Матильда Старр – Невольная ведьма. Инструкция для чайников (страница 29)

– Никого я не убивал, что я монстр, что ли?

– Не понимаю, а зачем тебе тогда домовые? Столько? Куда ты их деваешь, что с ними делаешь?

– Пойдем, покажу, – вздохнул Роберт, взял длинный ключ и стал спускаться по лестнице.

Я последовала за них, попутно последними словами его ругая. Нашла же преступника. И зная, что он опасен, все равно тянусь с ним туда не знаю куда. Ну вот и скажите на милость, можно ли называть эту девушку умной? Нет, нельзя. И все же мне так хотелось верить Роберту, что я послушно топала за ним вниз по лестнице. Когда мы дошли до двери, ведущей в подвал, и я уже поняла, куда мы спускаемся, ситуация лучше не стала. Ну да, велика разница: идти за злодеем не знаю куда, или тащиться за ним же в темный подвал. С точки зрения безопасности, прямо скажем, один хрен.

Мы прошлись по суровому подвальному коридору. Сердце стучало птицей в клетке, явно желая выпорхнуть наружу. Может для того, чтобы поискать себе более разумную хозяйку.

Роберт открыл одну из дверей и жестом фокусника показал мне:

– Вот, полюбуйся.

И я полюбовалась. На аккуратных полочках, где обычно хранят заготовки на зиму и всякую ненужную ерунду, вплотную друг к другу лежали десятки домовых. Они заняли все подвальное помещение от пола до потолка. А поскольку их маленькие мохнатые тела не шевелились, не шумели и не проказничали, я на секунду подумала, что все они мертвы, и вскрикнула. И лишь потом поняла, что это был за странный звук. Домовые спали. Храпели, сопели дружным хором. Удивительно, но в одном из этих храпяще-сопящих существ я мигом опознала своего родного домового. Удивительно, потому что и свет был тусклым, да и домовые были изрядно похожи один на другого. Но видимо, свой он и есть свой. Так что я схватила сонное тельце и крепко прижала к себе.

– Этот мой, ясно? – воинственно сказала я Роберту. Вот только пусть попробует отобрать, я ему покажу, на что способна злющая ведьма.

Но он даже не пытался. Просто махнул рукой и закрыл подвальную дверь.

– И все равно не понимаю, зачем тебе толпа спящих домовых? Средство от бессонницы, что ли, для всего дома? Может ты объяснишь мне, что происходит.

– Объясню, что уж теперь, – он посмотрел на часы. – Только давай быстрее, а то Маринка скоро с работы придет. И если можно, поднимемся в квартиру. Жутковатое место, как ни крути.

Вот тут я была с ним полностью согласна. Торчать в подвале мне тоже не хотелось, так что мы вернулись в квартиру. На этот раз Роберт даже предложил мне войти и угостил чаем.

Я уселась за стол, аккуратно пристроила домового на коленях. Это было не сложнее, чем уложить спящего кота. И строго велела нашему злодею:

– Ну, рассказывай.

– Понимаешь, Маринка… Нравится она мне очень.

Это я как раз понимала, но ясности в историю с домовыми это заявление все еще не вносило.

– Ну и мне хотелось устроить для нее уют, вкусняшки там всякие. Ты себе не представляешь, в каком она восторге каждый раз, когда я что-то готовлю. Ну и когда дома уют и порядок, и все такое…

Это как раз я тоже понимала. Если бы мне кто-нибудь готовил всякие вкусняшки, да еще и уют с порядком в доме устраивал, я бы на него такими восторженными глазами смотрела, Маринке и не снилось.

– Но ты же вроде хорошо готовишь, и все остальное у тебя получается…

Вот уж от кого я не ожидала такого рода жалоб!

– Да ни черта у меня не получается, – признался Роберт. – Только яичницу и могу приготовить. И та или сгорит, или не дожарится.

Так, теперь я начинала кое-что понимать.

– А это заклинание, что я у бабки нашел, оно позволяет не только домовых приманивать, но и своей воле подчинять. На том листочке было написано, что правильным образом приманенный домовой не вредничает, не шалит, вещи не ворует, а наоборот, за уютом следит и все приказания выполняет. И приготовить там, и постирать. И пыль смахнуть.

– Надо же, – изумилась я.

И на какое-то мгновение в голове промелькнула предательская мыслишка: а ведь здорово же звучит: «уют, порядок, вкусная еда и никаких шалостей». Но я тут же себя одернула. Это ведь принуждение не хуже приворота. Мне-то, может, от всей этой красоты и было хорошо, а вот домовому вряд ли.

– Ну допустим, заставлял ты домовых на себя работать. Это, конечно, отвратительно, но зачем тебе столько? И как ты умудрился усыпить? И для чего?

– Я никак не умудрялся, это они сами, лентяи бессовестные. Нашли выход – день два поработают, а потом соображают, что дело плохо, и хлоп в спячку, и никак их не добудишься! Хоть в самое ухо кричи, хоть ледяной водой отливай!

Роберт наткнулся на мой возмущенный взгляд и, смутившись, замолчал. А мне пришлось приложить все усилия, чтобы не высказать ему все, что я об этом думаю. Ледяной водой! Изверг! Самого бы его ледяной водой спросонья окатить! Однако высказывать я не стала. В конце концов, подозреваемый дает показания – значит, надо внимательно слушать.

