Матильда Старр – Проданная невеста. Меня купил дракон (страница 4)

— Восемь тысяч! — выкрикнул барон, и голос у него дрожал от возбуждения.

— Восемь тысяч пятьсот, — спокойно сказал старик.

— Девять тысяч! — Барон краснел все больше. Пот стекал по его лицу ручьями.

— Десять тысяч, — невозмутимо ответил старик.

В зале повисла тишина. Десять тысяч золотых — это невероятные деньги. За такую сумму можно было купить небольшой город.

Барон открывал и закрывал рот, как рыба. Лицо у него стало пунцовым. Он явно достиг предела своих возможностей.

— Десять... — начал он хрипло, но осекся.

Старик терпеливо ждал. На его лице играла едва заметная улыбка — улыбка хищника, который знает, что победил.

— Десять тысяч, раз! — объявил распорядитель. В его голосе звучало восхищение — такой цены он явно не ожидал.

Глупо, но я посмотрела на двери — вдруг створки распахнутся, в зал ворвётся Адриан и спасёт меня? Но нет, он действительно предал. Все кончено. Меня купил этот жуткий старик, и я стану его женой. Буду рожать ему детей. Буду терпеть его прикосновения...

— Десять тысяч, два!

— Пятнадцать тысяч золотых! — Голос прозвучал от дальней стены. Четкий, спокойный и тихий. Все разом обернулись.

Глава 5

Я тоже повернулась туда, куда смотрели все остальные.

У входа в зал, рядом с колонной, стоял мужчина в темном плаще с глубоким капюшоном. Высокий — намного выше всех остальных в зале. Широкие плечи, прямая осанка. Плащ скрывал его фигуру, но даже так было видно — он тренированный воин. Лица под капюшоном разглядеть не удавалось. Только смутные очертания подбородка да блеск глаз в тени ткани.

Мужчины, которые секунду назад азартно сражались за меня золотом своих кошельков, вдруг замолчали. Кто-то попятился к стенам. Толстяк с лорнетом выронил его из дрожащих пальцев — стекло разбилось о мрамор со звоном. Седой герцог, который производил впечатление хозяина жизни, разом сник и поспешно отвернулся, словно боялся встретиться взглядом с незнакомцем.

Даже распорядитель, этот наглый торгаш, заметно занервничал. Он часто-часто моргал, голос сделался высоким, почти визгливым и дрожал, когда он произнес:

— Пят... пятнадцать тысяч золотых! Есть ли желающие дать больше? Пятнадцать тысяч раз!

В зале повисла мертвая тишина. Никто не решался поднять руку. Никто не хотел повысить ставку. И не только потому, что пятнадцать тысяч — это просто запредельная сумма. Они все до ужаса боялись человека в черном плаще.

Старик с холодными глазами, который еще минуту назад торжествовал свою победу, сейчас стоял бледный, точь-в-точь вампир из старых сказок. Он смотрел на незнакомца так, словно увидел саму смерть.

И эта перемена пугала.

Кто же он такой

— Пятнадцать тысяч два! — Голос распорядителя звучал неестественно высоко.

Барон Толлик просто сбежал. Развернулся и быстро затопал к боковому выходу, расталкивая толпу и даже не пытаясь соблюдать приличия. Жирный живот трясся при каждом шаге, а уж сколько было оттоптано ног, я даже и предположить не могу.

— Пятнадцать тысяч три! Продано! — с явным облегчением объявил распорядитель.

Я стояла в центре возвышения и не понимала, что происходит. Кто этот человек? Почему все его так боятся? И главное — теперь он мой... будущий муж?

— Можете вернуться к остальным, леди Элиана, — пробормотал распорядитель, не глядя мне в глаза. В его голосе кроме страха слышалось сочувствие? И от этого я совсем похолодела. — До конца торгов оставайтесь в зале.

Я на подгибающихся ногах пошла обратно за ширму.

Девушек, кто до сих пор ждал своей очереди было уже совсем мало — пять или шесть. Остальные уже знали свою участь, кто-то ей радовался, а кто-то пытался с нею смириться.

Похоже, и я из числа последних.

