Майкл Грегер – Выжить в пандемию (страница 27)

Подобный сценарий повторялся всякий раз, как человек вторгался в заповедные, девственные леса. В Боливии мы открыли вирус Мачупо, ну или, точнее – вирус Мачупо открыл нас для себя, в Бразилии – вирус Сэбия, а вирус Гуанарито, как выяснилось, вызывает венесуэльскую геморрагическую лихорадку.

Вторжение в тропические леса Африки вообще стоило нам целого набора вирусов, вызывающих геморрагическую лихорадку, включая вирус Ласса, лихорадку долины Рифт и Эболу. По данным ВОЗ, все из появившегося десятка таких вирусов⁹¹⁶ являются зоонозными, перескочившими к нам от животных.⁹¹⁷ «Все эти зоонозные вирусы приверженцы философии “не тронь меня, и я не трону тебя”», – поясняла бывший редактор Nature.⁹¹⁸ Когда люди стали «все дальше оттеснять леса и разрабатывать землю под сельскохозяйственные угодья, создавая благоприятные условия и для вирусов, те обрели отличную возможность проникнуть в человеческую популяцию, размножиться и распространиться».⁹¹⁹

Радикальное вмешательство в лесную экосистему чревато опасностью – как случилось, например, в бассейне Амазонки или в лесах Коннектикута, где еще в 1975 году была впервые зарегистрирована болезнь Лайма. С тех пор она распространилась уже по всем пятидесяти штатам,⁹²⁰ поразив около ста тысяч американцев.⁹²¹ Болезнь Лайма, точнее вызывающие ее бактерии, передается при укусе клещей, живущих на оленях и мышах, с которыми люди издревле соседствовали в лесных зонах. Но с недавних пор добрососедство уступило место наступающему урбанизму. Делением леса просеками и секторами рабочие перепугали лис и рысей, которые сдерживали популяцию мышей. Экологи установили, что в лесных массивах в один-два акра нынешняя концентрация инфицированных клещей в семь раз превышает их количество до начала лесных работ на участках в десять-пятнадцать акров.⁹²²

Но африканские леса вырубались не для устройства вместо них полей для гольфа: транснациональные лесопромышленные корпорации прокладывали в джунглях дороги, вторгаясь вглубь континента. Устройство концессий в тропических лесах вызвало целую миграционную волну – множество людей хотели устроиться на коммерческие лесозаготовки. Основным же пропитанием для рабочих стала пойманная в тех же джунглях дичь.⁹²³ Среди прочего, сюда входят двадцать шесть видов приматов,⁹²⁴ включая тысячи особей охраняемых человекообразных – горилл и шимпанзе, – которых отстреливают, разделывают, коптят и сбывают на рынке.⁹²⁵ На поддержку лесоиндустрии⁹²⁶ поднялась наемная армия лесных добытчиков мяса, вытеснившая высших приматов на грань вымирания.⁹²⁷ «Компании, торгующие древесиной, даже сами вкладываются в рекламу мяса, – утверждает эксперт. – Оно и понятно: куда легче раздать людям винтовки, чем организовать сюда поставки говядины».⁹²⁸

Картофель фри можно есть сколько угодно, не опасаясь слечь с фитофторозом, – причина в том, что патогены-возбудители адаптировались к инфицированию растений, но не людей. Витки эволюционной спирали чрезвычайно широки. Употребление в пищу мяса животных, безусловно, отзывается для нас болезнями животных, однако практически универсальная табуированность каннибализма хорошо послужила людям, удерживая уже более адаптировавшиеся к человеку вирусы подальше от его ножей и вилок.⁹²⁹ Когда наконец был секвенирован геном шимпанзе, выяснилось, что человекообразные обезьяны являются родственниками человеку на более чем 95 % ДНК.⁹³⁰ «Дарвин не просто так эпатировал публику, заявляя, что мы происходим от обезьян. Его формулировка даже недостаточно радикальна, – говорит эксперт по приматологии. – Мы и есть самые что ни на есть обезьяны».⁹³¹ Подобно племенам каннибалов, употребляя в пищу себе подобных – наших собратьев-приматов, мы подвергаемся воздействию патогенов, уже достаточно тонко подстроенных к человеческой физиологии. К примеру, вспышки Эболы у людей связаны с тесным контактом с трупами зараженных человекообразных обезьян, которых убили ради мяса.⁹³² Впрочем, Эбола хоть и одна из самых смертоносных человеческих инфекций, но распространяется она не так успешно, как ВИЧ.

1981 год запомнился нам вступлением в должность избранного президента Рональда Рейгана, открытием телеканала MTV, повальной пакманоманией, выходом первой части Индианы Джонса («В поисках утраченного ковчега») и первым персональным компьютером IBM. Тогда в июне вышла очередная сводка ЦКЗ, состоящая лишь из девяти кратких параграфов, в числе которых упоминалось о пятерых мужчинах-геях из Лос-Анджелеса, скончавшихся со странным набором симптомов.⁹³³ Скромно начавшись, СПИД вскоре повел счет своих жертв на миллионы.⁹³⁴

Несомненно, ослабление сексуальных табу, банки переливания крови и небезопасные инъекции – все это способствовало распространению СПИДа. Но откуда взялся сам вирус? Ведущие ученые сходятся в том, что он появился вследствие «непосредственного воздействия крови и секреций животных в процессе охоты, разделывания и прочих действий (включая потребление непроваренного или непрожаренного зараженного мяса)».⁹³⁵ Итак, наиболее вероятным представляется следующий сценарий: в ходе лесозаготовок люди прорубались вглубь джунглей Западной экваториальной Африки, убивая шимпанзе, разделывая их и питаясь мясом.⁹³⁶

