Майк Торос – ОКА. Лунное зеркало (страница 3)

Глава 3. Молот и скальпель

Параллельно с расследованием Дариан инициировал организацию спасательной миссию – «Бета-3» – пилотируемый полёт на лунную базу русских, которая едва успев перейти под общее командование уже перестал выходить на связь. Состав экипажа не мог обойтись без военных… и потому глава агентства решил все же навестить их командира.

Поздним вечером, когда коридоры штаб-квартиры ОКА наконец опустели, Дариан решил встретиться с тем, кого считал наиболее опасной, но и, возможно, самой необходимой фигурой в агентстве.

Алан Д’Маркус Элиас уже ждал его в переговорной. Он сидел у большого окна, скрестив свои мощные руки на груди. Его массивная фигура занимала почти всё широкое кресло, а неровный шрам на лице отбрасывал зловещую тень под холодным светом неоновой лампы. В комнате пахло металлом и свежесваренным кофе – Алан всегда пил чёрный, горький, без сахара. Как и все остальное в его жизни.

Блэкридж вошёл, не сказав ни слова. Закрыл за собой тяжелую дверь, медленно подошёл к столу и сел напротив. Они посмотрели друг на друга. Один был похож на скальпель хирурга, другой – на молот кузнеца.

– Ты не спешишь поздравлять меня с назначением, Алан, – начал Дариан спокойным и ровным голосом.

– Ты не спешишь начинать войну, – низко и раскатисто проборматал Элиас.

На мгновение повисла тяжелая пауза. Затем Блэкридж кивнул:

– Мы оба знаем, что своего рода конфликт уже идёт. Просто пока в нем стреляют не пушки, а коды. Не ракеты, а договоры.

– И в такие моменты ты надеешься, что флаг и мораль удержат спутники на орбите? —Алан презрительно хмыкнул. – У нас под носом исчезает база. Китайцы копают лед на Ганимеде, а мы все еще пишем чертов устав.

Дариан посмотрел на него внимательно.

– Скажи прямо. Ты считаешь, что это дело рук Китая?

Алан пожал плечами:

– Неважно, кто. Важно, что нас проверяют. Проверяют на вшивость! Кто угодно мог это устроить, но бьюсь об заклад – это были китайцы! И если мы сейчас покажем слабость – они устроят нам не «Зарю-7», а закат всей нашей космической экспансии!

– Ты хочешь ответить силой?

– Я хочу показать им, что у нас есть зубы, – его голос стал тише, но опасней и резче. – Пусть боятся! Пусть даже те, кто подписывал с нами протоколы, поймут: космос больше не беззубый рай для экспериментов. Это гладиаторская арена! Кто слаб и не решителен – навсегда выбывает.

Блэкридж долго молчал, устремив взгляд в темноту за окном. Потом заговорил так тихо, что даже система записи переговоров едва уловила его слова:

– У страха короткий срок годности, Алан. Побеждают не те, кого боятся. А те, кому доверяют!

– Доверяют? – хрипло усмехнулся Элиас. – В 2045 мы доверяли нашим автоматизированным системам – и они сожгли станцию на орбите Титана. В 2047 мы доверились нашим так называемым «союзникам», и чертежи двигателя «Аргон» были украдены. Доверие – это иллюзия. Страх —валюта! И я прекрасно умею ее тратить.

Дариан наклонился вперед. Его голос стал тверже:

– Я ведь тоже поддержал тебя Элиас. На одной только поддержке русских тебя б не избрали в Совет. Ты знаешь это! Тут, в агенстве, тебя многие недолюбливают. Я проголосовал за тебя не потому, что доверяю. А потому что знаю – ты такой же, как я. Мы оба делаем то, что должны!

– Ошибаешься, мы с тобой абсолютно разные! – усмехнулся Элиас. – Но, в одном ты прав – я действительно делаю то, что должен. Поэтому я отправлю туда свой десантный корабль. С твоего позволения или нет. Кто-то должен прикрывать задницы наших спасателей! Если что-то пойдёт не так и они не выйдут на связь на 7й день выполнения миссии – мои люди разнесут ее в клочья!

– Знай, если ты хоть раз переступишь ту черту, за которой ОКА станет инструментом террора, а не прогресса – я сам тебя остановлю. Даже если для этого придётся выйти в вакуум!

Их взгляды столкнулись – и в этой тишине, напряжённой, как поле между двумя магнитами, родилось молчаливое согласие.

– Мне нужен боевой офицер, Алан. Генерал, которого все уважают, даже конкуренты за пределами нашей страны. Но не палач!

– Мне нужен толковый командующий, Дариан. Но не святой! – он сложил свои массивные руки, скрестив, на стол и облокотился на них своей не менее массивной фигурой.

Они кивнули почти одновременно.

Перед тем как покинуть кабинет, Элиас остановился в дверях:

– Завтра утром ты получишь моего человека для миссии на Луну. Но предупреждаю – это будет не тот, кто умеет только чинить кабели.

– Я согласую в список лишь тех, кто способен напоминать, ради чего мы летим, – отрезал Дариан.

