Майкл Грегер – Выжить в пандемию (страница 26)
Как видно, где бы ни ступила нога европейца, смерть преследует туземца.
Профессор исследовательского Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Джаред Даймонд в книге «Ружья, микробы и сталь», за которую получил Пулитцеровскую премию, тщательно изучил сыгранную домашними животными роль в свете человеческой истории. В главе «Смертоносный дар домашних животных» он убедительно показывает, что болезни, которыми мы заразились в результате одомашнивания животных, возможно, имели большое значение для европейского завоевания Америки: тогда до 95 % коренного населения было выкошено чумой, занесенной на континент европейцами. Кроме того, туземцы никогда не сталкивались, а значит, не имели никакого иммунитета к таким заболеваниям, как туберкулез, оспа и корь. Аналогичные случаи можно обнаружить практически во всех частях света, когда какой-нибудь незадачливый миссионер, о том не подозревая, попросту уничтожал все объекты своего религиозного рвения, поднося им не святые, а «смертоносные дары», обретенные от одомашненных животных.883
Но почему же не наоборот? Почему болезни коренных американских народов не уничтожили высадившихся на континент европейцев? Да просто потому, что в Америке тогда не было никаких эпидемических заболеваний. Историки медицины полагали, что причиной высокого количества эпидемий в Евразии являлось «требование» массовых болезней относительно крупных и густонаселенных городов, а никак не крохотных, разбросанных по всему континенту индейских племен. Но это предположение оказалось ошибочным. Такие города Нового Света, как Теночтитлан, являлись в то время одними из крупнейших в мире.884
Причина, по которой чума не коснулась Америки, заключается в том, что там было гораздо меньше домашних стад. У кого-то были буйволы, но то были некрупные стада, и возможности для возникновения кори не представлялось. Не было свиней, а значит, не было и коклюша. Не было кур, значит, не было ни тифа, ни прочих птичьих болячек. Пока в Европе миллионы людей умирали от смертельных болезней вроде туберкулеза, в Новом Свете ничего подобного не происходило просто по причине отсутствия вблизи людей переносящих смертоносные болезни домашних животных вроде коз. Последний ледниковый период уничтожил большинство поддававшихся одомашниванию видов Западного полушария – американских верблюдов, лошадей и прочих, оставив коренному населению лишь лам и морских свинок, которых можно было кучно выращивать на мясо. Но ни тот ни другой вид, по всей видимости, не обладал серьезным потенциалом в плане эпидемий человеческих заболеваний.885
Чумные годы
По данным Смитсоновского института, история человечества знала три великих эпидемиологических перехода. Эпидемиология занимается изучением распространения эпидемических заболеваний. Итак, первая эра началась с приобретения заболеваний от одомашненных животных – например, кори или оспы. Огромные древние цивилизации пали жертвами заболеваний, зародившихся на скотном дворе.886
Вторая эра началась с промышленной революции XVIII–XIX столетий, вылившись в эпидемии так называемых болезней цивилизации. Сюда относится рак, заболевания сердечно-сосудистой системы, инсульт и диабет.887 На долю хронических заболеваний сейчас приходится семь из десяти смертей в Америке,888 равно как и во всем остальном мире.889 К счастью, эти болезни считаются «в значительной степени предотвратимыми» за счет изменений питания и образа жизни.890
Теперь же мы живем в третью эпоху человеческих заболеваний, начавшуюся около сорока лет назад. Она характеризуется появлением (или же повторным явлением) зоонозных заболеваний.891 Историки медицины предлагают терминологически определять период в несколько прошедших десятилетий как эпоху «появляющейся чумы».892 История медицины не знает другого подобного времени, когда бы появлялось столько новых заболеваний в такие краткие сроки, и тенденция все продолжается. Вполне возможно, вскоре нас накроет, считают в Национальной медицинской академии, настоящий «гибельный шторм микробных угроз».893
Мы знаем, что большинство новых заболеваний происходит от животных, но животные были одомашнены десять тысяч лет назад. Так почему же именно сейчас? Что конкретно повинно в этой нынешней вспышке появившихся и вновь явившихся зоонозных заболеваний?
