Маша Трауб – Не на том свете (страница 5)

Иногда Даша думала, что Вова тоже уехал, так же, как она, вырвавшись из этого мирка, в котором нет радости и удовольствия. Есть только обязанности и привычный, надоевший до чертиков, однообразный и унылый быт.

Конечно, когда она подросла, поняла, что ее фантазии – лишь способ не думать о реальности. Вова действительно ушел. Но не в дверь, а на балкон. Несчастный случай. Такова была официальная версия, к которой склонились очень быстро, других и не рассматривали. Их дом давно требовал ремонта, так что неудивительно, что балконная перегородка вдруг надломилась и Вова упал. Вон, в соседнем доме вообще часть внешней стены обрушилась. Стену кое-как укрепили, люди продолжали жить как прежде. А куда им было деваться? Новые квартиры предоставлять никто не собирался.

Даша присела на лавочку. Голова все еще была дурная, немного подташнивало. На дорогу выкатился мячик. За ним выбежал мальчик, Ваня, которого она уже видела. Даша подняла мяч и бросила Ване. Тот поймал и бросил в ответ. Даша присела на корточки, и они стали бросать мячик друг другу. Из дома вдруг выскочила бабушка.

– Ваня, ты опять убежал! Я же запретила! Нельзя играть с этой тетей! – закричала бабушка. Ваня скуксился, но подчинился бабушке и поплелся в дом.

Даша не понимала, почему мальчику запрещено с ней играть. Она дошла до стойки гостеприимства Елены Павловны.

– Это точно был Вова. Я не могла его ни с кем перепутать, – твердо заявила Даша. – Если вы нашли мою бабушку, хотя, я думаю, это ошибка, она давно умерла, то как вы могли не знать про моего брата?

– Дорогая, первое время здесь всем тяжело приходится. – Елена Павловна вышла из-за своей стойки, перевела Дашу на диван и присела рядом. – Что-то чудится, разные звуки слышатся, голоса вроде как знакомые. На самом деле все не так. Все тут начинают новую жизнь, можно сказать. Нужно только немного потерпеть, и все пройдет.

– То есть Федор мне тоже почудился, или я ему? – хмыкнула Даша.

– Ох уж мне этот Федор. Понимаешь, он немного одержим. В каждом новеньком видит то своего одноклассника, то кого-то знакомого, – ответила Елена Павловна.

– Но я его вспомнила, – заявила Даша. – И Вадика Козлова, о котором он спрашивал, тоже прекрасно помню. Он держал в страхе всю школу. А еще я точно слышала голос Гиены, нашей директрисы. Вот его я точно ни с каким другим бы не спутала.

– Хорошо. Такое узнавание бывает, но крайне редко. Первый случай в моей практике, если честно, – покачала головой Елена Павловна. – Ты еще не обустроилась, прости, что говорю тебе «ты», но у нас не так много молодежи, так что вы все мне как дети. Нужно привыкнуть, больше отдыхать, не нервничать. Потом во всем разберешься. Сейчас тебе еще не просто. Поэтому я просила Федора не донимать тебя расспросами.

– А Гиена? – уточнила Даша. – Она тоже мне померещилась? Федор ее слышал и даже с ней разговаривал. Он сам мне это сказал. Тоже скажете, галлюцинация и мне все привиделось?

– Понимаешь, дорогая… Гелена Георгиевна действительно живет в нашем городе, но школы здесь нет, – ответила Елена Павловна.

– Как нет? Не может быть! – не понимала Даша.

– В школе нет необходимости. В нашем городе не так много детей, – заметила Елена Павловна. – К счастью, честно говоря.

Даша не знала, что спросить. В голове была каша из мыслей и ощущений. Она точно плохо себя чувствовала.

– Что-то мне нехорошо, – призналась она Елене Павловне.

– Да, дорогая, тебе нужно полежать.

– Я ничего не понимаю, – сказала Даша, проваливаясь в какое-то забытье.

Когда она очнулась, за окном опять было солнечно и ясно. Ей показалось, что она проживает «день сурка». Даша вышла на террасу и увидела девушку-садовницу и Елену Павловну.

– Ей нужно все рассказать. Сколько еще вы будете держать ее в неведении? Это неправильно, нельзя так с людьми! – девушка почти кричала.

– Говори потише, – строго велела ей Елена Павловна. – Она еще в пограничном состоянии, ей непросто. Ты хочешь, чтобы я ее огорошила сразу всеми новостями?

– Если вы не можете или не хотите, я сама ей все расскажу, – заявила девушка.

– Не смей. Ты обещала. Помнишь, чем закончилось твое последнее откровение?

– Может, хватит уже мне это припоминать? – дернулась девушка. – Я и сама хотела бы забыть, но не могу.

– А я напомню. Та девушка, которой ты решила вывалить всю правду, умерла, – резко сказала Елена Павловна.

– Света, ее звали Света, – тихо сказала девушка. – Даша все равно все узнает, хотите вы этого или нет. И быстрее, чем вы думаете.

– Это мы еще посмотрим, – заявила Елена Павловна.

– Что я должна узнать, но не сейчас? – Даша вышла в сад и подошла к Елене Павловне и девушке.

