Маша Шилтова – В постели монстра: Месть невинной (страница 5)

– Раздевайся, – коротко сказал я ей.

Сука неумело притворялась смущённой. Хотя по её виду можно было сказать, что она выиграла главный приз в своей жизни и изнывала от нетерпения его получить. Она стала стягивать с себя свои убожеские тряпки.

Я окинул её взглядом. Да уж. Лицо – как непрожаренный блин. Полная. А как я уже сказал, мне нравятся худые. Сиськи слишком большие, висят. Живот. Ноги короткие и толстые.

Меня затошнило. Она, видно, почувствовала мою реакцию, потому что стояла, как оплёванная. Я вздохнул и вспомнил рыжую. Тонкие черты лица, аккуратный носик, большой рот, полные губы. Хрупкая фигура. А волосы – рыжая, мягкая копна до пояса. Когда она в тот раз быстро уходила – они переливались на солнце и шевелились, как живые. Сука. Сука! Долбанная сука! Отъебись от меня, грёбанная тварь! Ненавижу!

Я решительно шагнул к уродине и резко толкнул её на кровать. Мне показалось, она немного испугалась, но мне было плевать. Я стал расстёгивать ремень, стараясь сдержать пылающую внутри ярость.

Я не снял ни рубашки, ни штанов, ни плавок, а как был бросился сверху на шлюху. Её страх быстро пропал, глаза утонули в животной похоти. Она обняла меня и застонала.

Я старался не обращать внимания на то, что лежит подо мной, а сосредоточиться на действиях. Схватил в кулак противно-мягкое вымя и сжал его. Сука пискнула. Ага?! Ну как? Больно? То-то же.

Вынул из кармана презерватив и надел его. Провел рукой между её ног – ну конечно! А чего ещё было ожидать? Течная сучка! Все вы такие, похотливые мерзкие твари, затрахать бы тебя до смерти, раз ты этого так хочешь!

– Что ты такое говоришь? – крикнула уродка.

Я понял, что последнюю фразу произнёс вслух, но это уже было неважно. Эта шваль ответит мне. Я посмотрел прямо в испуганные глаза моей корявой подстилки. Не отрывая взгляда, я решительно взял член и с силой засунул его так глубоко, как только мог.

– Ай! Ты что, подожди, мне так больно, давай потихоньку!

Но меня уже ничто не могло остановить. Я чувствовал себя в каком-то угаре и не знал, как мне выплеснуть пожирающее и разъедающее меня бешенство.

Я вцепился одним кулаком в её чёртовы рыжие волосы, а другим в белую с голубыми прожилками сиську и выкрутил её.

Девка вскрикнула от боли, а я начал долбить её так, как будто хотел всю душу вытрясти. Хотя какая у баб душа?

Она болезненно стонала, слабо стараясь освободиться или хотя бы сгладить толчки.

– Подожди! – хныкала сука, – что ты делаешь? Я не хочу так. Мне больно! Давай помедленней и не так сильно.

– А что так? – Задыхаясь, злорадно спросил я. По лицу текли ручейки пота и капали ей на лицо, но я не переставал терзать рыхлое тело, – сама же слюни на меня пускала? Чуть не обоссалась от похоти, сука течная! Хотела поиметь меня? Не вышло, дрянь паршивая! Я здесь не для того, чтобы твои хотелки исполнять, а чтобы лишнюю сперму слить, ясно объясняю? Сама меня провоцировала, сама не давала мне покоя, все мозги выела! А теперь на попятную? Заткнись и терпи наказание, блядь помойная!

– Ты что, вообще псих? – Истерично заверещала жирная, начиная сильно дёргаться подо мною, – ты сумасшедший? Что я тебе сделала, как провоцировала? Ты ненормальный? Я вообще тебя первый раз увидела и не трогала! Вы сами к нам подошли! Отпусти, идиот! Оставь меня, я не хочу!

Но я просто закрыл ей рот ладонью и продолжал своё дело. Сначала она мычала, и пыталась освободиться. Нет, тварюга! Получай чего хотела, сука!

И тут она размахнулась и ударила меня по лицу. Потом второй раз.

Мозг взорвался яростью и больше я ничего не помню.

Очнулся я сидящим на кровати. Сильно болела челюсть и голова. Посреди номера Руслан обнимал стерву, ударившую меня. Она рыдала навзрыд, и вся тряслась в его объятьях. В углу, прикрывая голые тела тряпками, жались остальные суки.

– Ну всё, Катюш, успокойся, девочка. У парня нервный срыв. На работе неприятности, начальник его нагнул конкретно, девушка изменила. Не злись на него, тут пожалеть человека надо.

– Ага, жалеть ещё этого маньяка придурастого! Идиота тупого! У него с головой не всё в порядке! Он меня чуть не убил! Я думала – всё, конец! – выла засранка. Я волком смотрел на неё и мне хотелось одного – добить жирную тварь.

– Ну всё, Катенька, Катюша, милая, он идиот, ты права. Когда вы уйдете, я его также изукрашу, просто не хочу при вас. Даже сильнее, чтоб знал, как таких красивых девушек обижать. Успокойся, не обращай на дурака внимания, да он этого не стоит. Всё будет хорошо.

– Ага, хорошо! Как я на работу пойду с таким лицом? Я заявление напишу на него!

