Матильда Старр – Невольная ведьма. Инструкция для чайников (страница 31)

Все это мне прекрасно удалось. Думаю, я уснула даже раньше, чем коснулась головой подушки. И почти тут же услышала знакомый скрип качалки. «Нет, только не это! Не сейчас! Не это! – мысленно взмолилась я. – Лучше пусть мне снятся цветочки, бабочки и розовые пони с единорогами. Или вообще ничего не снится. Хватит с меня приключений на сегодня».

Но вредная Ангелина не оставила мне шансов.

– Ну же, не притворяйся, что меня не замечаешь, – сварливо проскрипела она.

– Захочу и буду притворяться, – пробормотала я не открывая глаз. – Уходите, не до вас теперь.

– И что, даже не спросишь, как этих дармоедов разбудить? – мерзко хихикнула она.

Я вздохнула. Ну что ж, это аргумент. Тут даже я не поспорю. Пришлось открыть глаза и уставиться на старуху. Сегодня, похоже, она решила не продумывать в деталях антураж сна. Так и появилась в ванной комнате, где я улеглась от безысходности.

– А вы знаете? В книге у вас ничего такого нету. Наоборот, написано спать будут сколько хотят, а если разбудишь хоть одного, сразу разрушения приключатся. А мне эти разрушения ни к чему. Так что лучше пусть дрыхнут.

Старуха пожала плечами.

– Ну раз тебя все устраивает… Только вот с утра Илона нагрянет, ей это не понравится.

Я пожала плечами.

– Если ей не понравится, пусть она их и будит. В конце концов, это она у нас опытная ведьма, гроза всех невиновных. А мне и так нормально.

– И что, так и будешь в ванне спать? Так уже к утру спина заболит.

– Ничего, поболит и престанет, я молодая.

Уж не знаю почему я спорила со старухой, то ли потому что разозлилась на нее, явно ведь старая ведьма с самого начал знала кто виноват, но не подсказала, не намекнула, внучка своего прикрывала. А мы с Демьеном носись по всему городу, выясняй.

– Ну один день, допустим, и пройдет без последствий, – продолжала говорить старуха. – А если они сто лет спать будут, навсегда в ванную комнату переселишься?

– Вот еще завтра же попрошусь к Демьену переночевать. В гостиницу. А что, у меня уважительная причина здесь спать невозможно, а там глядишь все наладится. По крайний мере никаких девиц водить не будет, пока я там.

Кажется, в этом места аргументы у старухи закончились. Во всяком случае она обиженно замолчала и поджала губы.

– Ангелина Генриховна, – устало обратилась к ней я. – Прекращайте этот базар-вокзал, вы меня не обманете. Я же вижу, вам очень хочется, чтоб к приезду Илоны домовые проснулись. Вроде бы все отлично, и проблема решена. За внука беспокоитесь? Понимаю. Но уговаривать вас: «ой, расскажите» «ой помогите» не буду. Хотите, рассказывайте прямо сейчас, не хотите, выматывайтесь из моей ванной и дайте поспать.

Я демонстративно закрыла глаза и даже попыталась повернуться на другой бок. И разумеется, ударилась сразу коленкой, локтем и попой. Такая уж чудесная конструкция эта чугунная узенькая ванна. Но вместо того, чтобы взвыть от боли, я лишь крепко сжала зубы да получше зажмурилась, безошибочно угадав, что это единственный способ не торговаться со старухой до самого утра.

– Посмотрите вы на нее, какая догадливая! – сердито проворчала старуха. – Ладно, расскажу. Чтоб домовой проснулся быстро и в добром настроении, надо ему под голову положить конфетку.

– Конфетку? И только?

От удивления я подскочила в ванне и тут же была наказана за свою прыть. Ушибла вторую коленку, стороной локоть и разумеется, вторую сторону попы.

– Ну да, просто конфетку под голову. Домовой ее сразу же учует и безобразничать спросонок не будет.

– Это точно? – с подозрением спросила я.

– А с чего бы ему? Пока конфетку развернет, пока схомячит, уже и проснуться успеет. А от конфет у них настроение всегда повышается.

Вообще-то звучало вполне логично. Вернее, звучало бы, если не одна деталь.

– Что же вы этот чудесный способ в книге не описали, а нагнали туману. Мол, не трогай, не буди, разрушения будут сильные.

Старуха хихикнула.

– Да ты сама подумай, дуреха. Нормальный домовой, прежде чем в спячку удариться, под порог забьется или в щель какую. Это они могут. Вот и найди его, чтобы конфетку под голову сунуть. Они только потому и в истинном виде уснули, что остолоп этот, Борька мой, первым делом им приказывал не сбегать и не прятаться, а ослушаться не могли. Так что тут тебе, считай, повезло.

– Да ладно! Повезло! – воскликнула я. Действительно, как бы с ума не сойти от такого везения.

– Неблагодарная ты, Александра, – буркнула старуха. – И характер у тебя отвратительный. С таким характером ты мужика никогда…

Ох, как же мне хотелось запустить в ведьму шампунем или гелем для душа. Но вместо этого я ответила совершенно равнодушно, как будто бы ее слова меня ни капельки не задевали.

