуй, Зоран.
Я замер, уже приготовившись спускаться вниз по лестнице. Потом подумал, вернулся чуть назад и встал перед непримечательной стеной, чтобы он не догадался, где я. Если он уже не знал этого.
– Отвечай, – сказал Азраил.
Я сглотнул. Если вчера противостоять толстому хозяину отеля было сложно, то теперь было в тысячу раз хуже. В горле застрял комок. На миг я позабыл все слова.
– Я знаю, что ты отлично меня слышишь.
Лишь после нескольких сознательных усилий я смог раскрыть рот.
– П-привет… козлина.
Он усмехнулся.
– Я слышал, что ты причинил неудобства моим воинам на нижних этажах. Если честно, я впечатлен. Интересно, не помогает ли тебе кто?
Он что, знал об Элли?
– Нет. Никакой помощи. Я сам такой крутой.
– Ну, разумеется. Крутой, но не самый умный. Тебе не стоило высовываться. Моя задача здесь слишком важна, чтобы ей мешали.
– Ставить под угрозу чужие жизни ради денег – это у нас теперь важно, что ли?
Он и бровью не повел.
– Остроумно использовать ресет НПС себе на пользу – но этот успех тебе не воспроизвести. Как ты только что видел, я взял в плен остальных, и они будут находиться под стражей. Я видел твой класс и уровень из видео, которое мне прислал Карл, так что я знаю, что ты не будешь атаковать в лоб. Доступ к арсеналу тебе отныне отрезан. Прими мой совет и не вмешивайся более. Я не желаю отнимать жизнь, но все же одна жизнишка – слишком малая цена в свете всех событий, – он поманил камеру пальцем и зашептал. – Сегодня неподходящий день для дурацкого героизма.
Звонок оборвался.
Я стоял ошарашенный, не зная, как к этому относиться.
– Вражеские игроки приближаются, – напомнила Элли.
Тряхнув головой, я двинулся по винтовой лестнице в подземелья. И продолжал идти, хотя шаг замедлялся по мере того, как меня охватывало ощущение грядущего поражения. Один только сшитый колосс казался непреодолимым.
– Когда они меня найдут?
– Я позабочусь о том, чтобы этого не случилось, – тут же ответила Элли. – Я знаю, где они, но они не знают, где будешь ты.
– Ладно, тогда я просто отсижусь, – сказал я, перепрыгивая через плиты – ловушки у основания лестничного колодца. – Не буду высовываться. Это с самого начала было безумным риском.