– Ну что ты, заечка, пожалей человека! Его же посадят! А ты знаешь, что на зоне делают с насильниками? Я тебе всё расскажу, а там уж суди сама. У него девушка была, вот такая же, как ты – рыженькая красавица. Вы даже во всём похожи очень. А она ему изменила с лучшим другом. Он, как увидел тебя – сразу запал, давай, да давай подойдём. Ну потом, наверное, крыша поехала, вспомнил ту девушку, не знаю, первый раз такое с ним. Не обижайся на него, прости. Ну бывают же у человека срывы. Представь себя на его месте. Я его не оправдываю, просто прошу простить. Это трагедия! Ты же добрая девушка, котёночек!

Я хотел ему сказать, чтоб он не нёс такой чепухи, потому что от его выдумок и от того, как он унижался перед подстилкой, мне хотелось блевануть. Но голова болела настолько, что я не смог выдавить ни слова.

– Ну ладно, – продолжала всхлипывать раскисшая сволочь, – я понимаю его чувства, но он мог бы просто рассказать мне. А он… вёл себя ужасно… Но я не хочу, конечно, чтобы с ним так поступили там… ну…

– Я понимаю, я тебя очень хорошо понимаю, Катюша! Если бы я знал, что он на пределе! Не заметил – это я виноват во всём этом. Но тут видишь, как… Иногда нельзя предсказать, как всё это подействует. Согласна? Прости, котёнок! И его, и меня. Идите, одевайтесь, девчонки. У меня для вас подарочки есть, чтобы поднять вам испорченное настроение.

Они ушли в комнату Руслана. Он холодно смотрел на меня.

– Чего вылупился? – Буркнул я, – она первая стала руками махать. Привыкли эти твари, что им всё можно. Не на того напала. Получила по заслугам, сама напросилась.

– Заткнись, осёл, – презрительно сказал мой начальник, – по-хорошему, тебя надо на колени перед ней поставить и заставить прощения просить. Не сделал так только потому, что и правда жалко такого психа, как ты. Катюха-то права! Тебе лечиться надо и уже давно.

Он вышел в коридор проводить сучек. В дверной проём я наконец увидел лицо рыжей. Губы были разбиты и опухли, нос тоже. Кожа вокруг глаз принимала фиолетовый оттенок. На шее тоже остались красные следы от пальцев. Сама виновата. Она бросила на меня обиженный взгляд, пока Руслан рассовывал им по карманам и сумкам деньги.

Он вернулся в номер и сел рядом со мной, обняв за плечи.

– Слушай, Марат. Я не знаю, что у тебя в голове творится, но что-то явно ненормальное. Это как бы не моё дело было, но сейчас стало моим. Ты понимаешь, что это – уголовка? У тебя проблемы. Может быть, стоит к психологу походить?

– Да всё со мной нормально! Если я не дал себя по роже бить какой-то гниде означает, что я псих? – я начал злиться.

– Марат, ты не просто «не дал»! Я тебя еле оттащил, такое впечатление было, что ты реально хочешь до смерти её забить! Пришлось даже по морде тебе зарядить, чтобы остановить!

– Просто она меня и до этого уже разозлила, вот и всё!

– Чем? Ну? Чем? Да она дышать не могла от твоего шарма!

– Тем, что она страшная, – неубедительный довод, но что я ещё мог сказать?

– Ты сам её выбрал.

Я молчал.

– Это из-за той девушки, да? – Вдруг сказал Руслан.

Я вздрогнул. Мне очень не понравился этот вопрос.

– Что? Какой девушки?

– С рыжими длинными волосами, которая пришла в кафе, недели полторы назад, когда мы блондинок сняли. Ты пялился на неё весь вечер, не отрываясь. Я ещё удивился. После этого каким-то странным стал. Влюбился, что ли?

От напряжения мои руки стали подрагивать. Так хотелось надавать и ему тоже! Чтоб не лез не в свои дела.

– Не помню никакой девушки, – сквозь зубы сказал я.

– Да всё ты помнишь! Сегодня зачем Катюху выбрал? Ты таких сроду не снимал. И я не понимаю – раз та девушка тебе так понравилась, то в чём проблема? Ты же у нас неотразимый парень – она не устоит, – улыбнулся Руслан.

– Иди ты, – я едва держал себя в руках. Надо было поскорее уходить, я не мог этого слышать. Если он ещё что-нибудь скажет… Я встал и заправил рубашку в брюки.

– Слушай, может бухнем на выходных у тебя на даче? – Руслан почувствовал, что я на пределе и перевёл тему. Вовремя, – а то давненько мы там не отрывались. Без девчонок? Как тебе?

Я ничего не ответил, потому что меня озарило, словно молнией. У меня есть дача. Вернее, дача родителей. Но они давно уж забыли про неё. Как и все остальные владельцы своих шести соток. Опустевший посёлок представлял собой грустную картину, но именно благодаря этой особенности мог пригодиться мне.

После сегодняшнего происшествия я понял: она не даст мне жить спокойно. Она будет продолжать провоцировать меня, а потом унижать и бить по лицу. Я не мог этого ей позволить. Уже за то, что она на данный момент успела сделать, её надо наказать, и наказать жестоко.

И сделать это я могу в своем дачном домике. Его в своё время построили родители. Я же, когда стал прилично зарабатывать, нанял людей, чтобы они обложили его кирпичом, отремонтировали крышу и сделали ремонт.