– Нормальный у меня характер, ведьминской. Нашу работу с другим не вывезешь.

– Это да, – неожиданно легко согласилась старуха. Кажется, впервые за долгое время нашего посмертного знакомства. – Работа у нас та еще. А мужики? Ну что мужики, если ему что не нравится, пусть катится колбаской. Их в мире еще вон сколько, выбирай не хочу.

Я с удивлением уставилась на старуху. Надо же, как заговорила. А ведь до этого плешь мне проела: «Упустишь красавчика. Хватай, бери, прячь, привораживай. А то упустишь».

Ангелина поймала мой изумленный взгляд и пожала плечами.

– А что, я тоже живой человек, могу и поменять мнение. Я считаю, что ты права. Плюнь на своего красавчика, свет клином на нем не сошелся.

Я так обалдела от этих ее речей, что даже не сообразила напомнить, что вообще-то она ни капельки не живой человек, а очень даже мертвый. А самое обидное, что именно сейчас, когда Ангелина признала, что свет клином ни на ком не сошелся, я вдруг отчетливо поняла, что для меня как раз таки и сошелся. И что мне до одури хочется, чтобы мой невыносимый куратор был невыносимым только для меня. И сегодня, и завтра, и потом. Чтобы смотрел иронично и говорил свои обидные шуточки только мне. До самой старости, пока смерть не разлучит нас.

– Ну ладно, пойду я. А ты не залеживайся, просыпайся. Дел у тебя еще полно. Илонка – чертов жаворонок, припрется, как всегда, на рассвете. Я, может, только поэтому в ковен дурацкий и не вернулась. Очень мне уж понравилось спать до обеда.

Ну вот, еще одна тайна раскрыта. И объяснение получилось весьма прозаическим.

Старуха особенно яростно скрипнула своим креслом и исчезла, а я тут же раскрыла глаза. Руки-ноги и попа ужасно болели, но, разумеется, не от ударов о стенки ванной. В конце концов, сон от яви я пока еще могу отличить. Просто ванна в принципе не самое удобное место для сна. С кряхтением и стонами я выбралась из ловушки, которую сама себе и устроила, и бормоча под нос то ли ругательство, то ли проклятие, побрела в кухню. Конфет у меня обнаружилось ровно три штуки. Этого было совершенно недостаточно. Я, конечно, не так здорово владею искусством арифметики, как Илона, но что три гораздо меньше сорока четырех – уж как-нибудь могу сообразить.

Глава 27

Своего собственного домового я решила будить в последнюю очередь. И вовсе не потому, что он свой, а до этого планировала «потренироваться на кошках». Просто представила, какой он поднимет крик, когда увидит в вверенной ему квартире все это безобразие. Нет уж, разбужу его, когда все остальные проснутся и разбегутся по своим объектам.

Дрожащими руками я сунула первую конфету под голову домовому, который лежал ближе к двери. Замерла и стала наблюдать. Рядом со мной расположились коты, уж не знаю зачем. Охранять решили, что ли. Но глазищи у них были сумасшедшие, а позы напряженные.

– Никого не трогать! – прошипела я.

И все же приготовилась выдирать проснувшегося домового из когтистых лап. О дисциплине у моих питомцев никакого понятия, следовало это признать.

Домовой зашевелился, цапнул конфету и начал ее разворачивать. Все это не открывая глаз. Затем, как и обещала старуха, справился с фантиком и набросился на угощение. И лишь потом открыл глаза.

– Ой, где это я?

Потом видимо вспомнил, что было до спячки, и посмотрел на меня недобро.

– А ты, значит, этому гаду помогаешь?

– Тебе я помогаю, дурында. Проснулся – отправляйся домой. Там без тебя небось уже краны текут и техника ломается.

– Техника? – домовой схватился за голову. – Только не техника! С ней же потом так намучаешься.

И не обращая на меня больше никакого внимания, он закружился на месте и исчез. А я с облегчением выдохнула: старухин метод работает, а значит все у меня получится.

Я достала вторую конфету и решительно сунула ее под голову следующему домовому. Не прошло и пяти минут, как конфет не осталось, а три домовых вернулись к исполнению своих прямых обязанностей. Ну что ж, кажется, у меня все получилось. Теперь всего-то и надо: вызвать такси, отправиться в единственный в нашем городке ночной магазин и прикупить там пробуждающего зелья, да побольше.

Сказано-сделано. Уже через полчаса я стояла перед прилавком и выбирала конфеты.

– Мне вот этих, в блестящих фантиках. Килограмма два, а лучше три.

– А ты уверена? – дородная продавщица смотрела на меня каким-то очень уж понимающим взглядом. – Может, подождешь до утра?

Я уставилась на нее изумленно. С чего бы это мне ждать до утра? Утром Илона приедет, там такого дождаться можно, что мало не покажется.

– К ночи часто сладенького хочется, особенно, когда на диете. Но если перетерпеть, к утру пройдет, – пояснила она.