39 % половозрелого населения Ботсваны оказалось заражено ВИЧ. Есть немало стран, где свыше 15 % детей остались сиротами, поскольку от СПИДа скончались оба родителя. Так происходит и сегодня: каждую минуту от СПИДа в мире умирает один человек. Несмотря на существенный прорыв в лечении СПИДа, все попытки создать действенную вакцину заканчивались ничем по причине неконтролируемой мутационной активности ВИЧ. Кто-то когда-то съел шимпанзе, и в результате погибло уже тридцать миллионов человек.⁹³⁷

Вероятно, что индустрия, занятая промыслом лесной дичи, уже готовит на медленном огне новую спидопобоную эпидемию. Исследование образцов крови, взятых в одном из камерунских поселений, жители которого постоянно контактируют с биологическими жидкостями приматов, на которых охотятся, выявило у десятерых человек заражение вирусами приматов, до сих пор у людей не встречавшимися.⁹³⁸ «Проведенное нами исследование – первое, в котором четко доказывается, что ретровирусы могут активно передаваться людям», – заявил руководитель исследовательской команды.⁹³⁹ Статья, опубликованная в Lancet, оканчивается так: «Полученные результаты показывают наличие обезьяньего ретровирусного зооноза у людей, часто и близко контактирующих со свежим мясом приматов. Предполагается также, что подобные зоонозы куда более частотны и широко распространены у современных людей, чем считалось ранее».⁹⁴⁰ В том же номере Lancet в редакторской колонке шло напоминание, что зоонозные межвидовые инфекции являются «одной из главнейших угроз охране здоровья всего человечества».⁹⁴¹

Пока зоонозные заболевания вроде бешенства убивают около пятидесяти тысяч человек по миру в год,⁹⁴² люди становятся тупиковым носителем для вируса. С точки зрения глобальных последствий для здоровья населения планеты наибольшую угрозу представляют вирусы, которые умеют не только перескакивать от животных к людям, но и затем распространяться от одного к другому. Немногие ведь едят шимпанзе, но весьма многие занимаются сексом.

Агрессивный симбиоз

Ричард Престон писал в «Эпидемии»: «В некотором смысле Земля вырабатывает иммунную реакцию на человечество».⁹⁴³ Конечно, лейтмотив «мести джунглей» является довольно надуманным, ориентированным скорее на читательские эмоции, чем на строгую научную обоснованность. Но в современной науке существует эволюционная теория, обосновывающая смертоносность появляющихся инфекций.

Вирусы понимались учеными как высокоразвитые паразиты, «кормящиеся» от организма носителя и ничего ему взамен не дающие. Но такой взгляд постепенно меняется. Фрэнк Раян, британский исследователь, предлагает взамен концепцию «агрессивного симбиоза».[25] В противоположность паразитарным, когда один организм только извлекает выгоду из другого, симбиотические отношения в биологии характеризуются той или иной выгодой для обеих сторон. По-гречески συμβίωσις означает содружество, сожительство; παράσιτος же переводится как нахлебник.⁹⁴⁴ Классический пример симбиотических отношений – морской анемон и рыба-клоун: актинии предоставляют рыбкам защиту от крупных хищников среди своих жалящих щупалец, а те в благодарность заманивают в щупальца жертв помельче. Но не все симбиотические отношения такие.

На острове Борнео ротанговые пальмы также живут в симбиозе с некоторыми видами муравьев. Муравейник устроен прямо вокруг пальмы, и его обитатели питаются сахарным пальмовым соком. Когда какое-нибудь травоядное приближается, чтобы съесть сладких листьев, муравьи бросаются в атаку, защищая пальму.⁹⁴⁵ Раян проводит аналогию между подобным поведением, которое он, как говорилось выше, определяет как «агрессивный симбиоз», и образом действия зоонозных возбудителей заболеваний. Раян утверждает, что в случае с новыми заболеваниями животного происхождения животные сами оказываются пальмой, а вирусы – муравьями.

Возьмем вирус герпеса Herpesvirus saimiri. Судя по всему, он наладил симбиотические отношения с беличьими обезьянами, практически бесследно передаваясь от матери к потомству. Если же конкурентный вид – например, мартышки – посягнул на территорию, вирус перескакивает с родного вида на чужой и поражает вторженцев развивающимися раковыми опухолями. Таким образом, вирус оберегает среду обитания беличьих обезьян от набега вражеских видов приматов. В эволюционных интересах самих беличьих обезьян не пытаться избавиться от вируса, так что свободный от полицейского вмешательства иммунной системы вирус получает возможность спокойно реплицироваться. Другой вирус, Herpesvirus ateles, таким же образом защищает паукообразных обезьян, обитающих в южноамериканских джунглях, убивая буквально 100 % вторженцев-приматов, не обладающих к нему иммунитетом. Сами же паукообразные обезьяны передают потомству как вирус, так и иммунитет, выигрывая при этом и с той и с другой стороны. Такая «лесная иммунная система» защищает лесных обитателей от вторгнувшихся чужаков, даже если вторгнувшиеся – мы сами.⁹⁴⁶