Матильда Старр – Ты – моя собственность (страница 17)

Я даже не уверена, что она меня толком услышала. Ей явно не терпелось поскорее оказаться вдали от королевских девиц и вдоволь налюбоваться подарком. Вот и прекрасно.

Как только горничная ушла из комнаты, я быстро переоделась, спрятала рыжие волосы, слишком яркую примету, под капор, сложила свои драгоценности в лиф, вытащила из-под подушки ключ, выглянула в коридор – там никого не было – и выскользнула из комнаты. Я шла торопливым шагом, почти бежала. Никто не обратит внимания на служанку, которая торопится явно по какому-то важному поручению.

Я почти не заплутала в коридорах, беспрепятственно выскочила из здания, перешла на нужную сторону, и сразу же нашла вход, который меня интересовал по приметному деревцу, что росло неподалеку. Я возликовала: насколько же просто все складывалось! Вот бы и дальше было бы так же… Огляделась по сторонам. И снова обнаружила, что никто на меня не смотрит, словно этот костюм, как волшебная шапка из сказки, делала меня невидимой для всех. Ключ повернулся в замочной скважине – подошел!

И дверь со скрипом приотворилась. Я ликовала. Прощайте, ваше величество! Прощайте навсегда! Резвитесь в компании своей Дарисы, или кем там решите ее заменить. Но меня рядом уже не будет.

Странно. От этой мысли почему-то слезы навернулись на глаза. Это еще почему? Мне нужно радоваться. Видимо, скоро женские дни…

Я юркнула в дверь, прошла несколько шагов… и чуть не упала, натолкнувшись на невидимую преграду. Это еще что такое? Я снова сделала шаг вперед – и снова словно уперлась в стекло. Вернее, во что-то мягкое и упругое, но такое же прозрачное, как стекло. Ну, конечно! Как я могла быть такой глупой. Неужели тайный переход из дворца будет защищен каким-нибудь жалким замком, который кто-нибудь посильнее меня запросто может даже сломать? Нет, на нем должна была стоять хорошая магическая защита, и она тут есть. Что же делать?..

27

Нет, это было невозможно, совершенно невозможно. Я стояла перед невидимой преградой и не знала, что делать. После всего вернуться в комнату так, будто бы ничего не произошло? Снова встретиться с королем? Нет! Я скорее бы согласилась умереть. Впрочем, кто знает, может быть именно это и произойдет, если я не придумаю, как пройти дальше. Меня наверняка уже хватились, а если еще не хватились, то вот-вот хватятся, и моя жизнь не будет стоить и ломаного гроша. Что говорят о врагах короля? Правильно.

О врагах короля известно только то, что они мертвы.

А я вполне могу попасть в эту категорию. Вряд ли воровство ключа от тайного хода и обман самого короля можно отнести к невинным шалостям.

Должен быть какой-то выход. Этот чертов служака, что открывает и закрывает здесь двери, он тоже не маг. Не темный. Он самый обычный человек. Но как-то же он убирает эту преграду? Впрочем, ответ пришел сам собой и не слишком меня порадовал: у человека может быть для этого какой-нибудь артефакт, и тогда убрать преграду не составит ни малейшего труда. Но у меня-то этого артефакта нет… У меня ничего нет, даже обычной палки или камня!

Я в отчаянии стукнула кулаками в пустоту, и пустота мягко спружинила, отбросив обратно мои руки. Я пришла в ярость и заколотила в невидимую стену:

– Убирайся! Чертова, чертова гадина, убирайся!

Я кричала, почти не боясь, что меня услышат. Терять уже было нечего.

– Убирайся же!

Я отступила на шаг и бросилась вперед, толкнулась в нее изо всех сил ладонями, навалившись всем телом… И кубарем полетела в пустоту! Упала, скатилась по бесчисленным ступенькам, больно ударяясь об их каменные ребра, и распласталась на ледяном полу. Все тело ныло от боли, словно на мне не осталось ни одного живого места, в голове плясали мутные круги и вспышки, мчались каруселью, сливаясь в пульсирующую тошнотой линию. Когда мир перестал раскачиваться, я осторожно открыла глаза и потрясенно моргнула, только тогда сообразив, что произошло. Вверх уходила крутая щербатая лестница, с которой я упала, едва не убившись. С другой стороны начинался темный тоннель, выложенный из грубо отесанных камней. И оттуда тянуло холодом и сыростью.

Каким-то непонятным образом я смогла преодолеть магическую преграду. Каким? Вряд ли стоило задумываться об этом сейчас. Раз уж судьба преподнесла мне такой подарок, грех им не воспользоваться – надо бежать. Я осторожно пошевелила руками и ногами. Вроде бы ничего не сломано, но правая лодыжка стрельнула острой болью – кажется, я ее подвернула. Я поднялась с пола и побрела вглубь тоннеля, опираясь рукой о стылую шершавую стену, прихрамывая и стараясь полегче наступать на пострадавшую ногу. Боль была резкой, хоть и терпимой. Но все-таки мне приходилось сдерживаться, чтобы не застонать. «Ничего, ерунда, справлюсь. Выдержу», – думала я, пытаясь передвигаться по полутемному коридору как можно скорее.

