Маша Тусина – Бюро забытых вещей и ненайденных носков (страница 5)

– Поговори, – кивнул будильник. – Но знай: насильно мил не будешь. Если она не захочет меняться, пульт не вернётся. Он здесь, среди своих, счастлив.

Я кивнула. Потом спросила:

– А можно я ещё приду?

– Приходи, – разрешил будильник. – Ты теперь своя. Только осторожно. Не все вещи любят людей. Некоторые обижены на всю жизнь.

Я пообещала быть осторожной, закрыла дверь и поднялась наверх.

На лестнице меня ждал Петрович.

– Ну что, была? – спросил он.

– Была.

– И как там?

– Живут, – сказала я. – Пьют чай из лужиц. Строят башенки из пуговиц.

Петрович усмехнулся.

– А ты думала, вещи – это просто вещи? Нет, милая. Вещи – это память. Это душа. Просто мы разучились её замечать.

Он похлопал меня по плечу и ушёл в свою каморку.

А я пошла к себе, достала Ноэля и долго рассказывала ему про подвал. Он слушал, затаив дыхание (насколько носок может затаить дыхание), и иногда вздыхал.

– Может, когда-нибудь и я туда попаду, – сказал он задумчиво.

– Только через мой труп, – ответила я. – Ты теперь мой. И я тебя никому не отдам.

Ноэль довольно крякнул и попросил положить его поближе к батарее.

Я легла спать с ощущением, что мир стал чуть больше, чуть сложнее и чуть уютнее. В подвале живут сбежавшие вещи, наверху – ворчливый дядя Коля, внизу – одинокая тётя Люба. А я между ними, с говорящим носком и ключом от города забытых.

Завтра надо будет сходить к тёте Любе. И к дяде Коле. И поговорить с ними. Не о вещах – о них самих.

Может, тогда отвёртки и пульты сами захотят вернуться.

Глава 4. Бизнес-план на салфетке

На следующий день я сидела на кухне, пила чай и смотрела на салфетку.

На салфетке было написано: «Бюро находок. Найду всё. Дорого».

Я перечитала три раза. Потом дописала сверху: «Лена, 2-й этаж». И снизу: «Не дорого».

Ноэль лежал на подоконнике, грелся на утреннем солнце и делал вид, что не подглядывает. Но я-то знала: носки – они любопытные, хуже соседских бабушек.

– Ну и что ты думаешь? – спросила я.

– Думаю, что «не дорого» – это правильно, – отозвался Ноэль. – Ты же только начинаешь.

Я поперхнулась чаем.

– Спасибо за поддержку.

– Всегда пожалуйста. А куда вешать будешь?

– В подъезде. И в интернете. У меня же есть страничка в соцсети. Правда, я там только котиков репощу.

– Котики – это хорошо, – одобрил Ноэль. – Котики располагают.

Я дописала на салфетке номер телефона, переписала объявление на нормальную бумагу, вырезала и пошла вешать на доску объявлений в подъезде.

Там уже висело: «Продам щенков», «Куплю картошку оптом», «Починю любую сантехнику» (это Петрович) и какое-то странное объявление про снятие порчи с фотографией женщины с очень выразительными глазами. Я пристроила своё рядом.

В лифте встретила тётю Нину. Она посмотрела на меня, на листок в моих руках и понимающе кивнула.

– Дело затеваешь?

– Затеваю, тёть Нин.

– Ну-ну. Главное – не дорого бери. А то наши не потянут.

– Я написала «не дорого», – похвасталась я.

– Молодец. Я всем скажу.

И ушла, шаркая тапками.

В интернете я написала короче: «Ищу потерянные вещи. Обращаться в личку». И прикрепила фотографию кота. На всякий случай.

Первые полдня никто не писал. Я успела перемыть посуду, переставить книги на полке и даже поговорить с чайником (он оказался философом, любил Ницше и жаловался на накипь).

А ближе к вечеру в дверь позвонили.

На пороге стоял мальчик. Лет восьми, в синей куртке, с огромными глазами и таким несчастным лицом, будто у него только что кончилось мороженое на всём свете.

– Вы тётя Лена, которая ищет вещи? – спросил он.

– Я, – сказала я осторожно. – А ты кто?

– Я Коля. С четвёртого этажа.

Я подняла голову. Четвёртый этаж – это как раз над дядей Колей. Значит, тёзки.

– Заходи, Коля. Рассказывай.

Мы прошли на кухню. Я налила ему чаю, поставила на стол печенье. Ноэль на подоконнике сделал вид, что он просто носок, и даже не шевелился. Умный.

– У меня робот пропал, – сказал Коля, глядя в кружку. – Любимый.

– Какой робот?

– Трансформер. Он мог в машину превращаться. У него руки двигались, ноги, всё. А вчера... вчера я его искал, искал, а он пропал.

– Может, под кровать закатился?

– Нет, я всё обыскал. Под кроватью, под шкафом, даже в ванной. Нету.

Я посмотрела на Колю. Он теребил край куртки и не поднимал глаз. Что-то было в этом не так. Что-то он не договаривал.

– Коля, – сказала я мягко. – А что случилось перед тем, как он пропал? Ты с ним играл?

Мальчик замер. Потом очень тихо сказал:

– Я ему руки оторвал.

– Что?

– Ну, не оторвал, они откручивались. Я хотел посмотреть, как он устроен. А потом ноги. А потом голова. А собрать обратно не получилось.

Я вздохнула.

– И ты его обидел?

– Я не хотел! – Коля вдруг всхлипнул. – Я просто... мне интересно было. А он сломался. И я его под стол закинул. А утром его там не было.