С конца XX века медицина тщательно изучает возникающие заболевания в контексте экологии. По словам директора Национального центра эпидемиологии и здравоохранения Австралии, не следует удивляться теперешнему взрыву зоонозных заболеваний, памятуя о недавних изменениях в окружающей среде. «Подумаем с точки зрения экологии, – заявил он, – вирусы пытаются эволюционировать».894 Как растения или животные в дикой природе пытаются приспособиться к новым окружающим их условиям, чтобы иметь возможность распространить свой вид, вирусы также расширяют круг поисков, стараясь занять новые ниши. «Назовите любое новое инфекционное заболевание, – говорит исполнительный директор Консорциума консервационной медицины,[24] – и я тут же укажу вам на экологические факторы, привнесенные человеком, которые либо явились причиной появления болезни, либо же усугубили уже существовавшие».895 На память невольно приходит Пого из газетных комиксов, который говорил: «Мы столкнулись с врагом. Он – это мы».896
Два столетия тому назад первооткрыватель современных вакцин Эдвард Дженнер предположил, что виной всему – «все большее развращение человека от того, что изначально уготовано ему Природой, лишь указывает на то, что человек является неисчерпаемым источником всевозможных болезней».897 Наблюдение, надо заметить, не новое. Еще Плутарх во втором веке нашей эры отмечал, что вслед за крупными переменами в образе жизни общества являются и новые болезни.898 И то же относится к животному миру. «Что-то идет не так, – размышляет профессор Шортридж, – человеческая популяция разрослась неимоверно, мы все сильнее вторгаемся в царства животных, захватываем их среду обитания, вынуждаем их существовать в искусственной среде обитания».899
Как сообщил координатор ВОЗ по зоонозным заболеваниям, «ключевым фактором риска, влияющим на появление новых заболеваний, является экологическая деградация, вызванная действиями человека».900 Сюда относятся ухудшения окружающей среды, вызванные глобальным изменением климата, обезлесением и в целом, по определению ВОЗ, «индустриализацией и интенсификацией животноводства».901 Последнее – особенно важный фактор. Отчет по новым инфекционным заболеваниям за 2019 год показал, что большинство из тех, что передаются от животных к человеку, появились в результате выращивания животных для собственного пропитания.902 Впрочем, где есть чувство вины, там есть и проблеск надежды. Раз некоторые перемены смогли спровоцировать чуму, тогда другие смогут ее и предотвратить в будущем.903
Рукотворные болезни
СПИД: сплошная катастрофа
В 1933 году Альдо Леопольд, «отец-основатель экологической этики»904, заявил, что «реальными факторами, определяющими смертность от болезней, являются мир и его население, – и то и другое, по его словам, исцеляется ежедневно: во благо и во вред, ружьем ли, топором ли, огнем или же плугом».905 С момента написания этих строк с лица Земли пропало уже более половины тропических лесов.906 По данным ФАО, стремительное развитие животноводства является одним из двигателей уничтожения тропических джунглей, особенно в Центральной и Южной Америке.907 Подобная «гамбургеризация» дикого леса с нескольких разных сторон подготавливает почву для появления и распространения инфекционных заболеваний.
Москиты – переносчики заболеваний – предпочитают размножаться на просторе, не в густых зарослях, а в сильно прореженном лесу.908 Сплошная вырубка леса помогает и переносящим вирусы грызунам поживиться легкой добычей в виде обитавшей на деревьях живности. Когда же на расчищенную землю выгоняется на выпас скот, крупные теплокровные животные тут же становятся желанной пищей для переносчиков заболеваний – москитов и мух, которых со временем появляется столько, что они могут переключаться и на человечью кровь.909 Например, такое заболевание, как лихорадка долины Рифт, никогда бы даже и не постигла людей, если бы до того не укрепилась благодаря сельскохозяйственному скоту.910
То, что сначала в Индии приняли за масштабный очаг желтой лихорадки, оказалось новой клещевой инфекцией, от которой также массово погибали макаки. Болезнь назвали в честь недавно обезлесенного Киасанурского тропического леса – киасанурской лесной болезнью (КЛБ).911 На освободившиеся угодья был выпущен крупный рогатый скот – о лучших хозяевах клещи и не мечтали, тут же массово атаковав животных, передав с укусами вирус им. А затем уже заражались люди. Ежегодно регистрируется около тысячи смертельных случаев КЛБ.912
Пока лидеры мирового животноводства выясняли отношения на полях Второй мировой войны, Аргентина решила извлечь из ситуации пользу, нарастив поголовье скота за счет вырубки лесов на территории страны. Резко возросшая популяция полевых мышей немедленно отозвалась появлением смертоносного вируса Хунин, вызывающего аргентинскую геморрагическую лихорадку;913 примерно в трети всех случаев болезнь вызывает обширное желудочно-кишечное кровотечение, судороги, кому и смерть.914 На расчищаемой от леса земле фермеры оказывались будто на передовой, поскольку уборочная техника производила облака потенциально инфицированной пыли и аэрозольных кровяных брызг от раздавленных механизмом животных.915