Когда он остался один, он вновь посмотрел на свои руки. На кольцо. На его бесконечно тёмную глубину.

"Кто бы ни стоял за всем этим… он не один. И он внутри этой чертовой базы."

Дариан знал: это была не просто авария. Это был вызов. И теперь он – Блэкридж – должен был на это ответить. И чтобы он не предпринял – история это запомнит.

Глава 4.

Холодный консилиум

В кабинете Дариана было темно, несмотря на то, что за окнами уже пробивались первые слабые лучи рассвета. В темноте ему думалось лучше. Внутри – только матовый свет лампы и полутень, окутывавшая углы комнаты. Он не спал всю ночь и сейчас стоял у длинного дубового стола погруженный глубоко в свои мысли, зажав в руке керамическую чашку с черным кофе, почти не остывшим. Когда за дверью раздался глухой стук, он не обернулся.

– Войдите, – произнёс он усталым голосом, ожидая увидеть там своего заместителя.

Дверь плавно открылась, и в дверном проеме появился Алан Д'Маркус Элиас. Он был весь в черном. Костюм военного покроя сидел на нем как броня. Он вошел, не спеша, с тем спокойствием, которое вырабатывается только после десятилетий среди угроз и приказов. Их взгляды встретились в полутьме.

– Тебе стоило бы отдыхать, Блэкридж, – произнёс Элиас негромко, но твёрдо. – Ты только принял пост. А уже загружаешь себя до седьмого пота!

– А ты, похоже, тоже не собираешься уходить на покой, – отозвался Дариан и наконец полностью повернул к нему свой корпус. – Даже когда речь идёт о деликатной миссии на Луне.

Элиас пожал плечами.

– На Луне пропали люди. Учёные. Это понятно. Но база – это также и важнейший стратегический узел! Я считаю, что Китай захватил базу и готовится нанести удар по нашим колониям на Марсе, если мы их не опередим. Это данные разведки, которые я получил несколько часов назад, – он положил бумагу на стол, придавив ладонью, – Их миссия «Хэйшэн-4» находилась на пересекающейся траектории за 72 часа до инцидента. У них были технические возможности… и, главное, мотивы. Наша база на Луне давно заброшена и давно использовалась лишь как склад для переброски срочных грузов на Марс. База русских функционировала до последнего момента и на ней было много полезного оборудования. Её можно было бы эффективно использовать на случай войны! Без неё мы уязвимы. А когда кто-то бьёт по ключевой точке – это уже не просто научный инцидент. Это враждебный акт! Понимаешь?

– Ты хочешь эскалации?

– Я хочу, чтобы мы не выглядели слабаками. Ты же сам сказал в своей речи: «Мы не должны позволить, чтобы кто-то другой ставил флаг вместо нас». Я лишь напомню: флаг держат не дипломаты. Флаг держат те, кто умеет его защищать!

Блэкридж поставил чашку на стол и медленно подошёл к Элиасу, глядя прямо в глаза:

– Мы не отправим солдат без доказательств. Без подтверждённых данных. Мы проведем спасательную миссию, а не карательную. Я не позволю превратить мелкую лунную пыль в очередное поле боя. Не в мой срок!

– Ты все еще веришь в «мягкую силу», Дариан? А мир, в котором мы живем, больше не мягкий! Китайцы не будут ждать, пока ты завершишь расследование. Они продолжат захватывать стратегические и ресурсные узлы. Энцелад, Европа, Калипсо… Пока мы празднуем, они – проектируют. Пока мы пьем шампанское – они придумывают план, как стереть нашу колонию на Марсе – в порошок! С Луной они уже разобрались. Нас там больше нет! Наверное, нет… У меня большие сомнения, что там кто-то выжил и не был захвачен в плен.

– И именно поэтому мы должны их копировать? Ты хочешь действовать такими методами?! Тогда мы уже проиграли. Мы отстали в технологиях. Но вместе с русскими у нас есть шанс их наверстать в течение ближайших несколько лет! Всё что нам нужно – это мир и затишье. Спокойное развитие мирных колоний и научных баз, а также совместная работа наших учёных.

– У нас больше нет ни мира, ни сраного затишья! Но мы ещё владеем крупнейшим флотом! Пусть и отстаём в скорости. Мы победим, если атакуем прямо сейчас! Пока ещё не стало совсем поздно. Я не позволю, чтобы нас выдавили из будущего. Не позволю, чтобы следы на грунте Европы поставил кто-то другой. Мы должны быть там сами! С решительностью забрать своё. Я не позволю, чтобы человек стал просто подписью под отчётом, в мире, где решения принимают без него. С этого дня всё изменится!

– Ты знаешь, Алан, – Дариан говорил спокойно, но с тяжестью в голосе, – чем отличается агрессия от решимости? Первая разрушает, вторая – открывает возможности. Ты предлагаешь первое.

– Один запоздалый ход – и мы теряем всё! Один промах или наглядная нерешительность – и китайцы пройдут мимо нас, не оглядываясь.

– Мы оба служили, – тихо произнёс Элиас, его голос почти превратился в шепот – Мы оба знаем, что иногда флаг приходится держать зубами.