Как только я приблизилась, все они, и уже проданные, и ещё не проданные, бросились ко мне. Девушки, которые еще час назад были для меня чужими, сейчас обнимали меня, гладили по рукам, шептали утешения.

— Бедняжка, — всхлипнула казавшаяся невозмутимой брюнетка и вдруг ссутулилась. Гордость, с которой она держалась, куда-то исчезла, теперь в ее глазах была только жалость. — Бедная, бедная Элиана!

— Кто это был? — спросила я дрожащим голосом. — Кто меня купил?

Девушки переглянулись. Ни одна не хотела отвечать первой.

Наконец заговорила конопатая шатенка с яркими зелёными глазами:

— Это... это драконий князь.

— Какой князь? — не поняла я.

— Драконий князь Северных гор, — повторила она тихо.

Что?

Я почувствовала, как холод поднимается от ног к сердцу. Дракон? Да не может быть!

Никто и никогда не видел у нас драконов, зато слышали о них многое.

Они живут так далеко... В диких Северных горах, в древних крепостях. Иногда спускаются в человеческие земли, За добычей. За золотом. За девушками

Иногда попутно сжигая целые поселения.

О том, зачем драконам нужны девушки, тоже рассказывают разное. Кто-то говорит, что едят. Кто-то — что приносят в жертву своим богам. А кто-то, что драконам нужна человеческая кровь, чтобы их род не выродился. Что они держат девушек как... как племенных кобыл,

— Лучше бы тебе досталась кому-то из здешних, — вздохнула блеклая блондинка, усугубляя мой ужас. — Мой старик, например. Да, противный, обрюзгший, но хотя бы человек. Остались бы близко к дому, к отцу. А так... дракон увезет тебя туда, откуда возврата точно не будет.

Торги продолжались. Оставались последние три девушки, и их быстро разобрали местные дворяне. Все получили вполне человеческих мужей. Противных, старых, жестоких, но людей.

А я получила монстра.

Когда распорядитель объявил об окончании аукциона, я почувствовала себя приговоренной к смерти. Время вышло. Теперь я должна была идти к своему... владельцу.

Остальные девушки обнимали меня на прощание. Кто-то плакал, кто-то шептал молитвы за мою душу, кто-то давал бессмысленные советы вроде "держись" и "не сдавайся". Все прекрасно понимали — мы видимся в последний раз.

— Я буду молиться за тебя!

— И я!

— Мы все будем.

Воспользовавшись суетой в зале, я свернула в Музыкальную гостиную. Отец был там. Лицо у него было серым, глаза красными от слез, которые он пытался сдержать.

— Эли, — он обнял меня так крепко, что больно сдавило ребра. — Доченька моя...

Я вжалась ему в плечо. Все эмоции, которые я сдерживала во время аукциона, рвались наружу. Страх, отчаяние, ужас перед неизвестным будущим.

— Папа, я не хочу! — шептала я. — Я боюсь!

— Слушай меня внимательно. Главное сейчас — выиграть время. Уговори его позволить тебе переночевать дома. Сказать, что тебе нужно собрать вещи, попрощаться. Что ты не можете ехать в чем была во дворце.

— А потом?

— А потом мы сбежим. — Голос отца был тверд как сталь. — У меня есть план. Сегодня ночью мы сядем в карету и поедем к границе. У меня есть знакомый капитан, он переправит нас за море. Будем жить под чужими именами. Я не отдам тебя монстру, Эли. Лучше мы будем всю жизнь скитаться по чужим землям, но вместе.

Я кивнула, собирая остатки самообладания. План был отчаянный, почти безнадежный, но это был план. Это была хоть какая-то надежда.

Услышав шаги позади, я отстранилась от папы, обернулась — к нам приближался высокий мужчина в темном плаще. Тот самый, который купил меня.

Вблизи он выглядел еще более внушительно. Рост под два метра. Широкие плечи под плащом, прямая осанка и грация хищника.

Лица все еще не было видно из-за глубокого капюшона, но теперь я различала больше деталей. Угловатый подбородок. Плотно сжатые губы.

— Мы уезжаем прямо сейчас, — сказал он, даже не поздоровавшись.

Голос у него был низкий, глубокий, с едва уловимой хрипотцой.