Майк Омер – Долина снов (страница 8)

Она вздыхает:

– Потоки времени перепутались. Они текут в разные стороны, звезды сместились, предзнаменования истолкованы неправильно… – Ее руки дрожат.

Серана перестает метать ножи и поворачивается к ней:

– Что, прости?

Тана поднимает глаза от карт:

– Будущее в полной заднице. Неважно. Не отвлекайся. Все пропало, но мне нужно узнать больше.

Серана швыряет еще один нож. Тук.

– Серана, можно немного потише? Голова болит, – ворчу я.

– Потому что ты уже несколько месяцев нормально не высыпаешься, – отвечает Серана. – И нормально не ешь. Знаешь, что тебе нужно? Направить агрессию в правильное русло, как я.

Она протягивает мне рукоять ножа. Я неохотно берусь за нее. Серана показывает на пятно на полу у моей кровати:

– Встань здесь.

Я слишком устала, чтобы спорить, и подчиняюсь.

– Теперь представь, что твоя цель – лицо того, кого ты по-настоящему ненавидишь, – инструктирует она. – Представила кого-нибудь?

– Тарквина, – тут же реагирую я.

– Хорошо. Дерзай.

Передо мной почти наяву худое лицо, длинный нос, раздувающиеся ноздри. Тонкие губы. Стиснув зубы, я быстро швыряю ножи один за другим. Они попадают на пару футов ниже цели и со звоном отскакивают от каменной стены.

– Ты хорошо выпустила пар, – кивает Серана. – За исключением того, что нужно было целиться.

– Я целилась. Представила его рожу. – Я показываю на зазубрины в камне, куда попали ножи, прямо на уровне паха. – И попала.

Серана смотрит на меня с приоткрытым ртом:

– Точно… Что ж. Даже не знаю, удивляет это меня или тревожит.

– Эй, погодите, – зовет Тана со своей кровати. – Я что, спятила? Карты бессмысленны. Я смотрела на звезды, но небо в тучах, и ничего не видно.

– А хрустальный шар? – интересуется Серана.

– Ни в коем случае. Это пошлятина. Знаете, что мне нужно? Козьи потроха. В хороших потрохах реально можно увидеть будущее.

Мои брови взлетают вверх:

– Тана, если ты начнешь разбрасывать на кровати козьи потроха, клянусь, я переселюсь в другую комнату.

В дверь стучат, и я рада отвлечься. Козьи потроха… Она серьезно?

– Да? – откликаюсь я.

– Это я, – раздается низкий голос.

Дариус. Я спешу к двери и распахиваю ее.

Он улыбается на пороге, держа в руках поднос с ужином под серебряной крышкой, неторопливо входит, ставит поднос на стол и обнимает меня.

– Я соскучился по вам, дамы.

– Я думала, ты в Шотландии! – Я отступаю назад.

Серана тоже подходит и заключает Дариуса в крепкие медвежьи объятия.

– Серана, раздавишь! – пронзительно верещит он, отшатывается и прихорашивается. Подходит к кровати, наклоняется и чмокает Тану в щеку. – Я был в Шотландии. Меня послали сюда доложить командованию и раздобыть кое-какие припасы. Но я должен вернуться через два дня.

– И как там? – интересуется Серана.

Дариус хмурится:

– Скверно. Нас теснят. Не знаю, сколько еще продержимся. Поговаривают об отступлении в Ирландию. Даже боятся, что Оберон прорвет магическую защиту Камелота и разрушит Башню Авалона. Пророчество королевы Морганы может сбыться еще при нашей жизни.

В комнате повисает напряженная тишина, по коже пробегает озноб.

– Уверена, этого не будет, – заявляю я.

– Почему? – спрашивает Дариус.

Очень трудно хранить все в тайне от них. Я откашливаюсь, глядя на поднос:

– Просто надеюсь. Ты принес ужин?

– Ага. Не хотел есть в столовой. Там полно этих уродов из гребаного «Железного легиона».

– Они правда очень враждебны, да? – говорит Тана.

Дариус снимает крышку с подноса:

– И я принес кое-что еще.

Перед нами корзинка со свежими булочками, от которых идет пар, и тарелка с нарезкой из голубого сыра.

– Это стилтон?[3] – Серана уже тянет руку.

– Ого! – Тана вскакивает с кровати. – Стилтон почти так же хорош, как козьи потроха.

– Зря ты здесь торчишь, – замечаю я. – Занялась бы рекламой. «Стилтон: почти так же хорош, как козьи потроха».

Тана хватает тарелку и смотрит на нее:

– Я не ем сыр, но вижу в нем будущее. Особенно в таком спелом.

– Я только чуть-чуть попробую… – Серана берет ломтик и отправляет в рот.

– Серана! – Тана отодвигает тарелку. – Ты только что попробовала судьбу итальянских солдат.

Серана виновато таращится на нее:

– Прости.

Дариус протягивает ей булочку:

– Поешь хлеб.

Тана смотрит на сыр и уносит его к себе на кровать:

– Это как с картами. Войну нельзя выиграть здесь. Ее нужно выиграть в Броселианде. Но когда я пытаюсь найти путь туда, выпадает одна и та же фигура. Не понимаю, что это значит…

По моей спине бегут мурашки. Похоже, я знаю, кто это. Тот, кто провел века в одиночестве, в извращенных фантазиях о мести…

– Что за фигура? – спрашивает Дариус.

– В картах его называют Императором. – Тана переводит взгляд на меня. – Он был и в твоем гадании, помнишь?

– Наверное, это Оберон, – говорит Серана.

Тана качает головой: