Матильда Старр – Невольная ведьма. Инструкция для чайников (страница 26)
Ха-ха, так ему и надо.
Впрочем, не могу сказать, что я смогла от души порадоваться этому обстоятельству. Потому что мои мысли лишь поверхностно скользили по Демьену и его запутанной личной жизни.
Куда больше меня волновало то, что виновник еще не найден. Двое самых подозрительных типов оказались совсем не подозрительными. А троих оставшихся видеть в качестве злодеев, способных бессердечно расправиться с домовыми, да еще и призвать в мир жуткую бяку, я не хотела. Не желала, хоть убейся.
А главное, пока я болтала с Ариной, первый день, который Илона от щедрот выделила нам на расследование, уже подошел к вечеру. Приставать к старушкам в это время уже неловко, всем известно, они ложатся спать рано и просыпаются тоже рано.
Да и для допроса Роберта время неудачное. Маринка уже давно вернулась с работы и сейчас у них наверняка милый, почти семейный вечер с вкусной едой, уютным пледом, сериальчиком на двоих и поцелуями. Или что там еще делают счастливые пары при условии, что никакие посторонние личности не врываются в жизнь и не начинают допросы.
В общем, день выдался насыщенным и к сожалению, совершенно бесполезным.
Впрочем, сдаваться я не собиралась. У меня еще были планы на ночь. Так что я вернулась домой, покормила и погладила котов, подробно переказала им все свои проблемы, радуясь, что наконец-то меня кто-то слушает внимательно, не перебивает и радостно мурлыкает. А затем заварила мяту, сыпанув туда щепотку корицы. Следовало бы добавить побольше, но увы. Все коричные запасы я израсходовала в прошлый раз.
Сны с Ангелиной – вообще не самая приятная штука, а уж сегодня, ложась спать, я рассчитывала, что мне предстоит просмотреть форменный кошмар.
Сон и правда был похож на кошмар. Я очутилась в кромешной тьме и какое-то время ничего не видела, только слышала жуткий, размеренный скрип кресла-качалки. Знакомый до боли, в этот раз он был ужасен. Надвигался на меня со всех сторон, грозя оглушить. И тот факт, что старуху позвала в гости я сама, ни капли меня не успокаивал. Было страшно, жутко и хотелось проснуться. Но я сжала зубы. Ну уж нет. Проснешься, потом опять возись с мятой, а мне с этой «милой» пожилой дамой просто необходимо побеседовать. Тянуть разговор нельзя.
Наконец из темноты выехало кресло-качалка. Батюшки, какое же огромное! И старуха Ангелина сидела в нем такая же огромная, я едва доставала ей до колена. Невероятным усилием воли я загнала страх подальше и громко выкрикнула:
– Смеетесь, что ли? Я в фильмах ужасов и не такое видела. А тут хоть в каждый угол чертей понапихайте, не испугаюсь. Я-то знаю, что это сон.
– И незачем так орать, – тихо сказала старуха, мгновенно уменьшившись до нормальных размеров.
Она почесала уши.
– Аж заложило, звонкая ты наша.
– Доброй ночи, – миролюбиво сказала я.
– Значит так, Александра. Еще раз проделаешь этот фокус с мятой, я тебе на месяц вперед кошмары обеспечу. А еще лучше бессонницу.
– Но у меня экстренная ситуация. Илона обещает всех пятерых колдунов изничтожить. Надо срочно найти того одного, виноватого. А я знаю, вы можете помочь. Жалко же людей.
– Тебе жалко, ты и разбирайся, – Ангелина была непреклонна.
Да что ж это такое с ней! Раньше хоть как-то что-то подсказывала. Похоже, мои фокусы с мятой разозлили ее куда больше, чем я могла предположить.
– И между прочим, я ведь и вашего внука спасти пытаюсь. И подружку вашу старинную. Остальных вам может и не жалко. Но эти-то не чужие люди.
– Спасти, надо же! Спасательница нашлась, – буркнула старуха и исчезла вместе с креслом, оставив меня в кромешной темноте одну.
Тут бы мне и проснуться пора было, да где там. Пришлось до рассвета сидеть в темноте и думать, думать, думать. Только вот перспективы нашего расследования виделись мне такими же темными, как и пустота, в которой я оказалась. Ничего толкового в голову так и не пришло.
Глава 22
Следующее утро началось с паники. Тревога, захватившая мой организм еще во время сна, не дала долго валяться в кровати. Проснувшись спозаранку, я долго металась по квартире, не зная с чего начать. Дел было так много, что я никак не могла выбрать, за какое ухватиться. Приближающийся дедлайн нашей с Демьеном работы висел надо мной как Дамоклов меч. А кто способен мыслить рационально, когда ему в темечко направлено отточенное острие?
Возможно, я так и металась бы в раздумьях, берясь то заодно, то сразу же за другое и не делая в итоге ничего полезного. Но все сложилось самой собой. Конец моим попыткам разорваться между всем на свете принес звонок в дверь. Распахнув ее, я увидела баб Веру и Анфису Ивановну. Совершенно одинаково сощурившись, старушки принялись беспардонно меня рассматривать.
– Ну вот, я же тебе говорила, она всю ночь не спала, – сказала, наконец, моя соседка, толкнув в бок свою новую подругу. – Ты только глянь, какие грандиозные мешки под глазами.
– Совершенно верно, – с видом светила медицины кивнула та. – Очень бледный вид. И истощенный… Неужто на диете сидишь? Ты это брось, Александра!
Я рассмеялась. Вот уж чем никогда не страдала!
– У меня особая диета: утром – настойка оптимизма, днём – салат из свежих надежд, вечером – чай с листьями спокойствия. И ни грамма сомнений перед сном! – бодро отрапортовала я, надеясь увести разговор от неприятной темы моего плачевного внешнего вида.
Но старушек эта напускная бодрость не убедила.
– Думаю, корнем петрушки тут не отделаешься. Нужен женьшень. Как минимум, красный! А то и золотой искать придется, – вздохнула ведьма Анфиса.
– В общем, Александра, собирайся, – распорядилась баб Вера. – Пойдем-ка с нами на рынок. И тебе прогуляться полезно, и нам веселее.
– С удовольствием! – обрадовалась я.
Разговор с этими ведьмочками как раз входил в мои планы на ближайшее будущее.
Дружной компанией мы вывалились на улицу. Баб Вера тут же подхватила меня под ручку и заговорщицки прошептала на ушко:
– О своем красавчике, что ли, всю ночь думала?
– Делать мне больше нечего! О домовых думала. Почему они пропадают… Вы вон уже третьего переманиваете, а прежние где? Куда делись?
Похоже, об этом мои старушки не задумывались.
– А кто ж их знает! Они мне не отчитывались. Даже не попрощавшись, смылись.
– Ну а вдруг с ними что-то случилось? Что-то плохое? – не унималась я.
– Это с домовыми-то? – со смехом переспросила баб Вера. – Да они сами с кем хочешь плохое случат!
– А вдруг это какой-то очень сильный и могущественный злодей? – выдала я еще одну подсказку.
– Ну если сильный и могущественный, – задумчиво протянула Анфиса, – Я бы этому злодею советовала поберечься. Мало не покажется!
– Неужели домовые такие… опасные? – изумленно спросила я.
Мне-то они казались милыми и по-своему трогательными. И уж никак не тянули на монстров.
– Вообще-то нет. Ну, бывает, конечно, напроказничают чего-нибудь, – пояснила Анфиса Ивановна. – То из стиральной машинки носки повытаскивают, так, чтобы пару не сложить. То роботу-пылесосу на пути лужицу варенья разольют, чтобы он его по всему дому тонким слоем размазал. Прятать всякое любят. Но это от озорства. И пока с ними по-хорошему. А вот если по-плохому… – она многозначительно замолчала.
– Смотри-ка, неужто женьшень? – воскликнула баб Вера и потянула подругу за рукав к одному из прилавков. – Да кажись золотой, как нам и нужен!
Я и не заметила, как за разговорами мы подошли к знакомым рядам на рынке, и мои собеседницы тут же переключили все внимание на травки.
– Да где ж он золотой? – усомнилась та. – Ни одной правильной прожилки! Обычный желтый.
– Ничего не обычный! Ну-ка взгляни повнимательнее!
– Да что же ты его как щупаешь? Хоть желтый, хоть золотой, сейчас в нем все равно никакой пользы не останется….
Ведьмочки, так мило ворковавшие всю дорогу, кажется, вступили в новый конфликт. И лучше всего было попросту его переждать.
Странно, что ни одна из них не верит в то, что домовым может что-то угрожать? Или… Одна из них как раз-таки верит, даже точно знает, что это возможно. Просто вешает мне лапшу на уши?
Коротая время, я принялась разглядывать выложенные на прилавок травки. Некоторые действительно были хороши: нежные лепестки незабудок излучали серебристо-голубое сияние, словно обещая навевать лучшие воспоминания. Рядом скромно лежали пучки цветов, которые в народе прозвали «кукушкины слезки». Если ее правильно заварить, то она сможет снять тяжесть с души девушки, оставшейся в одиночестве. А чуть подальше…
Я сделала шаг в сторону и тут же среди гомона голосов услышала один знакомый.
– Еще вон ту связку, – командовал он. – И ту… нет-нет, вот эту, посвежее…
Растолкав локтями парочку тетушек, я протиснулась вперед и уткнулась носом в плечо Роберта, внука Ангелины и жениха моей лучшей подруги. Одетый по своему обыкновению в черную кожу, с мотоциклетным шлемом подмышкой, он смотрелся здесь несколько неуместно. Но чувствовал себя, кажется, вполне в своей тарелке.
– Вот так встреча! – совершенно искренне изумилась я. – Не ожидала тебя здесь увидеть!
– А где же мне еще свежие приправки найти? – ничуть не смутившись ответил он. – В супермаркетах одна дрянь пересушенная, ну какой от нее аромат? А мне позарез розмарин хороший нужен.
– Розмарин, говоришь? – я с сомнением посмотрела на пучок травы, которую он как раз запихивал в бумажный кулек. Его листья насыщенного изумрудного оттенка и кое-где сохранившее лазурные цветочки словно кричали: мы – не розмарин!