Матс Страндберг – Последняя комета (страница 21)

– Да, – быстро отвечает Мария. – Я тоже не в восторге от них. Но мне в любом случае требовалось проверить то, что они говорили. – Она смотрит на меня. Стряхивает собачью шерсть со своего пиджака. – По их словам, ты тянул ее за руку.

– Мне не хотелось, чтобы она куда-то шла одна. Много всякого происходило в городе как раз тогда, и она… она была по-настоящему пьяна.

– Я понимаю, – говорит Мария. – Что вы делали потом?

– Мы пошли вниз по боковой улочке, которая называется… она еще ведет к железнодорожной станции…

– По Гамла кварнгатан?

– Точно. И мы встретили наших друзей, Элин и Аманду, о них я уже рассказывал. И Али и Хампуса. Они хотели, чтобы мы пошли с ними на вечеринку к Али.

– Вы так и сделали?

– Я пришел туда один.

– После того, как вы с Тильдой расстались?

Я киваю.

– Куда она собиралась?

– Я не знаю. Она хотела поговорить с кем-то, но не сказала с кем именно.

– И ты понятия не имеешь?

– Нет.

Мария наблюдает за мной, и внезапно я понимаю, что она не верит мне.

Ей известно что-то, о чем я не знаю.

Мне становится страшно. Страшно по-настоящему.

– Когда ты пришел на вечеринку?

– Я понятия не имею, сколько тогда было времени. Я бродил по городу и думал.

– Тебе не попался никто знакомый на пути?

Я качаю головой.

Мне нужно найти Тильду. Она должна рассказать, что с ней все нормально, и что она пребывала в полном здравии, когда я расстался с ней.

– Из-за чего вы ссорились на вечеринке в бассейне? – спрашивает Мария.

– Ссорились?

– Да. Ты сказал ей, что она пожалеет. Когда вы разговаривали в раздевалке. Припоминаешь?

– Да. Но я имел в виду не это, то есть что она пожалеет, речь шла о другом… Я имел в виду, что она…

Я сбиваюсь.

Озноб пробегает по спине, когда до меня доходит, что Мария и ее коллега тогда еще не вошли в раздевалку.

Там были Элин и Аманда.

Может, они уже разговаривали с Марией?

И именно поэтому никто сегодня не отвечает на мои послания?

Мысли роем кружатся в голове, все вокруг начинает плыть перед глазами.

Стина обнимает меня за спину. Ее рука кажется тяжелой. Мне становится труднее дышать. Я отворачиваюсь в сторону.

– Мы разговаривали о комете, – выдавливаю я из себя. – Я имел в виду, что она пожалеет, если не даст нам шанс, пока… пока не будет слишком поздно. Никто ведь не хочет провести в одиночестве оставшееся время, не так ли?

Такое чувство, словно я делаю все только хуже. Что-то меняется в комнате.

Мои ладони липкие от пота. Внезапно у меня возникает страстное желание вымыть их.

– Я был пьян, – говорю я. – Даже не знаю, о чем болтал.

– Пожалуй, ты злился на нее, поскольку она бросила тебя?

– Нет. Мне было грустно. Я скучал по ней.

– Скучал? Больше не делаешь этого?

Мысли смешиваются, сталкиваются между собой.

– Симон рассказывает о том, какие чувства он испытывал тогда, – говорит Стина холодным тоном. – Ты же спросила именно об этом.

– Она встречалась с другими парнями, – продолжает Мария, не сводя с меня взгляда. – Разве это не злило тебя?

Я машинально качаю головой.

– Даже когда ты застал ее в бассейне с другим парнем?

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я, прежде чем успеваю подумать.

Мария не отвечает. Но теперь мне понятно, что она разговаривала с нашими друзьями. Какими? И что они сказали?

Что думают?

И какое у них вообще мнение обо мне?

– Насколько я поняла, ты никак не мог смириться с тем, что ваши отношения закончились? – говорит Мария.

– Здесь ведь нет ничего странного, – вмешивается Стина. – У нас у всех была несчастная любовь когда-то.

– Естественно.

– Я считаю, тебе сейчас лучше уйти, – говорит Стина и встает. – Тебе лучше заняться поисками Тильды.

Мария вежливо улыбается, хотя это явно дается ей непросто. И я вижу по ней, что она уже приняла какое-то решение.

И внезапно я понимаю, что она сейчас скажет. Но это невозможно. Не укладывается в голове.

Мне хочется убежать прочь, прежде чем она произнесет эти страшные слова вслух. Пока я не услышу их, еще останется надежда.

Потом будет слишком поздно.

Мария открывает рот. Все мое тело напрягается, уже готовое к бегству. Но я не двигаюсь с места.

Папа пришел сегодня домой из больницы и все рассказал.

Она мертва.

Тильда мертва.

Я таращусь на эти слова и все равно не понимаю их.

Мы нашли тело Тильды сегодня утром, – говорит Мария.

– О, боже, – бормочет Стина и опускается на диван рядом со мной снова. – Боже.

Я ничего не говорю. Сижу словно парализованный, не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Даже грудная клетка не шевелится. Секунды идут. Мое тело разучилось дышать.