Матильда Старр – Я – твоя собственность (страница 20)

И даже сейчас, когда ради блага своей сестры я смирилась со своей печальной участью и даже нашла в ней некоторую приятность, я продолжала ненавидеть темных.

– Нет, этого не может быть, – повторяла я, кажется, не в первый раз. Слезы текли по щекам. – Я не хочу!.. Вы лжете… Вы нарочно…

Я пыталась вырваться, но Лаорр держал меня крепко, и мне ничего не оставалось, как разрыдаться у него на плече.

– Пожалуйста, – сказала я, когда слезы немного утихли, – отпустите…

Но он лишь сильнее прижал меня к себе.

– Прошу вас, я хочу побыть одна, – взмолилась я.

– Вот еще, – проговорил Лаорр, – никуда я вас не отпущу. Вы будете сидеть здесь, подле меня до тех пор, пока не согласитесь с тем, что быть темным – это не так уж и плохо.

– В таком случае я буду сидеть здесь целую вечность!

Я ненавидела темных всей душой. И от того, что я одна из них, ненависть никуда не делась. Теперь я ненавижу и себя тоже, и жалею, что все еще жива.

Хотя как раз это-то поправимо. Или уже нет.

Я повернулась к темному, заглянула ему в глаза и спросила очень серьезно, как-то особенно спросила, заранее зная, что ему придется мне ответить и он не сможет мне солгать. Откуда бралась эта уверенность, я бы не смогла сказать.

– А полукровки, – произносить это слово было неприятно, а уж знать, что оно относится ко мне неприятно вдвойне, – умирают после… после того как…

Я скользнула пальцами, мягко коснулась его внизу живота, и с удовольствием почувствовала, как он вздрогнул и втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы.

Лаорр не хотел отвечать, это было видно. Но сейчас не так уж и важно было, чего он хочет, а чего нет. Я знала, что он все сделает так, как нужно мне.

– Такая опасность есть, – ответил он. – Заранее сказать нельзя, не попытаешься – не узнаешь.

Хороший, честный ответ. Откуда я знаю, одним богам ведомо, но я знаю.

Взгляд упал на кольцо с алым камнем, которое лежало на туалетном столике. Странно, все остальные кольца-амулеты на нем, а это зачем-то снял. Впрочем, какая разница…

«Не попробуешь – не узнаешь?» Вот сейчас и выясним. Я потянулась губами к тому, кто почему-то стал мне дороже всего на свете, хоть и не имел на это никакого права, к тому, кто уже словно ножом пронзил мое сердце, отобрав у меня все, во что я верила, все, за что я держалась.

Надеюсь, у него получится закончить начатое и прекратить мое ставшее бессмысленным существование. И если мне очень повезет, совсем скоро на одну темную станет меньше.

– Так давай узнаем, – выдохнула я ему в губы.

Ловко перевернувшись, я оседлала его. Не дав ему времени хоть что-нибудь сделать, я склонилась к его губам и накрыла их самым страстным поцелуем, на который была способна. Твердый как жезл член скользнул по ложбинке между ягодиц. Это было приятно – куда приятнее, чем все, что у нас было раньше. Что ж, кажется, меня ждет восхитительная смерть… Я двинула бедрами раз, другой и не сдержала стона… Мы оба готовы, мне оставалось лишь правильно его направить. В некоторых вопросах неопытность – плохой союзник.

– Мирая, нет! – простонал Лаорр, и я вдруг поняла – он действительно не может противиться моему желанию. Как будто бы мы поменялись ролями, и теперь он – моя собственность. Это понимание нахлынуло разом. Я могу его заставить… Сломить его волю. Захватить в плен. Он будет испытывать желание, которому не сможет сопротивляться, страсть, которая заставит его схватить меня, сжать в объятиях, войти в меня, брать меня раз за разом – пока в его руках не останется бездыханное тело…

Внезапно в голове мелькнула мысль, от которой я похолодела… О боги, что со мной?! Вот буквально только что я собиралась сделать то, за что сама ненавидела темных… Обессиленная, я упала на подушки рядом с Лаорром. Плакать я больше не могла.

– И что теперь мне делать? – спросила я у него. Глупо. Ему-то откуда знать.

Неожиданно дверь приоткрылась и в комнату заглянул бледный как полотно управляющий. Ничего себе! Мне казалось, что входить в эти покои, когда у хозяина дама, ему точно не позволяется. Он едва-едва не застал весьма пикантную сцену. Впрочем, сцена и сейчас пикантна! Я схватила первое, что попалось под руку, кажется, какое-то покрывало, и натянула на себя. Но он на меня и не смотрел.

– Господин Лаорр, простите мое вторжение, но в замке посланник регента.

Похоже, это действительно было очень серьезно. По крайней мере, Лаорр не стал выговаривать слуге за его нахальство. Сказал лишь:

– Проведи его в приемную залу, я скоро буду.

– Он уже там, – склонил голову управляющий и скрылся за дверью.

Лаорр явно был всерьез обеспокоен, и это беспокойство отозвалось во мне необъяснимым страхом.