Тоннель петлял, извиваясь змеей, словно тот, кто строил этот подземный ход, был изрядно пьян или от кого-то прятался. Я шла уже довольно долго. Наверняка прошла полпути или даже больше. А может мне так показалось, потому что нога ныла все сильнее. Я присела и туго обвязала лодыжку носовым платком. Стало намного легче, и я даже повеселела, но когда поднялась и шагнула вперед – озадаченно замерла.

Тоннель разветвлялся на три, и я понятия не имела, в которую из трех совершенно одинаковых темных пастей нужно нырять. Эх, мне бы сейчас карты. Я почему-то не сомневалась: достав одну из колоды, я с легкостью нашла бы правильный путь. Но, увы, их со мной не было.

А если попробовать детскую считалочку? Вряд ли она поможет, но все-таки, хоть какой-то намек. «Раз, два, три, четыре, пять, мне нетрудно выбирать… Раз, два, три – это верно будешь ты!»

Все сошлось на правом ответвлении. Сейчас, когда выбор был сделан, оно показалось мне мрачнее и опаснее двух других. Но времени на сомнения не было. Времени вообще не было. Кто знает, сколько я тут брожу? Давно потеряла счет минутам. Там, наверху, изуродованный служака уже точно понял, что его ограбили. Думаю, у него не возникло ни тени сомнения, кто это сделал, а уж когда метнулись в мою комнату и обнаружили, что меня нет…Скорее всего и девушка-служанка заходила ко мне, чтобы убедиться, что у щедрой леди все в порядке. А, может, кто-нибудь, вот так же лениво глядя в окно, заметил, как я нырнула в эту дверь. Но, в принципе, даже если никто не видел, то украденный ключ и выпрошенное платье горничной говорят сами за себя.

Уверена, что погоня в пути. И она точно двигается куда быстрее, чем я. Представив вереницу натасканных на ловлю беглецов королевских гвардейцев, я вздрогнула от ужаса. Не хватало еще попасть в их лапы за два шага до свободы! Спасительный выход так близок! Надо просто перестать отчаянно трусить и шагнуть в выбранный тоннель. Куда б он ни шел – все равно ведет от дворца. А это именно то, что мне нужно.

Я храбро сделала шаг вперед и утонула в темноте. Теперь, чтобы идти дальше, мне приходилось буквально держаться за стену. Странно, когда Аманда вела меня во дворец, здесь было достаточно темно, но не до такой же степени! Или мне только казалось, потому что у Аманды была свеча.

Я шагнула еще раз, другой, третий… осмелев, зашагала быстрее, благо лодыжка, перетянутая платком, уже почти не ныла.

Когда глаза немного привыкли к темноте, я и вовсе смогла двигаться довольно споро. «Ну вот, все у меня получится», – радостно подумала я.

А в следующее мгновение что-то мягкое и сильное ухватило меня в душные объятия. И от этих объятий тело прошиб ледяной холод. От дикого ужаса волосы встали дыбом, сердце оборвалось, и стало нечем дышать. Я хотела закричать, вырваться, но не смогла даже пошевелиться. Нечто, завладевшее мной, парализовало меня, лишило воли и способности двигаться. Это точно не был человек, и вряд ли это был зверь. Какая-то почти неосязаемая тварь, в чьих душных объятиях я чувствовала, что очень быстро теряю силы, словно оно выпивало меня до дна.

28

Король сидел в библиотеке и уже в пятый раз перелистывал простенькое письмо. Ничего особенного, лишь поздравление с каким-то там официальным праздником, которое давно следовало подписать и отправить в соседнее королевство в целях укрепления межгосударственных связей, дружбы, доверия, сотрудничества и прочая, прочая, прочая…

Да вот только вникнуть в суть никак не получалось. Взгляд рассеянно блуждал по строчкам, никак не желая сосредоточиваться. Думал его величество совсем о другом, и мысли эти были невеселыми. Поводы для беспокойства сыпались как из рога изобилия.

Впрочем, так было всегда с тех пор, как старый король умер. Он оставил сыну не лучшее наследство, что бы там кто ни говорил: разворованная казна и целая толпа дармоедов, готовых запустить лапу в то, что осталось. И ему, тогда шестнадцатилетнему мальчишке, предстояло сделать то, что не удалось убеленному сединами папаше. Или проиграть.

Действовать приходилось жестко, порой даже слишком жестко. Но что делать, если желающих поживиться за казенный счет не убавлялось, хоть ты их трави. Каждый рвался поуправлять королевством, пока законный наследник слишком юн, чтобы стать официальным королем.

Король помнил это как сейчас. Шел четвертый день после гибели отца, и наместник уже запускал руки в казну по самые локти. И король чувствовал себя настолько беспомощным, насколько только может себя чувствовать мальчишка, которого втянули во взрослые игры.