– Вот и пришлось устроить комнату для тихого часа, целый день этот чертов подвал разбирал. А как только один задрыхнет, сразу следующего звать. Некоторые два-три дня поработать успевали, некоторые уже к первому же вечеру соображали, что от трудовой повинности спасет только спячка. А один и вовсе моментом смекнул, что к чему. Только меня увидел, приказание выслушал – и сразу брыкнулся.

Я погладила домового по мохнатой голове. Роберт их вряд ли различает, а я вот не сомневалась: этот жутко сообразительный точно был мой!

Что ж, тайны раскрылись. А раскрывшись, оказались не мрачными, а просто неприятными. Впрочем, теперь у меня появились новые вопросы: во-первых, что сделать с домовыми, как их пробудить. А во-вторых, что делать с нашим злодеем.

– Значит так, – сказала я строго. – Того домового, который у тебя сейчас в неволе батрачит, немедленно отпусти. И практику эту свою порочную прекращай. Учитесь готовить на пару с Маринкой, или вон доставку заказывайте. Домработницу пригласите, в конце концов.

Роберт понуро кивнул.

– И в ближайшие дни не вздумай колдовать. Даже не пытайся. К нам тут инспекция едет.

При мысли о том, что завтра утром мне предстоит разговаривать с Илоной, сердце ухнуло куда-то вниз. Представляю, что она мне устроит. Ну да ладно, это будет завтра. А сегодня у меня еще дел куча.

Я сняла куртку, завернула в нее домового и оставила Роберта решать его проблемы самостоятельно. Только ключи от подвала забрала.

Глава 25

Дома я первым делом уложила домового в кресло. Под голову подложила маленькую подушечку, а сверху накрыла своим махровым халатом. Почему-то сразу вспомнилось, как в детстве играла в куклы. Действительно похоже, с той лишь разницей, что домовой никакая не кукла, а вполне себе живая душа, и душу эту неплохо бы пробудить. Черт с ним, пусть безобразничает, устраивает баталии с котами. В общем, отводит душу. Лишь бы не пропадал больше и не лежал вот так вот, без движения.

Мои коты сначала для приличия пошипели на спящего, видимо, по старой памяти. Помнят еще его «профилактику». Но потом успокоились, а к тому времени, как я отыскала в сумке телефон и набрала Демьена, уже устроились в том же кресле, согревая нашего горемыку теплыми пушистыми боками. Взглянув на эту умилительную картинку, я почувствовала себя уставшей мамашей, которой наконец удалось уложить спать непослушную ребятню. Только вот та самая гипотетическая мамаша в этом месте вполне могла с облегчением выдохнуть и заняться своими делами. Мне же это счастье не грозило, одного из этих сонь следовало разбудить, и как можно скорее.

– Я же тебе сказал ложиться спать, а ты что? – раздался из трубки недовольный голос Демьена.

Ну да, ну да, я же совсем забыла, у меня здесь еще один командир появился.

– А я вон что… Я нашла нашего злодея. И домовых тоже нашла. В общем можешь не бояться, ничего Илона твоей зазнобе не сделает. И вообще никому не сделает. Ну разве что ему, но думаю, что и это можно как-то предотвратить. Да, именно предотвратить. Он же ничего страшного… И никакой демон ему не нужен. Это все ради уюта, ну еще вкусной еды. Блюда всякие…

Я уже и сама понимала, что мой рассказ получался чересчур сумбурным. Но обилие происшествий за последние два часа, кажется, нанесли некоторый урон моей способности изъясняться. Однако вопреки моим ожиданиям Демьен сказал коротко и серьезно:

– Ясно. Жди, сейчас приеду.

Я удивленно уставилась на телефон. Похоже, мой куратор и правда сверхчеловек. Уж не знаю, что ему могло быть ясно после моих не слишком внятных разъяснений. А я снова собиралась нарушить его инструкции. Он велел ждать. Неужели и правда рассчитывал, что я буду сидеть у окошка и смотреть, не появится ли из-за угла его роскошный автомобиль? Если так, то он ошибся. Были у меня дела и поважнее.

Я достала колдовскую книгу, нежно погладила ее по корешку и самым сладким голосом, на который только была способна, проговорила:

– Книжечка, миленькая, расскажи, пожалуйста, как разбудить домового, если он впал в спячку. Ты ведь знаешь что-то такое. Я уверена, что знаешь. Какой-нибудь простенький рецептик. Заговор там или зельице несложное.

Никогда еще я не обращалась к старухиной колдовской книге так сердечно. Может, потому что где-то в глубине души знала, каким будет ответ. В конце концов, я перестала канючить и раскрыла книгу на первой попавшейся странице, как обычно. Откровенно говоря, очень боялась, что ответ мне будет выдан трудночитаемым шрифтом и буквами, которые только и норовят, что расползтись перед глазами невразумительными пятнами. Но нет, ответ был дан четкий и понятный. Запись длиной в полтора листа извещала интересующихся, что «Если уж домовой решил уйти в спячку, то лучше его не трогать. Заклинания на этот случай, конечно, имеются, но разбуженный домовой – штука сердитая и непредсказуемая. Так что могут быть разрушения». И между делом сообщалось, что спячка домовых может длиться несколько дней, может месяц-другой, а может и вовсе растянуться на века. Тут уж зависит от того, в каком настроении и по какой причине домовой в эту спячку впал.