– О, Дашенька, ты уже проснулась? Как спалось? Подушка удобная? Одеяло не слишком теплое? Сейчас такая прекрасная погода стоит, – залепетала Елена Павловна.

– Я вас вчера видела. Хотела подойти, но вы уже ушли, – обратилась Даша к девушке.

– О, вы еще не познакомились? Неужели? – воскликнула Елена Павловна, как радушная, но не очень искренняя хозяйка. – Это же Кира. У нее просто золотые руки. Занимается садом.

Кира поморщилась, будто от боли, и пошла в дом.

– Дашенька, ну что, какие планы на сегодня? – Елена Павловна все еще натужно улыбалась и говорила чересчур восторженно.

– Не знаю. Как-то не строила, – ответила Даша. – А что за девушка, которая умерла, узнав правду?

– Ой, не бери в голову. Все, мне пора бежать. Если Тата тебя снова замучает, дай мне знать. Тебе нельзя перенапрягаться, – сказала Елена Павловна и поспешила за ворота. Сбежала, по-другому и не скажешь.

Даша вернулась на террасу. Но Киры там уже не было. Даша решила зайти в дом, осмотреть комнаты. На ее этаже было еще две, на втором – три. Но все они были пусты, а дверь одной закрыта. Даша постучалась, но ей никто не ответил. Не зная, чем себя занять, она пошла вниз по улице и дошла до кофейни. Заведение казалось закрытым. Даша толкнула дверь и вошла.

– Здравствуйте, вы работаете? – крикнула она.

– Ой, Даша, я думала, ты уже не зайдешь, – из подсобки вышла женщина-бариста.

– Вы Лариса, да? – припомнила Даша.

– Да, а ты надумала меня подменить? – улыбнулась Лариса.

– Нет, я просто так зашла, – призналась Даша.

– Нехорошо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила бариста.

– Да, вчера в обморок вроде бы упала. Проваливаюсь в сон, но это вроде и не сон, а когда просыпаюсь, снова день. И часов нет. Не понимаю, что происходит, – призналась Даша.

– Кофе? – Лариса подошла к кофеварке.

– Нет, спасибо. И вот еще, кстати, я не помню, когда ела в последний раз. Это ведь ненормально? Чувства голода вообще не испытываю, – сказала задумчиво Даша. – А Елена Павловна твердит, что все прекрасно.

– Да, Елена Павловна, она такая. Очень за всех переживает, особенно за новеньких, – кивнула Лариса.

– Сегодня она отчитывала девушку, Киру, которая живет в моем доме и ухаживает за садом. То есть, наверное, это ее дом, а я в нем временно живу. Вроде как мне нельзя что-то рассказывать. Я пыталась найти Киру, но она не открыла дверь, хотя точно была в доме. Может, вы объясните, что тут происходит? Еще мне не разрешают играть с Ваней. Бабушка его смотрит на меня как на врага. А я всего лишь играла с мальчиком в мяч. И голос Гиены, школьной директрисы, я слышала своими собственными ушами. Уж его-то я ни с каким другим не перепутаю. Да и Федя тоже… Я его вспомнила. А еще видела своего брата. Елена Павловна твердит, что мне почудилось. Кажется, я схожу с ума. Елена Павловна говорит, что я должна обращаться к ней, а сама ничего не объясняет, – Даша не ожидала, что начнет жаловаться. Обычно она держала себя в руках и не позволяла распускаться при посторонних. – У меня ощущение, что я в какой-то командировке, в поездке. И не могу понять, в каком городе нахожусь. Я много работала в последнее время, все время в поездках. Организаторы встречают, привозят, отвозят. А ты вроде как чемодан – куда доставят, там и находишься.

– Ох, дорогая, знаю, тебе тяжело сейчас, – покачала головой Лариса. – Елена Павловна хочет как лучше, уж поверь. Иногда ее забота оказывается излишней. Но лучше так, чем вообще никак. Она просто о тебе беспокоится, только и всего.

– Да, она сто раз это повторила, – ответила Даша. – Но мне не легче, а только хуже. Я не маленький ребенок, привыкла сама принимать решения, нести ответственность. Если мне что-то нужно узнать, расскажите. Уж поверьте, меня сложно чем-то удивить или испугать.

– Может, я все же сварю тебе кофе? – предложила Лариса.

– И вы туда же. Ведь прекрасно знаете, что я даже вкуса не почувствую! – Даша отмахнулась от предложения и отвернулась к окну. На дорогу опять выбежал Ваня, а бабушка снова начала его загонять в дом. Ваня уселся на проезжей части и явно не собирался вставать. Бабушка кружила над ним, уговаривала, пыталась взять за руку, но мальчик не давался.

– Неужели его обязательно держать в доме? Он же маленький. Ему хочется побегать, поиграть, – Даша показала на бабушку с внуком.

– Да, это тяжелая история. Любовь Владимировна никак не может себя простить. Она недоглядела за Ванечкой. Вот теперь и пытается его оградить от всех и вся. Не суди ее строго. Она просто очень переживает за внука, – сказала Лариса.

– Как-то она уж очень сильно переживает, – пожала плечами Даша.