– Что-то случилось? – прошептала я едва слышно, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Боюсь, что да.

Он быстро оделся – не в обычную домашнюю одежду, а в другую – вычурную, увитую орденскими лентами.

– Будьте здесь. Лучше, чтобы он вас не видел. Я велю Сандре отвести вас в вашу комнату, когда это будет безопасно. Прошу вас, не делайте глупостей, а лучше вообще ничего не делайте. Все слишком серьезно. Оставьте мне хотя бы какой-то шанс вас защитить.

Почему-то мне вмиг расхотелось сводить счеты с жизнью. Видимо, потому что по глазам Лаорра, по перекошенному от страха лицу управляющего было видно: ей и без того грозит опасность.

Глава 31. Лаорр

Посланник регента ждал его в приемной. Отсутствие хозяина его ни капли не смущало – сидел, с комфортом развалившись в кресле и положив ногу на ногу. Когда Лаорр вошел, он даже не подумал приподняться, чтобы проявить элементарную учтивость.

Лаорр почувствовал лишь легкое раздражение. К наглости посыльных можно было и привыкнуть. Королевские прихвостни зачастую вели себя так, как будто бы они и есть молодой регент.

– Большая честь для меня, – с поклоном сказал Лаорр. Впрочем, по его тону наглец мог понять, что ему здесь не особенно-то и рады. – И чему же я обязан этой частью? – продолжил хозяин, хотя, по всем правилам, следовало бы предложить гостю с дороги хотя бы напитки.

– Его величество желает вас видеть, – небрежно бросил посланник.

Лаорр удивленно вскинул бровь, хотя вовсе не был удивлен. Король предпочитал все мало-мальски серьезные вопросы решать лично, так что его посланникам, как правило, доставалась роль возниц: доставить нужного человека ко двору, не передавая никаких сообщений.

– Когда же? – спросил Лаорр, хотя ответ уже знал.

– Прямо сейчас.

Долгие сборы не потребовались. Спустя каких-то полчаса Лаорр вместе со своим сопровождающим уже выходили со станции столицы. Еще полчаса – и были во дворце.

Но быстро встретиться с регентом не удалось. Несколько часов гость изнывал в приемной. Одна из любимых королевских штучек: вызвать для срочного разговора и заставить долго ждать. Лаорр не сомневался: гадкий мальчишка вовсе не занят сейчас государственными делами, скорее валяется на диване, почитывая развлекательную книжицу, или проводит время в обществе какой-нибудь очаровательной дамы.

А не зовет его нарочно, чтобы посидел и понервничал, считая, что с перепуганным собеседником договориться проще. И самое отвратительное, что сейчас он был прав. Никогда раньше Лаорр не испытывал такой отчаянной болезненной тревоги. Впрочем, никогда раньше он и не беспокоился ни о ком, кроме себя. Но к своей собственной жизни и судьбе он относился философски. К своей, но не в коем разе не к жизни Мираи.

Дверь отворилась. Кажется, регент, наконец, решил, что «промариновал» своего подданного достаточно, и Лаорра пригласили войти.

Регент обедал. Разумеется, своего визитера он не пригласил к трапезе. Есть за одним столом с королем – это право у рода Лаорра имелось. Но едва ли даже его предки могли этим правом пользоваться.

– Приветствую вас, ваше величество, – он почтительно поклонился.

На этот раз по-настоящему почтительно. Если с посланником можно было позволить себе дерзость, то сейчас она бы дорого обошлась. Не ему. Мирае.

– Что-то давно вы не радуете нас своими визитами, – улыбнулся регент.

Эта улыбка Лаорру не понравилась.

– Не хотел докучать вашему величеству. Понимаю, государственные дела.

– Ой ли, – регент недоверчиво покачал головой, запустил унизанную перстнями руку в вазу с фруктами и достал румяное яблоко. Да-да. Эти простолюдинские яблоки он с детства предпочитал всем экзотическим фруктам вместе взятым. – А может быть, дело в одной смазливой полукровке, что поселилась в вашем замке? На редкость любопытная история. Расскажите мне ее. Здесь такая тоска, ничего по-настоящему любопытного до меня не доходит. Исправьте эту несправедливость.

С этими словами регент с хрустом запустил зубы в сочный яблочный бок, а Лаорру с трудом удалось устоять на ногах. Значит, его тайна раскрыта, причем узнал о ней тот единственный, кто действительно в силах все испортить.

– О чем вы? – попытался он сделать вид, что не понял. В конце концов это может помочь хотя бы выиграть время.

– Ах, перестаньте, – отмахнулся регент. – Я устал от лжи. Мне лгут все, так избавьте хоть вы меня от этого. Так что эта девушка? Так ли она хороша, как о ней говорят?

– Она довольно мила, – уклончиво ответил Лаорр, стараясь, чтобы на его лице не отразились его истинные эмоции. Он был готов задушить венценосного негодяя голыми руками лишь за то, что тот посмел обсуждать ее и требовать оценок.